Нежнее неба

«Не унывайте же, друзья…»

He унывайте же, друзья, Глядите в будущее смело; Мы победим, уверен я: Мы бьемся за святое дело. Враги сильны, но не пробить Им никогда наш щит железный; Все их усилья бесполезны, Россию им не победить. И – пусть ужасны дни войны — В разгром врагов мы будем верить: Они уже истомлены, А нашей силы не измерить! 1915 г. 3 января. Суббота. Москва

«Когда над нашею страною…»

Когда над нашею страною Жестокий враг занес свой меч, Чтоб окровавленной рукою Ее разграбить и зажечь, — Мы поднялись на битву смело, И взмахом русского штыка Назад далеко отлетела Тевтона дерзкая рука. Теперь наш меч как Божья кара Висит над ними, и у них Едва ли хватит сил таких, Чтоб защититься от удара. 1915 г. 5 января. Понедельник. Москва

«В ясный день пробужденья природы…»

В ясный день пробужденья природы, Когда солнце теплом поцелуя Взбудоражит весенние воды И они разольются, ликуя, И с утра будет даль бирюзовой, И со снегом исчезнет дремота, И оденутся зеленью новой И леса, и луга, и болота, — Сердце молвит мне тихо: «Воскресни, И без всякого предубежденья В легких строфах лирической песни Прославляй красоту возрожденья!..» <12 января 1915 г. Понедельник. Москва>

«Как ласково небо закатное…»

Как ласково небо закатное Весеннего вечера; Дыханье берез ароматное Проносится в воздухе. Ни звука, ни вздоха над нивами, Как будто все вымерло; Дорога уходит извивами К румяному западу. И вместе с природою сонною Мечтами овеянный, Иду я межою зеленою В вечернем безмолвии. И мне вспоминается нежная Любовь моя первая, А на сердце грусть неизбежная И тихая ласковость… <14 января 1915 г. Среда. Москва>

«Безотрадной осенней порою…»

Безотрадной осенней порою, Когда плакал сентябрь листопадом, Улыбнулося небо зарею Над смертельно-простуженным садом. И от этой улыбки участья Оживившись, в согласии дружном Листья лип для минутного счастья Загорелись румянцем недужным. И почуяв, что век его прожит, Сад окутанный дремою зыбкой Упивался, последней быть может, Заревой золотистой улыбкой. <20 января 1915 г. Вторник. Москва>

Письмо из лазарета («Дорогие мои, извините…»)

Дорогие мои, извините, Что давно не писал вам, тревожить Не хотел без причины, поймите, Вот, все думал, поправлюсь, быть может. Я был ранен, сказали – опасно, И лежу шесть недель в лазарете; Но теперь уж надежда напрасна, Не жилец я, как видно на свете. Помню, были ненастье и холод, Мы весь день просидели в бараке, И под вечер, во время атаки Я ударом штыка был проколот. Но сейчас, умирая, поверьте, Я душой совершенно спокоен, Я был родине верен до смерти И сражался как доблестный воин. Обо мне, я молю, не грустите, Ведь и так у вас горя довольно… Ослабела рука… сердцу больно… Дорогие… прощайте… простите… 1915 г. 26 января. Понедельник. Москва

На поле боя («Туман окутал поле боя…»)

Туман окутал поле боя, Ночь прилегла на грудь земли, И звезды – вестники покоя — Свои светильники зажгли. И под покровом влажной ночи, В глубокий сон погружены, Лежат, смежив навеки очи, Отчизны верные сыны. Весна баюкает их сказкой, Благоухают им цветы, И ветер освежает лаской Их утомленные черты. Когда же ясен и спокоен Затеплит день востока нить, — Сойдет с небес крылатый воин, Чтоб павших сон благословить. 1915 г. 27 января. Вторник. Москва

«Мы уснули… нам снится мучительный сон…»

Мы уснули… нам снится мучительный сон; Затоптав сапогами скрижали любви И о Боге забыв, кровожадный тевтон Хочет мир потопить в неповинной крови. Но растают виденья тяжелого сна, Смолкнет гул канонады над лесом штыков, И вздохнет полной грудью родная страна, Навсегда сокрушив мощь надменных врагов. И прорвавшись сквозь груду нахмуренных туч, Еще ярче над ней после грома войны, Заблестит золотой ослепительный луч Вечной славы и мирной святой тишины. 1915 г. 29 января. Четверг. Москва

«Ты так нежно прильнула ко мне…»

Ты так нежно прильнула ко мне… И земная ты вся и небесная… Я дрожу, я горю как в огне, Ах, сейчас к новой жизни воскресну я! Я в твои погружаюсь глаза, Они тайной любви затуманены; Нас одна всколыхнула гроза И одною стрелою мы ранены. Тело жаждет и просит тебя, Сердце бьется с мучительной силою, Я томлюсь, я сгораю, любя… Дорогая!.. Желанная!.. Милая!.. 1915 г. 9 февраля. Понедельник. Москва

России («Многострадальная страна…»)

Многострадальная страна, Любвеобильная Россия, Твоя могучая стихия До глубины возмущена. Сгустились тучи над тобой И гром войны нежданно грянул, Но дружно твой народ воспрянул Врагами вызванный на бой. И помня битву под Полтавой И Куликовскую страду, Он сокрушит в борьбе кровавой Культурных варваров орду. И будет время – в диком страхе, В столице вражеской страны, К твоим ногам падет во прахе Безумец, жаждавший войны. 1915 г. 13 февраля. Пятница. Москва

«Помню миг расставанья с тобою, мой друг!..»

Помню миг расставанья с тобою, мой друг!.. Ты пришла проводить в путь далекий меня, И в глазах твоих ясных светился испуг, Словно темная туча в сиянии дня. Ах, еще никогда мне твоя красота Не казалась милей, чем в тот памятный миг… Ты глубоко дышала, дрожали уста И слегка побледнел от волненья твой лик. И прощаясь, быть может навек, нежный взор Мне мгновенною лаской без слов рассказал То, что было несбыточным сном до сих пор, То, о чем я так долго, так страстно мечтал. И в разгаре сраженья под жарким огнем, И больным в тишине лазаретных палат, Я не раз вспоминал и средь ночи и днем Этот милый, так много сказавший мне взгляд… 1915 г. 17 февраля. Вторник. Москва