Одержимость

— Я могу это сделать, — прервала его Бетси. — Насколько мне известно, Эмма время от времени нанимала молодого человека для мелкого ремонта в доме. Это все, что я знаю.

Снова быстрый обмен взглядами между Гарри и Майком. При этом сержант выразительно округлил глаза. Детективы явно сомневались, что Бетси Райт рассказывает им всю правду. С другой стороны, они поняли, что ничего от нее не добьются грубым нажимом. Гарри поднялся.

— Хорошо, миссис Райт, позвольте еще один вопрос: когда вы в последний раз разговаривали с миссис Кэйн?

— Вчера вечером, сразу после восьми. Мы общались по телефону несколько раз за день в связи с поездкой…

— Итак, вы говорили с ней около восьми часов вечера?

Короткий утвердительный кивок.

— Я попыталась позвонить ей позже, в десять, может, в начале одиннадцатого, но никто не брал трубку… — Внезапно Бетси замолчала, словно подавившись своими словами. — Я оставила ей сообщение. Думала, она в душе… но она… вероятно… уже не…

Гарри отрицательно покачал головой.

— Мы еще не установили точное время смерти. — Он присел на корточки рядом с миссис Райт. — Вы сможете добраться домой? Или попросить наших полицейских проводить вас?

Бетси откинулась на спинку кресла, все еще прижимая руки ко рту.

— Нет, благодарю. Я неплохо себя чувствую. Мне надо пару минут, и я приду в себя.

Холмсби и Трейвис вышли из комнаты и направились к лестнице. Маккаскер последовала за ними. Рядом с трупом стоял техник-криминалист, как догадалась Кейт, увидев прозрачный пластиковый пакет у него в руках.

Гарри задержался на лестничной площадке — сержанта привлекла трубка домофона, висевшая на стене над головой убитого.

— Ларри, пусть Кен снимет отпечатки пальцев с домофона, когда придет.

Кейт с интересом уставилась на трубку.

— Отсюда можно открыть входную дверь, — заключила она, потом посмотрела на тело, распростертое у ее ног. — Полагаете, это он впустил в дом убийцу?

— Вполне возможно, — ответил Гарри, глаза его были задумчивы. — Нет никаких признаков насильственного вторжения, все двери и окна заперты и не повреждены. Однако если он открыл дверь, то почему ждал, когда убийца подойдет к нему вплотную, именно сюда. Видишь рану у основания черепа?

Кейт кивнула, приглядываясь к рваной ране с неровными краями.

— Вокруг раны ожог и осаднение — это значит, что стреляли в упор или с очень близкого расстояния.

Кейт снова кивнула.

— Но в таком случае получается, что либо он сам, либо Эмма знали убийцу. — Кейт, не отрываясь, смотрела на бурое пятно крови, впитавшейся в белый ковер.

Гарри пожал плечами.

— Возможен и другой вариант: убийца уже находился в доме, а наш Джонни Доу [13] вышел узнать, в чем дело, и получил пулю.

— Ты не думаешь, что это был Джек Кэйн?

13

Джон Доу (англ. John Doe) — обозначение мужской стороны в судебном процессе (англосаксонское право). John Doe — устаревший термин, использовавшийся в ситуации, когда настоящий истец неизвестен или анонимен (неизвестного ответчика называли Ричард Роу). Очень часто под этим псевдонимом подразумевается неопознанное тело. В случае, если тело принадлежит женщине, используется термин Джейн Доу (Jane Doe). Baby Doe — соответственно, дитя Доу.

Сержант улыбнулся в ответ.

— Не хочу делать поспешных заключений, когда еще даже толком не началось расследование.

— Джонни Доу… — повторила Кейт. — При нем не нашли никаких документов? Где его бумажник?

— Наверное, в брюках, — смеясь, ответил Гарри. — Дом очень большой, Кейт. Давай осмотрим его, ладно?

Холмсби жестом позвал Кейт за собой в спальню хозяйки. Это была не столько комната для сна, сколько настоящие апартаменты: просторная гостиная с отделанным плиткой камином и маленький кабинет. Под огромным окном со свинцовым переплетом — старинный секретер черного дерева, на вид декоративный, но достаточно прочный, чтобы выдержать вес компьютера и факса. Тяжелые дорогие шторы и толстый ковер.

В противоположном конце комнаты стояла кровать, которая целиком заняла бы спальню поменьше, но в этих королевских апартаментах выглядела маленькой. Кейт заметила открытый чемодан на резном комодике в изножье кровати. На покрывале лежало несколько носильных вещей.

В комнате одновременно работали человек двенадцать — Кейт поняла, что это криминалисты и детективы из департамента полиции Нижнего Мериона и графства Монтгомери. Она разыскала глазами Майка Трейвиса, который присоединился к группе полицейских в длинном узком коридоре, ведущем к выходу из спальни. Майк заметил ее и обернулся.

— Никогда не видела такого скопления полицейских на месте преступления, — сказала Кейт. — Что бы вы делали, будь дом поменьше?

— Мы все — близкие друзья, и нам нигде и никогда не тесно, — отшутился Майк, однако лицо его сразу снова стало серьезным. — Если вы собираетесь ходить здесь, то вам придется надеть что-нибудь поверх обуви. — Он порылся в кармане. — Вот, возьмите. — Майк протянул ей бумажные тапочки и, пока Кейт, присев на корточки, натягивала их, продолжил: — Здесь стояла Эмма Кэйн, когда ее поразил первый выстрел. Пуля прошла навылет и застряла в дверном косяке. Мы как раз пытаемся ее извлечь.

Только теперь Кейт заметила пятна крови на стене и на ковре.

— А где тело?

Майк указал рукой на холл, по обеим сторонам которого были видны двери.

— За всеми этими шкафами, в ванной, в той, что слева.

Кейт удивленно посмотрела на него.

Майк утвердительно кивнул.

— Там две ванные — рядом — одна его, другая ее. Кэйны точно никогда не спорили, кто из них будет первым принимать душ.

Кейт улыбнулась.

— Можно я пойду посмотрю?

Майк решительно преградил ей путь.

— Вы, и правда, хотите? Не надо, Кейт, это отвратительное зрелище.

Она слегка пихнула его.

— Я уже большая девочка, Майк, мне приходилось вести репортажи с места убийства.

Он пожал плечами и отступил в сторону.

— Что ж, тогда будьте моей гостьей.

Идя по коридору, Кейт явственно ощущала, как колотится ее сердце. Голоса полицейских стихли. В этой части дома царила поистине гробовая тишина. Кейт знала, что где-то рядом смерть, но не улавливала ее запаха. В воздухе висел тяжелый сладкий аромат, словно какой-нибудь берсерк прошелся со своим топором по парфюмерному магазину в Стробридже.

— Чем это пахнет? — спросила она Майка, который шел в двух шагах вслед за ней.

Вместо ответа он провел ее в небольшую раздевалку, где на белой ровной полке, тянувшейся во всю длину зеркальной стены, сиротливо лежала одинокая губная помада, освещенная двумя дюжинами ярких ламп. Все остальное, будто ураганом, было сметено на пол. Кейт тупо уставилась на смешанные с вязкой желеобразной массой осколки многочисленных баночек, тюбиков, флакончиков, бутылочек с кремами, лосьонами, лаками для ногтей и духами.