Мутное дело

— Блядь! — прошептал Доран. Лучше бы он дальше бегал как загнанный кролик, тогда по крайней мере в голову не лезли идиотские мысли. Идиотские потому, что сделать он ничего сейчас не может, а вместо концентрации на цели он тратит силы на переживания. Причём в двух сутках от финальной точки.

Аппетит был испорчен. Жестами показав трактирщице завернуть завтрак с собой, вор скрылся в дилижансе.

В углу трактира сидели три пастуха, два мужчины и женщина, и неспешно потягивали теплое пиво. Трактирщица периодически поглядывала на них: мало ли, ещё запросят поднести. Сидели они тут с раннего утра, заказали плотный завтрак и с того момента так с веранды и не сходили. Женщине это показалось немного странным, но, видимо, пастухи возвращались откуда-то после длинного перегона и сейчас отдыхали. Мужчины и женщина, естественно, не ведали о сложных размышлениях пухлой трактирщицы и о чём-то тихо шептались между собой.

— Он? — спросил один, самый крупный, можно сказать даже толстый, пастух.

— Он! — уверенно ответила женщина.

— Когда будем брать? — спросил второй мужчина, про которого как раз, в противовес первому, можно было сказать плюгавенький.

— На следующей станции, — уверенно сказал толстяк, — я как-то раз бывал там. Такая дыра.

— Куда вы, мои тупенькие, спешите-то? Постоянно бежите вперёд дилижанса, — саркастично осадила их размышления представительна «слабого» пола.

— Но награда… — начал худой.

— Её уже урезали в пятьдесят раз, — отмахнулась женщина, — Время вышло, что теперь кулаками махать.

— А вдруг её вообще отменят? Мы тогда вообще полмесяца за ним зря гонялись, к тому же три метки истратили!

— Ну, значит, не повезло! Надо за ним проследить и выяснить, куда он так целенаправленно рвётся.

— Блин. Урка, мы тебя послушали в Аланисе и что в итоге? Пока за ним ходили — награду уменьшили.

— Бывает. Что о прошлом сожалеть?

— Да сейчас за него Служба жалких пять золотых даёт!

— Вис, с каких пор для тебя пять золотых стали жалкими? — голос женщины сочился сарказмом. — Если есть лишние, ты не стесняйся — отдавай.

— Что делаем-то в итоге? — вмешался в разговор толстяк.

— Да, всё просто, Маркус. Сопровождаем. Наблюдаем. Выжидаем, — ответила Урка. — Чует моё сердце: приведёт нас этот паренек в интересное место.

Конечно, эти трое никакими пастухами никогда не являлись (ну, кроме когда-то Урки, она-то на ферме на юге Империи выросла), а были полномочными представителями Службы Имперского Розыска, в простонародье — имперскими ищейками.

Сама Служба Имперского Розыска представляла собой довольно странную структуру. С одной стороны, абсолютно полностью Имперская государственная структура, с другой же стороны, вся организация процессов как в типовой гильдии наемников: отсутствие строгой иерархии, минимальные оклады (и то, не всем оперативникам), всё построено на системе вознаграждений за выполненные задания. И подобных противоречий было множество. Ищейки не входили в состав вооруженных сил Империи, но имели право на свободное ношение оружия и прямую обязанность его применения для защиты законов Империи. К тому же, несмотря на официальную «невооруженность» Службы Имперского Розыска, она имела прямые линии взаимодействия с остальными силовиками, и их членов регулярно привлекали для оперативно-розыскных мероприятий легионы и муниципалитеты городов. В целом ищейки брались за любые задачи по поиску людей: от не платящего алименты крестьянина до вооруженного легионера-дезертира, реже брались за контракты по розыску и взысканию имущества (преимущественно принадлежащего простолюдинам), то есть выступали дублирующей структурой для судебных приставов. Естественно, иногда им не хватало сил справиться с той или иной задачей, в этом случае они по своим каналам запрашивали помощь у иных имперских служб.

В общем, странная организация с довольно странной структурой, но именно её представители единственные, кто смог проследить за вором от самой столицы.

