Наследие
Шрифт:
Я рванулась за шайном. Нет, я его так не отпущу! Моя душа, тело — все рвалось к нему! Он не может так поступить со мной!
Но он еще как смог. Мои пальцы поймали лишь темный туман, который перенес Ариана туда, где я не могла последовать за ним! Ничто, никогда не могло причинить мне больше боли.
Сморгнув слезы, я выдержала мучительное мгновение, словно мир рухнул вокруг меня, а я в эпицентре катаклизма... Чтобы хоть как-то успокоиться, рухнула на кровать, стирая непролитые слезы с щек, и схватила первое, что попалось под руку, шар поместья.
Мои руки дрожали от разочарования
Но шар остался глух к моим просьбам и мольбам, ему было наплевать на то, что мое сердце кровоточило. Открывшаяся на ладони рана засаднила, я подняла руку, перевязанную бинтами. Казалось, это было совсем недавно. Еще вчера я была счастлива. Больше всего боялась боли первой ночи...
Но вовсе не сердечной.
Зарычав, я схватила шар, пачкая его своей кровью, и со всей силы отбросила от себя. Врезавшись в стену, он отскочил, подпрыгнул и...
Развалился на две половинки.
Это было так внезапно, что я вздрогнула. Вот так взял и развалился? Мне надо было просто швырнуть артефакт о стену?
Я подобралась и встала, приблизившись к шару так, словно он мог схлопнуться обратно от неосторожного движения. А может быть, дело в моей крови... Я раскрыла ладонь с пропитавшимися кровью бинтами, и судорожно выдохнула.
Руэлл же говорил, что у меня особенная кровь. Кровь последнего феникса. Присев, я осторожно подхватила двумя пальцами что-то блестящее, оказавшееся внутри.
В моих руках сверкнула серебряная роза, больше напоминающая верхнюю часть ключа. Подумав, я поддела ногтем заднюю пластину, и та с щелчком отскочила, образовав ключ.
В моих руках был ключ. Древний, из серебра. На вид простой, но от него исходила сила, и я узнала эту энергию.
Ключ источал магию преисподней. Ту самую, которая вырывалась из-под врат. Эта сила оседала внутри тяжестью, неизбывной тоской, которой не было выхода.
Прикрыв глаза, я вспомнила Врата в поместье, и огромную розу на полу перед ними. И частицы мозаики начинали становиться на свои места.
Все договора, а значит, и все проклятия, находятся в преисподней. Как проклятье поместья… так и договор Ариана с Ашреей. Выдохнув, я решительно встала и подхватила с пола Маску Полуночи. Сжала ее в руках, кусая губы.
— Отведешь меня к Руэллу, мой славный? — позвала я Морта, грызущего одну из коек. Кот, застигнутый с поличным, замер, но со вздохом посеменил к выходу, предлагая следовать за ним.
И я последовала. Что ж. кажется, пришла пора поговорить с Руэллом.
Он задолжал мне много ответов — и многое должен рассказать.
Тишина комнаты настораживала. Я оставила Морта наедине с каким-то артефактом, опрометчиво брошенном на столе, и шагнула в соседнее помещение, вертя головой во все стороны.
— Руэлл? — прошептала я, готовая уже ко всему, мало ли, что водится в этом Дворце.
Не хотела бы остаться в этом здании ночью. Огромное, помпезное, оно подавляло необъяснимой силой, присутствующей в каждом закутке. Будто дуновение недружелюбного ветра, едва уловимо скользящего по телу.
Мне ответила звенящая тишина. На первый вид пусто, странно, что Морт
привел меня именно сюда. Кабинет был огромным, большой стол терялся в нем. Мои шаги гулко отдавались в таком пространстве.Сделав несколько шагов, я наткнулась взглядом на огромный портрет сурового мужчины. Он был настолько суровым, что по коже побежали мурашки и, передернувшись, я резко развернулась, желая покинуть это место от греха подальше.
— Черт, — сорвалось с моих губ.
Ох, даже не сразу поняла, что конкретно вижу! Незамеченное мной зеркало стало большим сюрпризом для меня, беда в том, что я-то как раз в нем не отражалась... ну то есть отражалась, но не совсем я!
У меня даже волосы вверх поползли. Вспыхнув, я прижала ладони к горящим щекам, мои глаза, наверное, стали, как блюдца. В зеркале была моя спальня и огромная кровать. Отражение активно двигалось; девушка, похожая на меня, выгибалась, плотно обхватывая бедрами... э-э-э, Ариана? Причем он тоже был без одежды.
Он покрывал поцелуями ее изогнувшуюся шею, его ладони сжимали ее обнаженную грудь. У меня просто не было сил отвернуться от такого зрелища! Вот она приоткрыла рот в стоне, ее бедро согнулось в колене. Разгоряченная, она смотрела в глаза Ариану, когда он плавно подался вперед. И еще раз, и еще, вжимаясь в нее бедрами.
Видимо, ей было очень хорошо! Вжимаясь в матрас, она обхватывала Ариана, будто пыталась удержаться на кровати. Ее пальцы впивались в простыни, она, очевидно, издавала крики наслаждения, и мои щеки уже не просто горели, меня всю охватил пожар! Боже, что это?!!!
— Амирелла, что привело тебя? — раздался спокойный голос Руэлла позади. Подпрыгнув, я развернулась и крепко прижалась к зеркалу, прикрывая неприличное — очень неприличное!!! — отражение.
Спасибо, что оно без звука! Я открыла рот, силясь выдавить из себя хоть что-то. Я чувствовала, как поддаюсь увиденной сцене. Пульсация внизу живота привела меня в полное смущение.
— Э-э... Тишина комнаты настораживала. Я оставила Морта наедине с каким-то артефактом, опрометчиво брошенном на столе, и шагнула в соседнее помещение,
— Что ты такого увидела в зеркале потаенных желаний, что смутилась? — выгнул бровь Руэлл. Он даже в интересе отстранился от кресла, где удобно разместился, а я рыбкой открыла рот и закрыла.
Значит, он не может разглядеть отражение? Хоть на том спасибо! Встрепенувшись, я сдернула со стены одну из портьер и набросила на зеркало. Поспешно обернулась, кусая губы, помялась.
— Я т-тортик к-кушала, — заикаясь, выдавила я, чтобы дракону не вздумалось подсматривать мои, кхм, потаенные желания.
Е-мое! Вот у Гарри Поттера родители рядом стояли, а у меня, у меня… заметив, как Руэлл внимательно смотрит на меня, я прочистила горло, понемногу приходя в себя.
— Видимо, он был весьма аппетитным, — насмешливо прокомментировал дракон.
— Еще я страстно убивала Ашрею, да, кстати, об этом, — стремясь замять конфуз, я стремительно подошла к Руэллу и, покопавшись в сумке, выложила на стол две половинки непробиваемого шара и ключ.
Они легли на стол с обвинительным стуком. Я сделала вдох-выдох, и взяла себя в руки, решительно посмотрев на посерьезневшего Руэлла.