Мутное дело

— Нет, Светлоликий. Всё именно так, как Вы описали. Мы готовы понести наказание.

— Наказание? — задумался князь. — Какой в этом смысл? Вы сделали всё, что могли. Вашей вины в проваленной операции нет. Ошибка произошла на стадии планировании из-за недостатка информации.

Князь задумчиво посмотрел в сторону.

— Что Вы предлагаете делать дальше? — наконец спросил Светлоликий.

— Во-первых, аккуратно собрать информацию о произошедшем. До сих пор неясно, почему вора прикрывала элитная преторианская гвардия. Была ли это ловушка на живца или тщательно спланированная операция, и беглец просто хорошо играл свою роль. Против последней версии говорит реакция вора на появление людской помощи. Один из магов успел снять с него эмоциональный слепок — тот был напуган.

— Хорошо, — подтвердил выводы князь, — мне тоже кажется, что это была ловушка. Возможно, она была расставлена на других. Что ещё?

— Во-вторых, начнём работу по дипломатическим каналам. Необходимо вызволить юную поросль.

— Да. Линию уже выработали?

— Да. Самодеятельность нашего молодого поколения. Жажда подвигов. Соблазнились официальной наградой Империи за голову этого вора.

— Подойдёт, — кивнул князь, — люди заставят выплатить штраф, но ничего критичного не произошло. И помните. Людские Империи рождаются и умирают. А Светлый Лес живет. Так было, так есть, так будет.

***

Максимус подавил накатившееся раздражение. Только что ему пришлось пообщаться с крысёнышами из Тайной Канцелярии, которые посмели требовать от него (советника-преторианца!) каких-то ответов. Конечно, он их осадил, но неприятный привкус остался. Хотелось вернуться в свои покои, чтобы выспаться и на свежую голову обдумать ситуацию, подвести итоги, решить, как использовать достижения во благо Империи. Ну и естественно, составить отчеты, целую кипу отчетов. Конечно, центурион возьмёт на себя большую часть бумажной работы, но некоторые вещи можно сделать только самому. Например, написать отчёт о том, как он вывел имперского преступника из Аланиса, собственную мотивацию, и как это коррелирует с проектом по ликвидации виконта Лергора.

Раздражение вновь накатило на бастионы воли Максимуса, теперь от мыслей о неприятной бумажной волоките. Но без этого никак. Бюрократия — один из тех мощнейших скрепов, что сковывают Империю чуть ли не больше, чем сила её могучих легионов.

Осталось всего одно дело на сегодня: пообщаться с троицей ищеек. Максимус ещё пару часов назад отдал приказ переместить их в преторианские камеры. Он запросил полевой портал и, вернувшись домой, быстро принял душ, чтобы смыть с себя пот и грязь боя, переоделся в лёгкую (а главное — чистую) броню и проследовал в допросную.

Троица его ждала. В достаточном страхе.

— Хорошо, — подумал Максимус и перешёл к жесткому допросу. С дальнейшим запугиванием и затуманиванием.

Всё оказалось довольно просто. Троица умудрилась отследить вора от самой столицы, увидеть его разговор с неизвестным преторианцем, который и вывел преступника из города. Всё это вместе с клятвенными уверениями, что они хотели как лучше и вообще не думали ни в коей мере влезть не в свое дело и так далее.

Максимус пропускал всё это между ушей, размышляя о троице.

С одной стороны, они влезли не в свое дело. И узнали слишком много из того, что знать не стоит. Поэтому его быстрая часть натуры предлагала кликнуть палачей и отдать приказ быстренько удавить троицу в подвалах. Работа имперских ищеек иногда бывает опасна, случается, что они просто исчезают. Бесследно.

С другой же стороны, что они узнали? Что советник имел дело с подозреваемым, с которого уже на тот момент были сняты основные обвинения. А на текущий момент вообще проходящего по делу всего лишь свидетелем. Да и удачей с мозгами они не обделены: всё-таки они единственные, кто смог отследить вора практически до самого финала. А удачей, так как остались живы.

Жизнь научила Максимуса, что нельзя разбрасываться ценными кадрами. Их слишком мало. Большинство людей с трудом может последовательно соображать, штанишки снимают, когда в туалет ходят и то, хвала богам.

— Так, — решил преторианец, — вы влезли в опасное дело. Поэтому…

Ищейки напряглись, но никаких бессмысленных попыток к бегству не предприняли.

— … вам поставят магическую блокаду и почистят память.

— Спасибо, господин, — быстро ответила Урка.

— Во-вторых, пользу Империи вы принесли. Есть чистые розыскные листы?

Конечно, у женщины нашлись бланки. Максимус бегло написал несколько слов, награду и поставил печать преторианской канцелярии. Урка взяла заполненный лист в руки, и её глаза широко распахнулись: «Помощь Империи. Подтверждено. Провести по закрытым архивам. Награда — двести золотых»

— И не вздумайте никуда исчезать, — предупредил преторианец, — вы мне ещё понадобитесь.

Глава 21. Пытки

Вор подписал бумагу и поднял глаза на Герцога.

— А что теперь, Ваша Светлость?

— Теперь? О… — герцог исчез, уйдя экстренным порталом.

Вор недоуменно огляделся, в этот момент двери в доме вылетели внутрь. Через проём проникли тёмные фигуры, одетые в серую лёгкую кожаную броню.

Нет знаков отличий.

Глухие шлем-маски.

Чёрные кастет-перчатки.

Вор отпрыгнул назад, но это особо не помогло: магией ему заломили руки за спину, ноги словно приросли к полу.

— Пора! — мелькнула мысль. Дорна вспомнил о подарке Милиуса — возможности мгновенно и безболезненно уйти.

Предактивация и наступает тьма.

— Резвый какой, — сказала одна из фигур с уважением, — еле успел перехватить.

— Ага, мерзкая штука. Господин бы нас не похвалил, если бы этот полудурок себя прикончил.

— Ладно. Грузим. Ему предстоит ещё некоторое время побарахтаться.

В жизни есть разные способы пробуждения, и мы сейчас говорим не о том случае, когда ты просыпаешься после отменной пьянки, предварительно намешав адовое количество разнообразного алкоголя. Нет. Пробуждение вора оказалось куда хуже.

Каменный холодный пол.

Полностью нагой.

Закоченевшее тело.

Адское похмелье от выпитой алхимии.

В голове словно гномья кузня. Удар за ударом, словно кто-то вбивал гвозди в голову.

Попытка встать окончилась неудачей.

Рвота. Без рвотных масс. Организм судорожно пытается выблевать всё до последней капли. Но внутри ничего нет.

Ещё попытка встать. Частичный успех. Доран стоит на коленях и локтях.

Боль в голове усилилась почти до потери сознания.