Мстители

Однако Ольга ошиблась: о писателе не забы-ли.

По селектору раздался голос Ненашева:

– Олечка, пригласите ко мне посетителя.

– Прошу вас, проходите, - сказала Ольга писателю.

Он вскочил и быстро устремился к кабинету. Потом вдруг у самой двери спохватился, вернулся назад и взял свой пакет.

Он открыл дверь и сначала просунул туда голову, после чего переступил порог.

– Доброе утро! Садитесь, господин Меншиков!
– приветствовал директор.

– Геншиков!
– поправил писатель, садясь на стул напротив Ненашева.

– Ну, не важно. Присаживайтесь. Что вы нам принесли?

– У меня повести. Детективные. Я сотрудничаю со многими издательствами, решил зайти и в ваше.

– Ваше сотрудничество с другими издательствами выразилось в какой-либо конкретике? У вас есть изданные книги, которые мы могли бы почитать?

– Нет, - помедлив, сказал Геншиков, скромно улыбаясь.
– Но некоторые вещи находятся в работе.

– Понятно. Тогда дайте мне одну из ваших четырех вещей, самую лучшую, с вашей точки зрения.

Геншиков протянул Ненашеву рукопись.

Директор издательства стал читать, быстро переворачивая страницы.

Через некоторое время он откинулся на спинку кресла и с некоторым недоумением и одновременно разочарованием посмотрел на сидящего перед ним писателя.

– Похоже, Вадимов все же прав, - вздохнул он.

– Не понял...

– Это не важно. Сколько вы хотите за каждое произведение?

– В каждой из моих вещей по десять авторских листов. Качество текста высокое...

– Я спросил - сколько?
– перебил его Ненашев.

– Э-э...
– проблеял писатель.
– Я думаю, что двести баксов за лист будет совсем немного.

Ненашев еще более разочарованно протянул:

– Да-а-а...

Он уже схватил рукопись, чтобы швырнуть ее в автора, который решил отсутствие литературного дарования компенсировать наглостью. Но на секунду задумался и снова положил ее на стол.

– Вот что, милейший господин Гендриков...

– Геншиков, - снова поправил автор.

– Да какая разница!
– раздраженно отмахнулся Ненашев.
– Я даю вам двести долларов за каждое ваше, так сказать, произведение и только на тех условиях, что вы сейчас же подпишите отказ от авторских прав и, получив свои наличные, исчезнете и больше никогда здесь не появитесь. По крайней мере, с подобной херней. Хочу вас сразу предупредить, что эта вещь появится в печати, скорее всего, за подписью совсем другого человека. Поэтому вы никогда не сможете претендовать на авторство. А если попытаетесь, считайте, что зря появились на этот свет... У вас на раздумья пять минут.

– Простите, а у вас будет закурить?

– Да, пожалуйста, - ответил Ненашев и протянул автору пачку "Мальборо".

Получив сигарету, писатель принялся курить и активно дрыгать ногой. Последнее обстоятельство снова ввело Ненашева в состояние крайней нервозности. Он терпел это ровно пять минут, после чего, хлопнув ладонью по столу, сказал:

– Итак... Ваше решение?

– Я согласен, - мило улыбнувшись, сказал Геншиков.
– Но наличные немедленно!

– Разумеется.

Ненашев вынул из кармана пиджака пухлый бумажник и, отсчитав восемь зеленых сотенных банкнот, бросил их на стол перед Геншиковым.

Тот взял купюры, секунду-другую смотрел на них, потом скомкал и засунул в карман брюк.

– До свидания, - любезно проговорил он, выходя из кабинета.

– Угу, - ответил Ненашев, глядя на лежащие перед ним рукописи.

Глава 19

Игорь выключил запись магнитофона.

– Ну, как тебе?
– спросил он внимательно слушавшую до этого момента Ольгу.

– Честно говоря, я мало что понимаю. А ты?

– Я не понимаю лишь одного. Как тебе удалось устроиться на эту работу?

– Сама не знаю. Видимо, удача на нашей стороне. Неуклюжая секретарша пролила кофе на стол начальника, и без того чем-то очень раздраженного. Я же в нужный момент оказалась в нужном месте.

– Ну что ж, нам будет явно на пользу, если ты будешь работать рядом с ним. По крайней мере, до того момента, когда мы начнем действовать.

– А что, у тебя уже есть какие-то идеи?

– Возможно... Из сегодняшней беседы можно сделать следующие выводы. Первый. Через контору Ненашева Хмель, а он в беседе упоминался, отмывает грязные деньги. И в ближайшее время ожидается очередная отмывка. В издательство поступит крупная сумма наличных, которая впоследствии официально внесется в кассу как прибыль от реализации печатной продукции. Она ведь пользуется льготами по налогообложению. И второй. Через издательство Хмель официально дает взятки чиновникам из Москвы, которые делают ему "крышу".

– А что, напрямую он не может?

– Конечно, может. Но они не хотят. Возникает много проблем: суммы уж слишком велики. Кто-нибудь обязательно заинтересуется, откуда у скромного чиновника, которому нельзя заниматься бизнесом, средства на новенькую иномарку и роскошный особняк? Тут-то он и показывает договор, на основании которого за литературную деятельность, что он вел исключительно в свободное от работы время, ему выплатили вполне официальные гонорары. Да и хранить наличность дома сложно, а положишь в банк на свое имя - спросят, где взял.

– Если так пойдет дело, то большинство наших крупных чиновников окажется весьма популярными писателями.

– Все к тому...
– усмехнулся Игорь.
– Но нас интересует пока один, и конкретный. Некий Борис Сергеевич. Именно по этому варианту я считаю целесообразным работать.

– А как же отмывка денег?
– спросила Ольга.
– Ведь там наверняка пойдут гораздо большие суммы. А тут всего-навсего один чиновник.

– Доказательство отмывки мы не потянем, не те у нас с тобой возможности. Деньги будут поступать частями и официально сдаваться в банк. А грабить банки, я думаю, даже тебе будет сложно. Да и не надо этого - пускай лучше этим займутся менты и налоговики.