На Пределе

По дороге к нам присоединялись отряды из близлежащих городов, так что войско собралось внушительное, несколько сотен, как здесь говорили, копий. Подтянулось и пешее ополчение из местных поселений, которое привел седобородый старейшина Кармолиума. Вскоре мы уже встали лагерем на опушке леса, но костров не зажигали. Перед нами лежала низина, поросшая густой травой. Посреди нее и проходила граница, за которой начинались холмистые земли коритан. Конечно, пограничных столбов со шлагбаумами не наблюдалось. Честно говоря, вообще ничего не наблюдалось.

Я не видела ни неба, ни холмов, хотя первые вестники наступающего дня давно уже окрасили мир в серый цвет.

Было пасмурно, с тяжелых низких облаков то и дело срывался дождь. Низина оказалась затянутой густым клубящимся туманом. Он пугал меня своей неестественностью, потому что походил на живую субстанцию, которую, казалось, можно было не только потрогать, но и даже зачерпнуть, набрав полное ведро.

– Друиды коритан, – вынырнув из тумана, сумрачным голосом заявил мне Гахарит. Подозреваю, ничего хорошего это нам не сулило, потому что мой главный друид выглядел озабоченным.– Их рук дело! Высшие тоже есть… Как только будете готовы, скажите, мы развеем!

Гахарит подозвал Ангуса и еще одного друида, и они отправились к кромке тумана, где под присмотром вооруженных людей начали странный ритуал. Я косилась в их сторону, но в полутьме видела лишь мелькание фигур в белых одеяниях, исполнявших какой-то замысловатый танец. В тишине это смотрелось настолько неестественно, что я даже поежилась.

Вскоре в лагерь вернулись лазутчики из местных, которых еще до нашего прибытия старейшина Кармолиума отправил на разведку. Новости они принесли так себе. По ту сторону холма, скрытое живым, дышащим туманом, стояло войско коритан. Сколько их, разведчики сказать не смогли, так как повсюду были расставлены посты.

Тут подошел легат. Снял оружие, сунув его в руки своему легионеру, затем шагнул в туман. Я только и успела раскрыть рот, как тут же услышала шум огромных крыльев! В лицо полетели разорванные клочки тумана, осели на коже противной субстанцией, которую я поспешила вытереть рукавом. Б-р-р, какая гадость!

Неужели дракон полетел на разведку?

Вернулся он минут через пять, и на опушке леса я держала свой первый военный совет. Вернее, преимущественно молчала, решив не лезть в то, в чем не разбиралась. Но следила, чтобы «мои» не слишком огрызались на эскарийцев. Вернее, на одного из них, так как остальные офицеры слушали своего легата и помалкивали. Новости Квинт Октавий принес тревожные. Да, войско есть, причем довольно крупное. Несколько сотен копий, как конница, так и пешие. Лучников, правда, нет.

Воевавшие против коритан еще с моим отцом важно покивали – нет, у Вентурия лучников отродясь не водилось. Мужчины тут же принялись обсуждать тактику ведения боя, говорили о конных отрядах на флангах, опытных воинах в центре, а за ними – простой народ, вооруженный кое-как. Тут я не выдержала, заявив, что воевать мы будем лишь в крайнем случае.

Но, кажется, он наступал стремительно и неизбежно. Накатывал товарным поездом, который уже не остановить. Больше всего мне хотелось вернуться в Инсурим, принять ванную, отмыться от собственного и конского пота, а еще и от липкого тумана вражеских друидов.Ну и черт с ними, с этими коританами!

Неужели начнется война из-за стада коров?

Я в очередной раз осознала это, заметив, как деловито расставляют войска Квинт Октавий и Прасург, как поправляют доспехи эскарийцыи раздеваются наши…

Что?! Обалдеть! Они что, решили идти в бой нагишом?!

Тут я заметила в руках бригантов небольшие горшочки. Мужчины деловито опускали в них пальцы, затем рисовали на себе темные полосы и спирали. Выводили узоры на лице и теле. Краска в тусклом утреннем свете казалась почти черной, вернее, темно-синей.

Тут ко мне подошел Актеон, тоже раздетый, правда, всего лишь до пояса. Я уставилась на его раскрашенное лицо. Вид у короля караветтов был устрашающим.

– Аэлика, позволь мне! – произнес он, показывая на горшочек.

Я пожала плечами. Раз уж росписи не миновать, тогда лучше уж это сделает Актеон, чем сводный брат! Села на корягу и закрыла глаза. Актеон опустился рядом. Пальцы мужчины коснулись моего лица, выводя на лбу и щеках узоры в виде спирали. Влажная краска холодила кожу, щекотала, и, казалось, проникала сквозь поры внутрь, пока не попала в кровь и не побежала по венам. Странно все это! Я чувствовала, как тело наполняется легкостью, исчезает усталость, тревога, уступая место неестественному восторгу.

Я была готова на все. Дайте мне оружие, покажите врага, и…

Да что же это со мной?!

– Какой-то наркотик? – дернувшись, спросила у Актеона, который, разрисовав лицо, наносил узоры на моей шее.

– Вайда, – отозвался он. – Древесная краска, которую боги подарили племенам Альбиона.

Я усмехнулась. Как же, боги им подарили, держи карман шире! Местные наркодиллеры в белых простынях!

– Только высшие друиды знают рецепт ее изготовления, – продолжил Актеон, подтвердив мою догадку. Тут он потянул меня за ворот, пытаясь стянуть тунику.

– Ты что, сдурел? – рассердилась на него.

– Твоя одежда, – терпеливо произнес Актеон, кивнув на коричневую тунику, поверх которой красовалось золотое королевское украшение. – Мешает.

Я растерялась, но ненадолго. Хорошая вайда вышла у наших друидов! Наркотик в крови толкал на безумства. Раз мой народ щеголял раздетым, чем я хуже?!

Мы – дикое племя, а я – королева этого безобразия!

– Да пожалуйста! – с легкостью отозвалась я, скидывая тунику, затем еще и короткую сорочку.

Если до этого я куталась в плащ, то теперь совершенно не ощущала холода. Наоборот, внутри меня разгоралось пламя. Под действием вайды обострился слух и обоняние – я слышала отдаленные разговоры, вздохи, треск сучьев под ногами воинов и всхрапы лошадей. Ощущала запах сырого леса и влаги от ручья, сладость спелых ягод на краю поляны. Поморщилась, когда мимо прошел потный эскарийский легионер.

А еще в нос лез липкий, приторный на вкус туман.

Тут я отвлеклась. Вернее, Актеон слишком уж увлекся росписью по телу, вернее, по моей груди. Особенно его занимали затвердевшие на ветру соски, и художества давно уже переросли в эротический массаж.

– Дурак! – рассердилась на него. – Еще раз за грудь схватишь, останешься без…

Объяснять не стала, решив показать наглядно. Выхватила кинжал и приставила к тому, чем, подозреваю, думал, пока занимался росписью. Актеон издал протестующий вопль, но руки все же убрал. Я взглянула вниз, на результат его художеств. М-да, какая-то я вся… частично синенькая! Король караветтов изобразил скромные спирали на животе и на плечах, зато на грудь и соски краски не пожалел.

Тут я почувствовала взгляд. Холодный, тяжелый. Обернулась, засовывая кинжал за пояс. Оказалось, эскарийский легат стоял рядом и смотрел на наши с Актеоном забавы.