Офицеры-2

заться. Он, конечно, не случайно предъявил фотогра­фию, где Ставр стоит рядом с Советником. Наверня­ка предложение будет связано с персоной Советника или с какими-то делами русской военной миссии в Сантильяне. Нет информации — Ставр ни черта не знает о том, что произошло после гибели базы «Стю­арт». Советник всегда был темной лошадкой, заранее предположить, в какой связи он интерееует Кейта, сложно. Не имея фактов, чтобы заранее просчитать возможные способы защиты и нападения, Ставр ре­шил, что ни на какие действия против своих Кейт его ни при каких обстоятельствах не поднимет, а по всем другим вариантам у американца есть шанс с ним до­говориться.

Хозяин унес грязную посуду и поставил на стол еще несколько бутылок пива и тарелку с солеными орешками.

— Для начала я попытаюсь убедить вас в том, что я не намерен давить на вас и хочу только сотрудниче­ства, — сказал Кейт.

Ставр с любопытством посмотрел на Кейта. У американца было широкое, крупное лицо, резкое и самоуверенное. Формально Кейта можно было признать красивым, но при этом он явно относился к той категории мужчин, которым трудно устанавли­вать длительные отношения с женщинами. Нежный пол отпугивает напористость и агрессивность стопро­центного мужчины, принципиально не желающего вникать в противоречивый мир тонких чувств. Ставр определил в Кейте охотника: в нем были четко обо­значены признаки человека, активно реализующего свой поисковый инстинкт. «Что бы ты сейчас ни наплел мне, Джек Кейт, подумал Ставр, — я нюхом чую, что ты нашего поля ягодища. А это значит, что ты — ЦРУ».

—О'кей, Кейт,— сказал он, — можете грузить меня. Я готов принять информацию.

— Прежде всего, я частное лицо.

Взгляд Ставра выразил сомнение и намек на го­товность принять такие правила игры, если Кейт су­меет его убедить.

— Я владелец компании «Джей Кей Комбат Сис­теме». Главный офис в Соединенных Штатах, город Пафкипси, штат Нью-Йорк, если вас это интересует. Я торгую предметами снаряжения и спецтехникой для коммандос и спецподразделений по борьбе с терро­ризмом. Кроме того, у меня есть небольшое предпри­ятие по изготовлению снаряжения для пейнтбола. Если вы не в курсе, то это такая игра для больших мальчиков. Позволяет довольно реалистично имити­ровать боевые ситуации. Оружие стреляет желатино­выми шариками, наполненными краской.

— Я немного в курсе, — прервал Ставр. — По­здравляю, у вас отлично налаженный бизнес, сэр, но ближе к делу. Чем я могу быть вам полезен?

— Если бы я предложил вам убить одного челове­ка, как бы вы на это прореагировали?

— Отрицательно. Я не наемный стрелок.

— Правильно. Я рассказываю вам о своем биз­несе потому, что хочу, чтобы вы поняли, я не пыта­юсь нанять вас для ликвидации некой персоны. Я ищу партнера, или, если вам больше нравится, со­юзника для операции, в которой у нас с вами общий интерес.

— Звучит увлекательно. К сожалению, в данный момент я располагаю неограниченным количеством свободного времени, поэтому готов выслушать про все проблемы вашего бизнеса. Должны же вы получить за свои деньги хотя бы уши.

— Пожалуйста, вы имеете право не верить, но я действительно честный торговец оружием. У меня имеется федеральная лицензия, и я готов вам ее про­демонстрировать.

— Честное слово, Кейт, за всю свою жизнь я не продал никому даже шнурков для ботинок. А как по­купатель в данный момент я некредитоспособен. Из­вините, но честному торговцу и фабриканту пейнтбола я абсолютно не нужен. — Ставр повел носом, как охот­ничий пес, который берет след верхним чутьем. — Здесь пахнет ЦРУ. А что, разве нет?

— Отлично! — ухмыльнулся Кейт. — Я убедился, что местные острые приправы не отбили вам нюх.

