На прорыв!

– А что сейчас вообще не важное? Найди себе Алую Саламандру и не бегай впотьмах. Я занята. Отвлекаешь.

– Где мне её взять? С Карлова, что ли, снять?

– Почему бы и нет. Его всё равно хоронить. Если будешь умнее, не станешь делать из этого зрелище. Людям нужны равные похороны. Ничего выдающегося на моей памяти он не сделал. Город восстанавливает Тимофей. Это на поверхности он был герой. А тут просто занял место чужого человека и затесался в ряды культистов. Что он там для них делал, ума не приложу.

– Поздно, я назвал в его честь Площадь.

– Вот и хватит. Остановись на этом.

– Я не могу зайти в мэрию за его костюмом. Почему она обесточена? Там должны быть аккумуляторы.

– А как бы они работали, если сгорели от перегрузки в энергосетях? – Прикинула Ольха. – Спроси лучше, куда делось тело отца Дементия, которое косвенно обвиняется в укрывательстве кейса с передатчиком, который и позволил Хозяйке выжечь мозги нашим людям в городе.

Зёма кивнул с важным видом:

– Ты же тоже понимаешь, что без шпионов ИИ не смог бы запустить ядерный реактор. Мало химических элементов.

Ольха посмотрела как на безумца.

– Тебя тоже что ли отравили? Какие шпионы? Предки могли что-то оставить прозапас в реакторе ещё с эры благоденствия. Достаточно было просто запустить процесс, если всё хранилось на своих местах. Это мог быть чисто автоматический процесс. Или хотя бы полуавтоматический.

– Там не всё так просто. Это ядерная физика!

Ольха дождалась, пока поменяет цвет ещё одна колбочка и вздохнула:

– А, ну всё ясно. Этот придурок скорее всего нажрался немытых овощей в гидропонике. А под воздействием влияния химических веществ на мозг, получил дозу галлюцинаций.

– Слушай, а может он просто придумал историю с похищением тела? – Предположил Зиновий.

Ольха повернулась так, словно сама была шпионом и не собиралась выдавать своих.

– Если так, то все твои выводы про шпионов – бред. Панику только наводишь.

– А чемоданчик как же?

– Решай конкретные задачи! Как вон с дымом или управлением толпы из 2,5 тысяч юнитов, которые не знают, как себя занять. Они же вообще ничего не умеют, кроме как таскать трупы. Вскоре эта толпа потребует зрелищ. С кого спросят? С Поверенного. И растерзают тебя на горячо любимой Площади Карлова.

Зиновий вновь задумался. Для шпиона Ольха была слишком открыта.

– Действительно, могли. Тогда выходит, Клава несколько преувеличила важность создания химических элементов. Те вполне могли покоиться в недрах самой АЭС. Выходит, не хочет Морг умирать и ищет себе важную работу.

– Клава? Ты лазишь по городу с моей тёткой? – Ольха даже повернулась.

– Немного. Они с Седыхом остановили ядерный реактор и прячутся там. А попутно я договорился, чем увлечь молодежь из нашего города и анклава Владивосток.

Ольха округлила глаза.

– Ты оставил диверсантов в самом сердце нашей уязвимой точки Купола? Ты в своём уме? Или ты стал всецело доверять ей, после того, как она спасла мне жизнь? Так она её чуть и не отняла. Забыл?! – И Ольха начала бурчать так, что Зёма быстро сделал кислую мину. – Договорился он! Мне надо было не руки, а башку тебе новую пришить!

– Остановила же. Она знает о городе не так уж и мало. – Неуверенно добавил Зиновий, и тут же вспомнил, что сам рассказал им про все проблемы, с которыми столкнулись ребята.

– Так, уйди с глаз моих, деятель! Не то поставлю укольчик и устрою перевыборы в один момент!

– Но ведь остановила же. – Ещё менее уверенно повторил Зиновий и сорвался в новый спринт.

Ощущение, что руководитель из него так себе, придало новых сил. Кто не умеет думать, должен быстро бегать. Закон природы.

В душе в тоже время захотелось закричать куда-то внутри себя, забиться в самый дальний уголок души и не выходить оттуда хотя бы несколько дней. Жаль, должность Поверенного этого не позволяла. Но если Ольхе передался характер Клавдии, то спорить с ними обеими нужно было лишь с наличием доводов, а не веры.

«На веру им плюнуть и растереть».

И все же город был цел. Ядерный реактор затих. Фонари города перешли на ночное освещение. Днём. Резкая смена интенсивности света сбивала с толку культистов, которые вновь таскали по городу тела. Но для энергоколлекторов, которые быстро принялись отдавать накопленную энергию, в то же время не получая её от остановленных теплоэлементальных станций и ядерного реактора, другого выбора не было. Автономная система могла лишь сократить потери, отключив не жизненно важные структуры.

Зиновий, нарезая круги по городу, чувствовал себя портным, который штопает дырки с гораздо меньше скоростью, чем они появляются.

Положительный момент был всего один: Вики после долгих окриков все же вышла из мэрии и даже принесла ему тело Карлова в Алой Саламандре.

– Что ты будешь с ним делать? – Спросила на всякий случай подруга, глядя как Зиновий разглядывает месиво лица, на которое она предпочла не смотреть, пока несла.

– Раздену. – Уверенно ответил Зёма с хладнокровностью патологоанатома.

– Погоди, я отвернусь. Не, лучше зажмурюсь. Все, начинай.

На манипуляции с телом никто из культистов внимания не обратил. Тысячи тел в мешках и так доставляли немало хлопот. Потому Зиновий спокойно снял Алую Саламандру, переоделся и положил тело Поверенного на скамейку.

Вскоре, им должны были заняться «могильщики без могил».

Костюм быстро изменил пропорции, подогнав габариты под новое тело.

– Гм, раздел. Я бы так не смогла. – Честно призналась Вики, глядя как на вороте костюма осталась кровь Карлова. – Ты же хуже мародёра.

Зёма хмыкнул, улыбаясь.

– А ещё я самый тупой правитель Москва-Сити. Но других нет. И пока не поздно всё исправить. Помоги мне. Вот что бы ты сделала на моём месте?

– Я бы просто спросила у культистов, где покоятся остальные Алые Саламандры, – добавила Вики. – Им наверняка попадались и тела членов Сотни.

Ухмылка сползла с лица Зиновия мгновенно. Про себя подумал, что пора бы выспаться, иначе не далеко до фатальных ошибок.

– Эм… я прашивал. Всё не так просто, как кажется. Ты не переживай по этому поводу. Я всё продумал.