На цепи

Я не стал дожидаться, пока он протрет свои жирные бока, а нырнул в портал и, выйдя за пару метров до зверя, прыгнул ему на хребет. Сразу полез к глазам, ведь самое верное в борьбе с этой громадиной — ослепить. Шкура у них настолько прочная, что и наши когти не всегда справятся.

Но эта тварь оказалась матерая. Тряхнула башкой, потом вильнула задом и сбросила меня на голые камни, зараза!

Я вскочил и снова бросился вперед. Если ослепить не получается, то всегда можно взять иначе. Выйдя из портала, полоснул когтями наотмашь по морде и снова ушел в пространство. Есть! Один глаз задел. Зверюга взревела и встала на задние лапы. Ростом она была больше меня. Я вышел из портала неудачно и чуть не попал под мощный удар лапы, но вовремя увернулся.

Схватил увесистый камень и зашвырнул в открытую пасть. Зверь подавился и начал мотать головой, пытаясь срыгнуть неожиданный твердый кусок, вставший поперёк горла. Старая тактика, но работает безотказно, если ты меткий. А я такой.

Я обломил у сосны кривой сук, подскочил к зверю, у которого пасть перестала закрываться, схватил его под носом и задрав голову, вогнал сук в глотку. Сам отскочил в сторону и вовремя — шако начал заваливаться.

Пока он дергался в конвульсиях, я сидел на камне и ждал, а когда он затих, затащил на ближайший уступ так, чтобы башка висела вниз и когтями разворовал шкуру на шее.

Кровь стекала долго, но к закату все было кончено. Пора было свежевать. С этим делом справился довольно быстро, а вот чистить шкуру решил у озера, там же специально оставил оленью тушку — ее потрохов хватит для засолки. Главное, чтобы Лант принес котелок.

Я свернул шкуру и потащил ее к озеру. Жаль, что пришлось перевоплощаться и надевать штаны и кольцо. Шкура тяжеленая, а в истинной форме пришлось гнуть спину.

Еще издали заметил, что мальчишки у озера нет. Вот сучий колдунчик! Куда запропастился? Не удивлюсь, если потерялся в трех камнях. С него станется.

Я кое-как дотащил шкуру до озера и бросил возле нашего бывшего костра, от которого остались только угли. А сам бегом направился в ущелье. Неужели заплутал, гаденыш? А если на барса наткнулся? Я буду скучать, но недолго.

Едва вступил на тропу, как почувствовал вспышку магии, да такую мощную, что перехватило дыхание. Вспышка была далеко впереди. Там, где я убил первого барса в этих горах. Я бросился туда, готовый в любой момент принять боевую форму, но не пришлось.

Я действительно обнаружил мальчишку на выступе, где тогда свежевал барса. Лант сидел на коленях, спрятав лицо в ладонях, а перед ним лежала туша непонятно кого. Точно не барса. Но и не медведя, и не козла…

Я подошел ближе. Когда мальчишка услышал мои шаги, то встрепенулся и испуганно отпрянул.

— Я… Оно не белое! — взвизгнул он, утирая слезы и тыча пальцем в зверя, что лежал перед ним.

Я обошел труп и встал рядом с Лантом. То, что он убил тварь — это точно, но не ту, что преследовала обоз на тракте. Та была белая, а эта… Эта тварь до жути напоминала ракха, точнее белую тварь, но морда у нее была не столь вытянутая, лапы не столь длинные, а шерсть не белая, а темно-серая с черными разводами.

Тварь будто истыкали ножами изнутри. Вся шкура была в рваных дырах, из которых сочилась кровь, кожа в некоторых местах свисала лохмами, язык вывалился и был покрыт кровоточащими язвами, а на месте глаз зияли кровавые провалы.

Я поднял Ланта на ноги за шкирку и толкнул вперед.

— Идем отсюда.

Пока спускались, я размышлял. Во-первых, что за заклинание прикончило тварь, и почему Кеннера не могла применить его к нашей белой знакомой? Во-вторых, почему Лант оказался здесь так поздно? Он должен был давно обернуться и ждать меня у озера с котелком…

Котелок! Чуть не прошли пещеру. Пожитки мои оставались на месте, и я прихватил их с собой. До озера дошли быстро. Я оставил мальчишку одного, хотя он просил этого не делать, но я был непреклонен. Сам быстро сходил в лес, набрал в котел сухих веток и настругал кольев для шкуры.

Вернувшись, увидел, как мальчишка снова утирает слезы. Я развел огонь, набрал воды в котел и поставил вывариваться оленьи потроха, а сам развел еще один костерок рядом и пожарил остатки оленины.

Пока мясо остывало, вбил в землю колья и растянул шкуру шако, снял остатки жира и мяса своими когтями, пользуясь тем, что мальчишка отвернулся к озеру и накрылся с головой плащом. К тому моменту кишки достаточно проварились так что, залив ими шкуру, я прополоскал котел и наконец устроился рядом с Лантом.

— Рассказывай, — приказал я, откусывая кусок сочной оленины. — И сними плащ с башки, а то тебя не слышно. Что ты делал в ущелье так поздно? Я велел взять котел и вернуться обратно.

— Я заблудился, — выдавил из себя Лант, утирая слезы.

Ну да, мог бы и не спрашивать.

— Хорошо, заблудился, а дальше что было.

— Потом нашел тропу, о которой вы говорили, начал подниматься и считать пещеры, и в этой пещере, в четвертой было оно…

— Что оно делало в этой пещере? — удивился я.

— Нюхало, — прошептал Лант, будто тварь могла нас услышать.

— Нюхало? — еще больше удивился я.

— Ага, котелок нюхало, а потом начало нюхать стены, — слезы у мальчишки высохли, и он снова начал тараторить. — А потом оно повернулось ко мне. Я закричал и бросился бежать.

— Почему вверх по тропе, а не вниз?

Лант пожал плечами и опустил голову:

— Не подумал.

— Это понятно. Дальше что было?

— Я понял, что оно догоняет и остановился. Тварь прыгнула, и я понял, что мне конец… И потом… В общем, я от испуга использовал заклинание…

— Какое? — навострил я уши.

— Только не смейтесь, — смущённо попросил Лант.

— Не буду, — серьезно сказал я.

— Портала. Я хотел отправить ее подальше отсюда и вот…

Я вспомнил рваные раны на теле твари, а еще вспомнил слова Зельдея про то, что такие как Лант не умеют открывать устойчивые порталы, что их порталы сродни нашим, но тут же осознал, что порталы ракха не наносят нам вред, а вот Лант… Он просто открыл портал внутри твари и раны эти были ничем иным как следы от потоков энергии. Вопросов к Кеннере больше нет.

— Почему она не белая? — вывел меня из задумчивости тихий голос мальчишки.

— Потому что это другая тварь, — сказал я и протянул ему кусок уже остывшего мяса.

Он взял, но есть не стал. Положил на камень возле огня.

— То есть она не одна такая?

— Выходит, что нет, но об этом никто не должен пока знать. Ты меня понял? — строго спросил я.

— Понял.

— Лант, а может ты будешь обозы провожать? Так со всеми тварями на тракте покончишь, — ободряюще улыбнулся я, да только мой помощник шутку не оценил.