— Рад, что доставил вам маленькое удовольствие. Но давайте пойдем дальше. Между нами есть один де­ликатный вопрос — деньги, которые получил за меня проныра Хиттнер. Это не были деньги честного тор­говца и фабриканта. Мы с вами уже выяснили, что моя интересная с определенной точки зрения личность не представляет никакой практической ценности для че­стного торговца и фабриканта. Это были деньги на­логоплательщиков Соединенных Штатов Америки.

— Ну насчет денег вы, возможно, и правы. Что же касается меня, то я не являюсь агентом ЦРУ. Я быв­ший сержант сил специального назначения США и бизнесмен, который сам платит налоги. Но я, не хва­стаясь, скажу, что доставил моим дружкам из Разведывательного управления столько полезных сведений, что если бы это было делом рук какого-нибудь струк­турного подразделения, то им добавили бы денег из бюджета и разрешили увеличить численность лично­го состава. А что здесь плохого? Я должен помогать своим друзьям, если хочу успешно заниматься бизне­сом. В начале нашей беседы, кажется, было замече­но, что вы не учитель пения...

— Ботаники, — уточнил Ставр.

— Но ведь и я не продавец розовых зайчиков. Я должен заботиться о том, чтобы на территории мо­его бизнеса не могла процветать никакая деятель­ность, наносящая ущерб моей стране.

— Как я вас понимаю, Кейт! — Ставр поднес к гу­бам бутылку и глотнул пива. — Ну давайте наконец разберемся, кто тут наносит ущерб интересам Соеди­ненных Штатов?

Кейт вытащил из того же верхнего кармана жи­лета несколько фотографий и через стол протянул Ставру.

— Для начала поиграем в игру «Кого мы видим на этой картинке?», — сказал он.

Ставр изобразил на лице вежливую заинтересо­ванность, давая понять, что имеющийся в прикупе у Кейта компромат вряд ли способен выбить его из сед­ла.

Но это был не компромат, во всяком случае, ком­промат не на него. «Покер фейс» Ставра моменталь­но исчезло, на его отменно породистой сухой физио­номии напряглась сеть лицевых мускулов, на впалых щеках под запущенной щетиной заиграли желваки.

— Мать твою, когда это было снято?

– На всех фотографиях автоматически простав­лены даты.

— Да, точно... Эта фотография была сделана не­делю назад, а эти... — Ставр просмотрел даты на фо­тографиях. — В течение последнего месяца.

— Вы узнаете персону, которая изображена на этих фотографиях?

— Все, Кейт, шутки в сторону. Вы отлично знаете, что это мой шеф полковник Ширяев.

— А вот и нет. Это бизнесмен Генрих Майер. Год назад он купил недостроенную военную базу на бере­гу залива. Ваши строили ее для президента Бенина, но после переворота новое руководство оказалось не­лояльным к России. Базу бросили, и Майер приобрел ее через посредника. В Сантильяне ваш шеф возглав­лял филиал российского базара стрелкового оружия. Эти сведения я получил от моих друзей из ЦРУ после того, как он появился на моей территории. Его дея­тельность не устраивает меня как торговца средней руки, бизнес которого не способен выдержать борьбу с таким сильным конкурентом. К счастью для меня, деятельность Майера не устраивает также и других, более важных, людей. Места на мировом рынке ору­жия давно поделены, и война за передел сфер влия­ния никому из нас не нужна. А моих друзей из ЦРУ беспокоит, что Майер торгует с несколькими мусуль­манскими государствами, которым запрещена прода­жа вооружения и военной техники, и снабжает ору­жием колумбийских наркодельцов и террористичес­кие группировки. Как видите, Ставр, он весьма рьяно участвует в раскачивании лодки и напрашивается на то, чтобы ему крепко дали по рукам.

— Но это дело пахнет международным скандалом!

— Не преувеличивайте, Ставр. За последнюю пару лет ваша страна подарила миру не одного такого пред­принимателя, и все, знаете ли, как-то обходится. Вонь поднимается, если журналисты пронюхают, а это слу­чается, только если работа выполнена неквалифици­рованно.

— В любом случае эта работа, Кейт, как у нас го­ворят, не на мою зарплату. Тут должен быть контакт на уровне больших боссов.

— Я понимаю, вы человек, воспитанный при то­талитарном режиме, и привыкли действовать только по указаниям своих начальников.