Ночь опасна

— Он такой мрачный! Думаю, что-то заподозрил!

Ответ поразил ее своим равнодушием. Дочь заявила, что Николай не нуждается в том, чтобы для него разыгрывали такие комедии. Он прекрасно знает, что ни в какой санаторий она не ездила. А разговоры об этом только его раздражают.

— Нинка, ты рехнулась! — воскликнула мать, забыв о своем заговорщическом тоне. — Ты ему сказала?!

— Мама, он в этом не нуждается.

— Тогда откуда он все знает?

Дочь поразила ее вторично, пояснив, что ее брак с Николаем — это союз двух умных людей. Они не ссорятся по пустякам, не вцепляются друг другу в глаза, как иные импульсивные пары. Николай знает, что у нее кто-то есть, а теперь даже знает, кто именно. А сказочка про санаторий — это просто ширма.

— Которая устраивает нас обоих, — холодно добавила она. — Когда в комнате стоит какой-то некрасивый предмет, его нужно чем-то загородить, верно? Или вот пятило на обоях — на это место вешают красивую картину. А санаторий на ней нарисован или еще что — для умного человека совершенно безразлично.

Инесса Павловна даже не смогла ей ответить. Заранее заготовленные упреки — что дочь неосторожна и своими руками разрушает семью — вылетели у нее из головы.

— Это безумие, — выдавила она наконец. — Это просто… Цинизм какой-то! Как же ты изменилась!

— И с каких же пор, по-твоему? — так же холодно и вежливо поинтересовалась Нина. — Я не менялась. Я всегда была такая. А теперь пойдем ужинать, все остывает. И Диане пора спать.

Инесса Павловна растерянно оглядела спальню. Спросила, что именно дочь хотела ей показать. И тут Нина не выдержала. Рассмеявшись, она заявила:

— Мама, ну, это просто еще одна ширма! Ширмочка, чтобы отозвать тебя и поговорить! Всем же ясно, что ничего я тебе не привезла, потому что никуда не ездила! Ну, пойдем! Попрощайся с Дианкой!

Больше в тот вечер они почти не разговаривали.

Ужин окончился в полном молчании. Николай довольно невежливо унес тарелку с печеньем и кружку чаю в столовую, заявив, что будет смотреть футбол. Диана клевала носом и бесцельно ломала печенье на мелкие кусочки.. Инесса Павловна наконец встала:

„ — У меня на сердце неспокойно, — пожаловалась она дочери, когда та отпирала ей дверь.

— Все совершенно нормально, — уже с явным раздражением произнесла та. — Ты приедешь к нам на выходные и тогда сама убедишься. Просто сейчас Коля немного устал. Коля! Подвези маму!

Инессе Павловне пришлось удовлетвориться этим обещанием, так как в дверном проеме тут же возникла внушительная фигура зятя. Ей очень хотелось спросить, как развиваются отношения дочери с тем симпатичным молодым человеком, который привозил Диане вещи, но сейчас для этого был крайне неподходящий момент. На этом они и расстались.

…Николай звонил ей крайне редко — можно сказать, никогда. И поэтому, когда в середине следующего дня у нее в квартире раздался телефонный звонок, а в трубке — голос зятя, она удивилась и даже испугалась. Николай спросил, не приезжала ли к ней Нина.

— Разве она должна была…

— Нет? Ну хорошо, я потом перезвоню. — Он даже не дал ей задать вопрос и сразу повесил трубку.

Инесса Павловна встревожилась. Она не могла себе представить, куда отправилась ее дочь вместо того, чтобы ехать на работу.

— Страшно подумать, но мне кажется, у нее серьезный роман, — вещала она по телефону старой подруге, которую давно не видела, но зато часто слышала. Женщины дружили чуть не со школы, а теперь жили в разных концах Москвы.

— Она разводится?

— Пока ничего не слышно. Но с мужем почти не разговаривает. Неделю будто бы отдыхала в санатории, понимаешь, в чем дело?

Подруга все понимала.

— Коля как раз был в командировке. И вот Нинка, едва вернулась домой, опять сбежала!

Если так — все очень серьезно, подытожила подруга. И спросила, знакома ли Инесса с новым кандидатом в мужья? Дамы обсудили Олега во всех подробностях — впрочем, у них был очень скудный материал. Однако Инесса отозвалась о потенциальном зяте скорее положительно.

— Если он еще и зарабатывает прилично — то ничего лучше не нужно, — сказала она наконец. — Ну все, заканчиваем, я жду звонка.

Однако к вечеру ее игривое настроение улетучилось. Николай позвонил, но только затем, чтобы задать все тот же вопрос. Инесса Павловна всполошилась:

— Она еще не звонила? А где Диана?

— Я ее отвез в школу, я и забрал, — мрачно ответил Николай. — Она дома.

— Мне приехать? — нерешительно предложила теща. И была сражена согласием Николая. Прежде, если она предлагала свои услуги «на дому», ей деликатно, но твердо отказывали.

…Диана уже спала. За последние дни она привыкла засыпать без матери, и теперь ее удалось уложить без труда. Бабушка и отец сидели на кухне. Николай подливал теще коньяк, а Инесса Павловна, уже изрядно подвыпившая, нервничала и паниковала все больше.

— Она никогда так не делала! — повторяла она. — Что-то случилось!

— Просто ушла совсем, — мрачно отвечал тот. — Вы есть не хотите? Осталось со вчерашнего…

— Да ничего я не хочу! Куда она могла уйти от ребенка!

— Она вам точно ничего не сказала вчера? И не намекала?

Инесса Павловна азартно встала на защиту дочери. Она передала разговор с нею, опустив подробности про ширмы и уверяя, что Нина нахваливала выдающийся ум своего супруга. Нет, она не могла уйти! Ну кто может сравниться с Николаем?!

— Я его видел, — неожиданно сознался тот. — Она привозила его вчера к нам на работу. Такой… Смазливый.

— Да ладно, какой там смазливый! Ничего особенного, — попыталась утешить его Инесса Павловна. И осеклась, поняв, что проговорилась.

И тут крайне взвинченная да к тому же успевшая напиться пожилая дама расплакалась и выложила зятю всю правду. «Раз уж ты и так знаешь!» — рефреном звучало в каждой ее фразе. Она призналась, что дочь присылала ей своего поклонника, чтобы тот отвез вещи Диане. Призналась также, что тот лгал о пребывании Нины в санатории (и лгал не очень уверенно). А также отрицал всякую связь с Ниной, кроме деловой.

— Он сказал, что работает у вас!

— Наврал, — бросил Николай. — Я его видел в первый раз.

— Коля, это у них давно?

— Черт его знает. Наверное. Давайте еще выпьем. — И он щедрой рукой наполнил стаканы. Николай не признавал меньших емкостей, но его собутыльнице такие порции были явно не под силу. Вскоре она принялась жаловаться на давление и головную боль, а затем ушла в спальню и уснула на супружеской постели.

Долгая ночь миновала, не принеся с собой ни возвращения Нины, ни ее звонка. Наутро Николай, как обычно, уехал на работу. Он с трудом разбудил тещу и попросил ее остаться с девочкой.