Дилижанс остановился у неприметного дорожного столба. Вор попрощался со всему попутчиками и выскочил наружу, провожаемый любопытствующими взглядами. Ну и одним томным — в дилижансе ехала почтенная матрона с дочкой вполне себе детородного возраста. Вот последняя со вчерашнего дня старательно пыталась привлечь внимание Дорана, но тот её игнорировал. Лучше бы эта дура малолетняя обратила внимание на ведьмака, который тоже поехал на дилижансе. Вот этот добрый молодец точно бы помог ей унять пламя похоти на какой-нибудь длинной остановке.

Вор не опасался, что его выход покажется сильно подозрительным: в подобных неприметных местах дилижанс подбирал и высаживал других пассажиров. А ехать еще десять километров до ближайшей станции, чтобы потом идти назад — верх идиотизма.

Итого: четыре вечера, солнце просветит ещё два часа, пустынный имперский тракт, в окружении леса и сорок километров до точки. Очевидно, что сегодня вор не успеет, да и идти по незнакомому лесу в ночи идея плохая. Поэтому взяв компас, карту и амулет наведения на точку, Доран прикинул своё местоположение и решил двинуться строго на запад. Если он всё верно рассчитал, то через семь километров выйдет на огромную область лесовырубок. В этой части провинции Аланис лесодобычей и лесопереработкой занимались сразу несколько крупных кланов, так что местные леса находятся не в частной, а в общеимперской собственности, следовательно местные промышленники лишь покупают право вырубку и не могут препятствовать его проходу. Где-нибудь тут можно будет встать на ночевку, а завтра с самого утра, со свежими силами сделать финальный рывок. Кстати, если повезет, вор ожидал кого-нибудь встретить и разузнать о местных дорогах. Наверняка здесь есть какие-то грунтовые, да просто местные тропы, по которым можно будет сократить дальнейшую дорогу на запад.

План выглядел простым, а от того работоспособным, поэтому Доран закинул пыльный (и когда успел-то?) вещмешок на плечо и углубился в лес.

В отдалении за Дораном следовала троицы ищеек.

— Вис, — спросил толстяк, — ты так и не рассказал, как понял, что вор перебрался в Аланис.

— О, да тут всё просто. Я его подловил, когда он вылез из канализации и пошел прятаться на магическую арену.

— Какой?

— Шайба, ну которая студенческая, небольшая.

— А, понял.

— Кинул на одежду метку. Не уверен был, что это он. Хотел перепроверить, слепок сравнить. А-то хорош бы был, схватив невиновного парня на улице.

— Ну да, ну да, — толстяк с женщиной усмехнулись. С Висом пару таких случаев происходило, особенно был примечателен последний, когда вместо жирного усатого мужика, работягу, задолжавшего казино и сбежавшего в другой город, он схватил почтенную матрону, двоюродную сестру мэра местного городка. Над ищейкой тогда вся столичная часть Службы потешалась, даже картинки ему рисовали в цвете с объяснением чем же мужчины отличаются от женщины. В общем с той поры Вис был очень аккуратен при аресте и перепроверял всё по три раза. Напарники ему в этом всячески способствовали, так как прокол Виса сказался на всех, добрые коллеги не упускали возможности проехаться и по ним. А Урке несколько раз даже предлагали провести для напарников натурную демонстрацию с пояснениями отличий, на что женщина разбила пару морд, и после этого количество шутников пошло на убыль.

В службе принято работать троицами — это с точки зрения рационального подхода наиболее эффективно для универсальности команды. Парочка — откровенно мало, иногда ищейки как сейчас работают не в городе, а сельской местности, и держать караул полночи одному, а половину другому — плохая идея. На следующий день оба будут разбиты. Четверо уже много: не команда, а стадо. Поэтому как-то и прижилась троица. Даже большинство анекдотов начинается со слов «Заходит троица ищеек в…»

Конкретно эти работали вместе уже давно, почти десять лет и как-то у них получилось сразу сработаться. И Виса остальные ребята любили, как старательного, но немного туповатого младшего брата.

— В общем, пока проверял и подтверждал, метке слетела. Я к арене. Прошерстил, а там вроде никого. Ну я покрутился вокруг и узнал, что от арены дилижанс аристократов только что отъехал. Дальше я их до каравана отследил и пробил маршрут. А ближайшая крупная остановка — Аланис. Ну я к Урке с мыслями. Давай рискнем, поищем в городке. Если что местных подрядов возьмём, а то всё в столице, да столице сидим.

— Ну да, — сказала женщина, — я подумала, что хорошая идея.

— Да, идея хорошая была, — сказал Маркус, — а что хоть за аристократ были?