Обреченная

Двери отсека открылись.

–  После выхода из ангара у нас полностью пропадет гравитация, - сообщил пилот.

Опустились и затянулись ремни безопасности, тем самым фиксируя пассажиров. Внутреннее освещение помигало и погасло. Макаллистер и Кейси, утопая в креслах, начали движение сквозь ночь. Макаллистер повернул голову и посмотрел на выпуклую громаду «Вечерней звезды». От носа до кормы все светилось огнями. Сразу за двигательным отсеком возвышалась антенна, которая медленно вращалась.

Мощь и величие огромного лайнера в доке отчего-то терялись. На Макаллистера, когда он поднимался на борт из ангара и шел в свой номер, лайнер совсем не произвел впечатления. Однако когда «Звезда» оказалась в своей стихии и плыла среди необычных созвездий под не слишком ласковым солнцем над планетой с ледяными материками совершенно незнакомых очертаний, это зрелище внушило ему мысль, что он не зря пустился в это случайное путешествие.

–  Я вам не говорила, что умею пилотировать эти корабли?
– спросила Кейси, явно довольная собой.

Макаллистер почувствовал уважение. Казалось, глубокий космос - только ее журналистская специализация. А тот факт, что она добилась опыта пилотирования, сказал ему, что девушка настроена весьма серьезно.

–  Превосходно!
– похвалил он. После чего оторвался от картины за бортом и взглянул на Кейси. Затем снова сосредоточился на чудесном виде внизу.
– Как же вам это удалось?

–  У отца есть яхта.

–  А… - Он припомнил знакомое имя.
– Ваш отец - Десмонд Хэйз.

–  Совершенно верно, - проговорила она и стиснула зубы, словно он допустил бестактность. А Макаллистер понял одно: дочь богатого человека старается добиваться всего сама.

Десмонд Хэйз был основателем «Лайфлонг энтерпрайз», которое спонсировало множество биотехнических начинаний и всячески способствовало достижениям по части распространения жизни на других планетах. Он был одним из известных богачей, обладал заметным влиянием и уже подумывал о том, чтобы выдвинуть свою кандидатуру на политический пост. Его редко видели вне общества молодых красивых женщин. В общем, занятная фигура.

–  Что ж, - заметил Макаллистер, - всегда неплохо иметь запасного пилота.

Сейчас они находились над скоплением облаков, ярких даже по сравнению со светом звезд. Макаллистер почувствовал первое сопротивление атмосферы. Он заглянул в меню автобара - приличный выбор спиртных и прохладительных напитков.

–  Как насчет того, чтобы немного выпить, Кейси?

–  Неплохая мысль, - согласилась она.
– Я бы не отказалась от мятной «отвертки», если она у них есть.

Макаллистер нажал на кнопку, передал Кейси напиток, а себе соорудил горячий ром.

–  Везерал, давайте-ка сперва осмотрим окрестности, прежде чем садиться, - попросил он.

На экране была крайне неприветливая местность, по большей части покрытая снегом и льдом. В узком экваториальном поясе виднелся густой лес, тянувшийся вдоль его южной границы, а также открытая местность на севере и низкие покатые холмы со случайными деревцами рядом с башней.

На рассвете они пролетали над Береговым хребтом, где вздымались огромные вершины.

–  Это северный берег, - пояснил Везерал. Еще они увидели несколько полосок прибрежного песка. В общем, открывался восхитительный вид на море.

Они продолжали исследования, двигаясь навстречу солнцу, и наконец Макаллистер сообщил Везералу, что они уже повидали достаточно.

–  Теперь давайте побеседуем с людьми в башне, - добавил он.

Пилот повернул обратно, и спустя полчаса они спустились к Точке Бербеджа. Из снега уныло торчали несколько деревьев.

–  Неприятное местечко, - заявила Кейси.

Но Макаллистеру оно понравилось. В этой заброшенности он чувствовал своеобразное величие.

***

Несмотря на короткую ночь, все встали рано и, едва рассвело, возвратились к башне. Хатч, Найтингейл и Келли вернулись к туннелю, чтобы продолжать рыть, Чианг заступил на дежурство у входа, а Тони поднялась на крышу.

Второй рассвет на этой новой планете был красочным и чарующим. Снег мерцал в очень холодном свете. Заросли, из которых выходила кошка, светились зеленью и пурпуром, а по небу проплывали редкие белые облака.

Через десять минут после начала работы Келли обнаружила на одной из стен несколько едва разборчивых символов.

Она запечатлела их с помощью микросканера, и группа решила попробовать забрать с собой фрагмент самой стены. Однако когда они применили лазер, чтобы вырезать кусок, стена раскрошилась.

–  Для этого нужна специальная техника, - проворчала Хатч, - но я не знаю, какая.

Голос Марселя ворвался в ее личный канал связи.

–  Хатч?

–  Я здесь. Что у вас там?

–  Мы полагаем, что это подъемник.

–  Ты шутишь.

–  Неужели ты считаешь, что я тебя разыгрываю?

–  Перестань. Я сейчас подсоединю тебя к общей связи - сообщишь всем.

И с этими словами она переключила его на общую систему связи.

Он повторил новость, и Найтингейл признался, что буквально ошеломлен.

–  А как считает Гюнтер?
– спросила Келли.

–  Именно Гюнтер сделал такой вывод. Черт возьми, я-то что могу знать об этой штуке? Я способен только сказать: не могу представить, чем еще это может быть.

–  То есть, - сказала Хатч, - мы исследуем вовсе не типичное место. Мы бродим по глухомани, которая вовсе не то же самое, что вся остальная планета.

–  Да, похоже. Хотя на поверхности нигде нет никаких свидетельств технологической цивилизации.

–  У них был ледниковый период, - заметила Хатч.
– Вот лед и покрыл все свидетельства.

–  Вряд ли даже ледниковый период мог полностью уничтожить все следы развитой культуры. Здесь были башни.Настоящие башни, а не какие-то невнятные останки неизвестно чего. Пусть они стали руинами - но мы все еще способны удостовериться, что они здесь находились. Здесь были дамбы, гавани и все прочее. Бетон не рассыпается бесследно.