На прорыв!

– Смертный приговор для единственного специалиста в ядерной энергетике в радиусе тысяч километров могут отменить на неопределенно долгий срок. А если мы сумеем доказать суду, что у Седыха в анклаве тоже есть специалисты из старой гвардии и он готов ими поделиться на взаимовыгодных условиях, то в связи с особыми обстоятельствами, можете выжить оба. – Выложил на стол все карты Зёма.

Казнить «высоких» людей с поверхности по собственному усмотрению он и не собирался, на ходу обдумывая как уменьшить приговор для специалистов. Но какой приговор, если весь подземный суд состоя в данном случае из него и спящего Тимофея?

Судьи кто?

Седых, все это время идущий рядом молча, кивнул.

– Есть пара человек. Имена забывают, в пальцах путаются, но в физике шарят. Да и молодых на обучение тоже с радостью отдам. Тесно им в анклаве. А у вас тут научная Мекка. Радости у безусых будет полные штаны.

Зиновий посмотрел на обоих диверсантов и ухмыльнулся. Вот оно – планирование наперед. Когда думаешь не о своей шкуре, а о нуждах будущего поколения. Может же, старый, если хочет.

– Что ж, Клавдия, выход простой. Пока нам переизбыток энергии ни к чему. Глуши реактор смело. Насчёт химических элементов для возобновления его реакций подумаем завтра. – Принял важное решение адмирал. Оно было единственным. Так что выбор был не велик.

Специалист в области ядерной энергетики и умелый хирург в одном лице, подошла к панели управления. Там Морг принялась колдовать над клавишами с кириллицей и клавишами с целыми прописанными командами. О смысле написанного догадаться можно было, но адмирал не понимал всей сути управления. Для него эта рабочая панель была звёздами в небе, которые он впервые увидел пару недель назад. Большой, невозможный космос, о котором не знал ничего, кроме знакомых ориентиров Большой и Малой медведицы. И то лишь потому, что ковшики в небе найти предельно просто.

Зиновий понял, что дальше он бессилен что-либо сделать или остановить. Теперь всё зависело от Морга. Но чёрта с два он собирался выдавать все карты в руки двух заговорщиков, с которых и началась вся неразбериха в подземном городе.

– Вы вот что. С АЭС ни ногой. Культисты сюда лезть не будут. Так что оба пока оба в безопасности. А мне надо решить другие дела.

– Погоди. Не все потеряно насчёт ядерной энергетики. – Добавила Клавдия. – Да, мы остановим наш реактор и вряд ли воскресим Билибинский в ближайшее время. Но есть ещё один нюанс. Незадолго до Конца Света Россия запустила уникальный проект плавучего энергоблока. К сожалению, на тот момент я уже работала здесь и понятия не имею, что произошло с «Академиком Ломоносовым» дальше. Но можно предполагать, что ракеты Богини не разнесли эту цель. В плавучую ядерную электростанцию у берега сложнее попасть. Пара атомных реакторов при условии сохранения береговой и энергетической инфраструктуры смогут выдавать не только электричество, но и тепло. Если север не заражён, это может стать нашей опорной точкой на Чукотке. Мощностей может хватить для многих благих дел.

– Чукотка это хорошо – Протянул Зёма. – Тепло, электричество и свобода от радиации могут сыграть важную роль в перезагрузке цивилизации. Опорная точка в возобновлении следования Морского Северного пути, как минимум.

– На север лезть? Вы в своём уме? Мы не получали оттуда никаких сигналов. – Хмуро заметил капраз.

– Тогда когда-нибудь проверим. Пока нам бы из-под Купола выбраться. Клавдия, так что такое лук?

Клавдия бросила через плечо, колдуя над панелью:

– А, ЛУК? Так линия управления коммуникациями. Всю жизнь здесь прожил и такие вопросы мне задаешь.

Зиновий треснул себя по лбу (едва искры из глаз не посыпались от силы имплантатов) кивнул и помчался в крематорий.

– Вроде смышленый пацан, – глядя ему вслед обронил Седых. – Но наивный до ужаса. Этот максимализм в сочетании с идеализмом никогда ничем хорошим не заканчивался.

– А ты первые годы огнем и мечом что ли правил? Сам сколько раз подставлялся, доверяя людям?

– И то верно… но зубы мне так выбивают первый раз.

– Так это ты женщине поверил. – Улыбнулась Морг и повела плечами. – И все получилось. Правда, не совсем так, как мы ожидали.

Капраз выразительно промолчал…

Зиновий вышел из помещения «на свежий воздух». На самом деле под Куполом дышалось тяжело. Город погрузился в смог. Дым стелился по улицам, на лицах прохожих появились повязки. Многие кашляли. Уровень кислорода в воздухе катастрофически быстро падал. Табло показывали критические цифры.

Толпа культистов и баррикады из тел начались ещё в начале улицы, ведущей к площади. По причине того, что была эта площадь единственной во всём подземном городе, она так и называлась – Площадь. Больше нецелесообразного открытого пространства архитекторы города не оставляли.

Работа носильщиков была фактически парализована. Они слонялись без дела, ожидая у динамиков дальнейших распоряжений. У адмирала даже мелькнула мысль, что Тимофею по пробуждению стоит в первую очередь заняться наладкой коммуникаций, иначе скоро гонцов придётся заводить. А потенциальные шпионы запросто могли их перехватить. Что не безопасно.

Раздумывая над новой проблемой, Зиновий забрался на вал из тел и за неимением рупора, закричал сам что есть мощи:

– Я Зиновий Бесфамильный! Вы знаете меня и моих друзей» Слушайте меня, жители Москва Сити!

Люди со всех сторон принялись притихать, привлекая внимание остальных дальше по цепочке. Всё внимание в один миг переключилось на говорившего.

– Карлов трагически погиб, стойко спасая наши жизни. Хакер Тимофей изнеможён. Мне пришлось взять власть в свои руки. Я не хотел этого, но ни у кого из вас нет большего опыта, сколько у того, кто побывал на поверхности после Конца Света. Мои друзья заняты спасением наших жизней, так что выбор был не велик. Я ваш новый Поверенный. И пришло время решать проблемы!

– Зёма! Зёма! – Закричали люди, разглядев знакомое лицо и услышав новые детали. – Зиновий Железнорукий!

– Действительно, я потерял руки, но голова на месте. Поэтому крематорий мы отключим. Иначе город задохнется.

– А что делать с телами? – Спросил один из толпы и люди одобряюще загудели.

– Тела мы транспортируем на поверхность и сожжём там. Возможно, часть захороним. Я не позволю варить из людей мыло. Это плевок в лицо тем, с кем мы жили.

– Но они нас и за людей не считали!

– И где они теперь? – Спросил в ответ адмирал. – Мы должны быть выше этого! Мы не господа. Мы не подчинённые. Мы все – выжившие! А теперь прекратить работу крематория! Остановить подачу подземного газа! Вырубайте, пока мы все нахрен не задохнулись!

– Да! – Загудела толпа. – Остановить!

Зиновий поднял руку, бессильный перекричать толпу. Вновь потребовал внимания. Пока приказ передавался дальше по цепочке в здание, адмирал вновь заговорил в возобновившейся тишине:

– Единственный способ выдворить тела на поверхность, это поднять их в грузовом лифте. Он располагается в здании мэрии, в кабинете Поверенного и вскоре будет готов снова работать. Мы восстановим шахту. Заберем с поверхности достаточно свежего воздуха, чтобы ушёл смог. И вновь сможем спокойно дышать. А пока переносите тела на Площадь и ждите новых распоряжений. Нарекаю её Площадью Карлова. Хвала герою подземелья!