Наёмник

Хорошая карта, подумал Кирк. Хоть и темно сейчас, а всё же видно, что карта хороша. Все места, где мы были, легко узнаваемы. Пока ещё она нам не требовалась, но скоро закончатся зоны, в которых бывал Тенчен-Син. И тогда она пригодится.

— Так что, командир?
– снова подал голос Партиони.
– Как с нами быть-то? А?

В голосе его сквозила нервозность.

— Пойдёте дальше, - коротко ответил Кирк.

— Серьёзно?!
– расхохотался Партиони.
– Да ты на меня посмотри! Еле хожу!

— Пойдёшь, как миленький!
– рявкнул Кирк, резко обернувшись к Партиони.
– Ногу поцарапал? Сопляк! Доковыляешь!

Все с удивлением посмотрели на Кирка.

— Ты что, командир?
– негромко спросила Тас-Кса-Сит.
– Не дойдёт ведь он...

— Дойдёт, - отрезал Кирк.

«Постарайся, чтобы ты оказался там совершенно один...» - вспомнил он слова Дитриха.

Хрен тебе, злобно подумал Кирк. Всех доведу. Из принципа. Всех до одного. Пинками погоню, каждого. Никто тут у меня сдохнуть не посмеет. На себе поволоку, а сделаю так, как хочется мне, а не тебе, господин Аллан Дитрих...

— Командир, - Партиони уже говорил спокойнее.
– Мне правда не дойти. Может, я останусь тут? Тут, вроде бы, безопаснее...

Безопаснее, подумал Кирк, как же. Откуда ты знаешь, где безопаснее?! Может быть, в этом дворце как раз таки и опаснее всего...

Место, куда привёл их Тенчен-Син, выглядело мрачно. Это и впрямь был какой-то заброшенный дворец - узкие высокие окна с давным-давно выбитыми стёклами, каменные плиты пола, темнота зала, едва рассеиваемая скудными лучами света, проникавшими с улицы, затхлый и спёртый воздух... Гнусное место, одним словом.

Неприятнее всего то, что придётся здесь заночевать. Скоро совсем стемнеет, а идти по Лабиринту ночью нет никакого желания. Ночевать же здесь - неизвестно, чем эта ночёвка закончится...

Походный рацион показался им сейчас совершенно безвкусным. Разумеется, он никогда не обладал вкусом деликатеса, но сейчас было такое ощущение, словно картон жуёшь. И вода была какая-то... липкая и противная.

— Будем дежурить по очереди, - заявил Кирк.
– Все, кроме Партиони и Мелони.

— Почему это?!
– возмутился Партиони.
– Если я не могу идти, то не надо делать из меня... не знаю, кого! Отдежурю, командир, не волнуйся!

— Я тоже!
– сказал Мелони.
– Правая рука действует, всё будет в порядке!

— Хорошо, - Кирк пожал плечами.
– Будь по-вашему... Кстати, Мелони! А ведь твоя штука тут и правда работает, - Кирк с улыбкой указал глазами на бластер, лежавший на полу рядом с Мелони.

— А как же!
– гордо ответил Мелони.
– Иначе и быть не могло!

— Чем это он у тебя стреляет?
– заинтересовался Рогов.

— Во, гляди!
– Мелони поднял бластер по направлению к Рогову. Раздался звонкий щелчок, и Рогов испуганно отшатнулся - возле самого его лица торчал из стены короткий и толстый металлический стержень.

— Всё гениальное - просто!
– заявил Мелони.

— Придурок!
– покрутил головой Рогов.
– А если бы в меня попал?

— Не попал бы, - успокоил его Мелони.
– Стрелять умею, не волнуйся!

— Иди лучше, на таирцев поохоться, - мрачно посоветовал Рогов.
– Скольких ты уложил-то этой игрушкой?

— Четверых, - ответил Мелони и удивился: - А что, это были таирцы?!

Рогов презрительно фыркнул.

— Я в семьсот пятом с ними сталкивался, - заявил он.

– Аллану Дитриху что-то нужно было от них, ну он и отправился. Лично. А я - с ним вместе, как телохранитель.

— На Таир отправились?!
– поразилась Тас-Кса-Сит.

— Ага, пустят они нас туда, как же!
– расхохотался Рогов.
– Не, не на Таир. Они договорились встретиться на нейтральной территории - какая-то мёртвая планета, что после Большой Войны ни на что более и не годна... Дней десять с ними Дитрих беседовал... Межимперский язык хорошо понимают, не хуже нас. Разговаривают правильно, только вот фразы строят непривычно... Честно говоря, я ни разу таирской речи-то и не слышал, ни одним словом на своём языке они не обмолвились. Только на межимперском.

— А что Дитриху нужно было от таирцев?
– спросил Партиони.

— А чёрт его знает, - пожал плечами Рогов.
– Что-то по делам Концерна... Не договорились они. Таирцы вообще неохотно идут на контакт.

— Да уж, неохотно, - Мелони прикоснулся к пострадавшему плечу и слабо охнул.
– Сегодня они шли на контакт - охотнее некуда.

— Это точно, - подхватил Партиони.
– И что самое любопытное, зачем они полезли в Лабиринт? Они же никогда сюда и носа не совали.

— А мне не понравилось, что на таирцах была броня, - подал голос Тенчен-Син.
– Такая же, как на тех людях, которые были атакованы в канале за пределами Лабиринта. Я никогда не видел такой брони. Может быть, эта броня и вовсе изготовлена была не людьми, а таирцами.

— Да, человек в таирской броне - это что-то невиданное, - согласилась Тас-Кса-Сит.

— Невиданное и опасное, - сказал Тенчен-Син.
– Человек и технологии Лабиринта - это плохо. Люди в союзе с таирцами - это конец для всех остальных рас.

Тас-Кса-Сит не сумела сдержать кивка, но тут же воровато оглянулась на Кирка и торопливо перевела разговор в иное русло

— Хорошо, что они не догнали нас, когда мы шли к Лабиринту, - сказала она.
– От нас бы и пыли не осталось.

— Ты говорила, что эта группа шла за нами очень давно, - сказал Кирк.
– Я думаю, что они не просто шли в Лабиринт; они преследовали нас, именно нас.

— Нам повезло, что ловушки Лабиринта немного сократили численность этих настырных таирцев, - проговорил Партиони.
– Будь их вдвое больше, мы бы сейчас лежали на улице хладными трупами.

— Когда я прикончил последнего из них, - задумчиво проговорил Рогов, - он успел мне кое-что сказать. Я злой был ужасно, ну и спросил, чего они к нам привязались... Ну, в смысле, просто рявкнул на него... Что-то вроде, какого чёрта или как-то там ещё... Удивило меня, что таирцы, и вдруг - в Лабиринте.

— И что он тебе сказал?
– быстро спросил его Кирк.

— Он сказал мне: «Вечным место в вечности», - ответил Рогов.

— То есть?!
– не понял Партиони.

— Вечностью таирцы называют смерть, - пояснил Рогов.
– «Уйти в вечность», значит умереть.

— А Вечные?
– продолжал допытываться Партиони.

— Вечными таирцы называют Предтеч, - было темно, но Кирку удалось разглядеть, как Рогов обвёл всех присутствующих взглядом.

— При чём тут Предтечи?
– недоумённо спросил Партиони.
– Какое отношение они имеют к нам?