Монохром

ягодицы. Приоткрыв рот, Юэн встретился с ним взглядом.

— Точно видел. Ты во мне сомневаешься?

Юэн расплылся в улыбке. Их бессвязные разговоры во время флирта его

необычайно забавляли.

— Не сомневаюсь. Раз ты видел, то я разрешаю снять с меня эти ужасные

грязные штаны, чтобы мы отправили их в стирку.

Бернард послушно повёл ладони ниже, снимая таким образом штаны вместе с

боксерами. Юэн, полностью обнажённый, принял переход хода и потянулся

Берни за спину, хватаясь за верёвочки от фартука.

— Узел сам развязался.

— Да, сам, — согласился Бернард.

Фартук тоже вскоре оказался на спинке стула. Если бы окна не были заранее

зашторены, то со стороны улицы подошедшему к крыльцу человеку предстала

бы очень пикантная и занятная картина. На остальных было в общем-то всё

равно, но шоу Берн с Юэном планировали устраивать только для себя.

Юэн взял миску с джемом и сделал вид, будто хочет попробовать, однако

клубничное пюре в итоге попало ему на грудь.

Бернард наигранно вздохнул, не отводя взгляда от него.

— Ты такой неуклюжий, — покачав головой, сказал он.

— Ты только что это понял?

— Я давно это понял.

Бернард приблизился и склонился, ладонь его легла Юэну на лопатки, а язык

прошёлся по груди, слизывая сладкие клубничные соки. У Юэна подскочил

пульс и запылали жаром щёки. Низ живота тоже охотно отзывался на ласки.

— Вкусно? — спросил Юэн, поглаживая Берни волосы, когда тот выпрямился и

заглянул ему в глаза.

— Очень, — ответил Бернард и поцеловал его в губы, которые были ещё

сладкими от клубники.

Разыгрывать спектакль дальше не хватило терпения ни у одного, ни у другого.

Поэтому они принялись жарко целоваться и нескромно поглаживать друг друга, в очередей раз наслаждаясь этой тактильностью.

Наконец Бернард одним ловким движением убрал разделочную доску с тестом и, подхватив Юэна за бёдра усадил его на стол, а сам устроился между его ног.

Ладони Берни заскользили Юэну по бокам и спине, а губы влажными поцелуями

прижимались к шее и плечам. Опираясь на выставленные назад руки, Юэн мог

только принимать ласки, от которых всё перед глазами туманилось. Постанывая, он не мог усидеть на месте ровно и плавно двигался волной к Берни, тесно

прижимаясь членом к члену и ловя периодически его губы своими. В какой-то

момент Берн опустил пальцы ему на грудь и мягко надавил.

— Ложись, буду пробовать, насколько вкусная у тебя получилась начинка и

подходит ли она к круассанам.

Юэн облизнулся, смакуя вкус их недавних поцелуев.

— Не терпится узнать.

Он послушно улёгся на стол, не сводя глаз с Бернарда, стоявшего между его

бедёр.

— Приступим? — спросил Берн и потянулся за баночкой взбитых сливок.

Крышка упала и запрыгала куда-то к столешницам, но Берн не обратил на неё

никакого внимания. Он протянул руку над грудью Юэна, раздался характерный

пшикающий звук, запахло сливками и стало щекотно.

— Берн, — сказал Юэн и засмеялся, осматривая колечки из сбитых сливок

вокруг своих сосков. В середину этих колечек Бернард залил перемолотой с

сахарной пудрой клубники. — Что это?

— Предполагаю, что самое вкусное.

Но когда Берн провёл языком, слизывая сливки и клубнику с его груди, Юэн

сразу перестал смеяться и простонал, откидывая голову и просто утопая в

переполнявших его чувствах. Он интуитивно сжал ногами Берни бёдра и сильно

возжелал в этот момент, чтобы тот оказался внутри него.

— Смотри, не съешь меня, — сбивчиво пробормотал Юэн.

— Прости, если съем.

Берн пальцами прошёлся по внутренней стороне его бедра и остановился между

ягодиц. Юэн попытался расслабиться, смакуя лижущие поцелуи на своих сосках, хотя ему казалось, что он готов к чему угодно. А потом Берн так аккуратно

вошёл в него двумя влажными пальцами, что сразу стало неважно, что стол под

спиной вообще-то твёрдый. И что на кровати подобным заниматься было бы

удобнее, но на кухне было куда интереснее.

Берн слизал всё с его сосков и ласкал его, целуя губы и двигая внутри пальцами

так, что Юэн не надеялся продержаться долго.

— У тебя на губах ещё остались сливки и немного клубники, — с хрипотцой

пробормотал Юэн. — Дай мне… дай мне попробовать.

Берн переместился к его лицу и впился в губы сочным поцелуем со вкусом

клубники и сливок. Пальцы его при этом внутри нежнейше и очень точечно

надавили на бугорок, и Юэн внезапно стал очень близок, чтобы кончить. Он

застонал, едва не откинув голову обратно на стол, но губы Берни были слишком

великолепными. Он не хотел от них отрываться.

Берн чуть ускорился и они не могли уже целоваться, просто касались губ друг

друга, иногда соприкасались языками. Юэн неосознанно сжимал бёдра. Ему так

хотелось коснуться себя, прижать член к животу, огладить влажную головку, но

он решил оставить это на потом. На самое сладкое.

Наконец Берн, придерживая Юэна за ноги, уткнулся ему между ягодиц членом.

Юэн застыл, весь обращаясь в чувства, и Берн плавно в него вошёл. Сначала

дразняще самым кончиком, потом на всю длину. Юэну пришлось прикусить губу

и случайно испачкать лицо в муке, чтобы не сорваться. В этот раз Бернард даже

не дал лёгкой передышки. Он сразу начал двигаться. Настойчиво вперёд, плавно

назад, почти выходя из него, и с ювелирной точностью потираясь о бугорок

простаты.

— Берн снова в режиме секс-машины, — пробормотал Юэн, хватаясь пальцами