Офицеры-2

Небольшое полутемное и вонючее помещение было загромождено ящиками с овощами, упаковка­ми сгущенного молока, растворимого кофе и консер­вов. На полках вперемешку стояли керосиновые лам­пы и бутылки джина. Под потолком среди вешалок с национальной одеждой висел старый велосипед.

Перед стоящей на полу глиняной жаровней сидел молодой негр. Он смотрел прямо перед собой тусклым, ничего не выражающим взглядом и никак не прореагировал на появление Макса.

— Здравствуйте, месье Макс, — приветствовал бе­лого посетителя хозяин магазина, невзрачный мулат в длинной рубахе и широких штанах из пестрой, ког­да-то яркой, но теперь вылинявшей материи. Его глаза скользнули к тяжело провисающему мешку в руке Макса.

— Да, это то, что ты ждешь, Акиови, — сказал Макс. — Как видишь, я выполнил твою просьбу.

В невыразительных глазах Акиови вдруг сверкну­ла такая дикая и зловещая радость, что даже Максу стало не по себе.

— Спасибо, месье, — сдержанно сказал Акиови, забирая у Макса мешок с его страшным содержи­мым. — Я ваш должник, месье, и не забуду об этом.

— У меня есть дело для тебя.

— За это, — показал на мешок Акиови, — я испол­ню любое ваше поручение. — Мулат сделал пригла­шающий жест, предлагая пройти во внутреннее поме­щение магазина. — Проходите, месье, там нам будет удобнее разговаривать.

В течение всей этой беседы молодой негр смотрел перед собой пустым, мертвым взглядом, его рука ме­ханически перемешивала деревянной палочкой гото­вящийся на жаровне ямс.

Кроме торговли Акиови занимался знахарством и имел многочисленную клиентуру среди обитателей Пре-де-Марше. Но только посвященные знали, что в тайном помещении в своем доме он держит фетиши демонов древнего магического культа вуду и служит им, совершая обряды и принося жертвы. Человеческие головы, которые привез ему Макс, были ценней­шим материалом для колдовских действий.

Два года назад Акиови позвали к тяжелобольному негритянскому юноше. Знахарь забрал его к себе в дом и вылечил. Но после выздоровления Вуане стал со­всем другим человеком. Он всегда молчал, не смот­рел людям в глаза, его устремленный в пространство взгляд был лишен мысли. Он двигался, как лунатик. Вернуться к родным Вуане отказался. Он остался у Акиови и служил ему, как покорный, бессловесный раб.

— Я сделаю то, о чем вы просите, месье Макс, — сказал Акиови, провожая посетителя к выходу из ма­газина. — Но это займет некоторое время.

— Сколько?

— Несколько дней, самое большее неделю.

— Это слишком долго. Надо быстрее.

— Хорошо, месье Макс, я постараюсь устроить все как можно быстрее. Но вы понимаете, я должен поза­ботиться о своей безопасности.

Проржавевший металл легко поддавался ножов­ке. Надпилив прутья, Ставр просто выламывал их. На этот раз он не заботился, чтобы скрыть следы вторже­ния: здесь выломанную решетку никто бы не обнару­жил. Когда с решеткой было покончено, в запасе у него оставалось еще полминуты. Он решил двигаться вперед, пока не истечет расчетное время, и осторож­но, чтобы не порвать об острые обломки прутьев гид­рокостюм, протиснулся в дыру, которая вела неизвес­тно куда. В первый момент у него возникло чувство освобождения — наконец ничто не ограничивало его

движений. Свет фонаря однообразно рассеивался во всех направлениях, Ставр не только не мог пока оп­ределить, где находится, но не понимал даже, где верх и где низ. Он вынул загубник и выдохнул в воду. Се­ребрясь в луче фонаря, пузыри воздуха устремлялись вверх.

Ставр всплыл вслед за ними. Его голова выныр­нула на поверхность воды. Фонарь высветил бетон­ный бортик, окружающий колодец подземного очист­ного сооружения.

Выбравшись из колодца, Ставр с облегчением снял акваланг. Первый этап вторжения во владения Советника увенчался успехом: у канализации всегда есть выход, и не один.

Не дождавшись Ставра в условленное время, Кейт решил, что тому удалось-таки проникнуть на базу «Гранд Риф», и мысленно пожелал своему русскому партнеру удачи. Он запустил двигатель катера и по­кинул бухту. Ему предстояло вернуться сюда за Ставром завтра к концу дня.

Невидимый невооруженным глазом луч лазера прорезал пространство от небольшой купы низких де­ревьев с густыми развесистыми кронами до окна на втором этаже в центральной части виллы и уперся в стекло. Теперь стекло стало гигантской мембраной слухового сканирующего устройства. В наушниках у Ставра послышался шум, в котором прослеживались голоса людей. Он покрутил ручки настройки лежав­шего перед ним на земле дешифратора, который пре­образовывал механические колебания оконного стекла в обычный звук и передавал на наушники. Теперь Ставр отчетливо слышал разговор в комнате, но он оказался малоинтересным — обычная болтовня

до­машней прислуги. Ставр перевел луч сканера на со­седнее окно.

На Ставре был маскировочный костюм из нейло­новой сетки, обшитой растрепанными зелеными лос­кутами, имитирующими траву, мох, веточки — все весьма реалистично. Голову плотно обтягивал зелено­вато-коричневый платок, морда была сплошь разри­сована камуфляжным гримом под цвет основного гар­дероба. В этом виде Ставр никак не обозначался на фоне окружающего ландшафта. Акваланг и упакован­ный в водонепроницаемый мешок гидрокостюм он, закрепив тросиками, утопил в колодце подземного очистного сооружения. Теперь все необходимое ему оснащение находилось в брезентовом мешке, зака­муфлированном так же, как и костюм.

Прослушивая окна виллы, Ставр наконец обна­ружил те, которые искал. В отличие от других они мол­чали. Причем это вовсе не означало, что в комнатах не было людей. Пустые помещения тоже звучат. А сей­час в наушниках царило мертвое безмолвие, словно аппаратура вырубилась. Ставр понял, что эти окна за­щищены от прослушивания и, следовательно, за ними помещаются кабинеты и комнаты для деловых пере­говоров. Теперь он знал, где находится мозговой центр базы.

У Ставра промелькнула шальная мысль проник­нуть туда, но золотое правило профессионалов гласит: «Прежде чем засунуть куда-нибудь башку, подумай, как ее оттуда вытащить». Ставр обуздал свой энтузиазм и ограничился тем, что достал фотоаппарат и сде­лал несколько снимков виллы.

Готовясь к прогулке по владениям Советника, Ставр подробно прорисовал план «Гранд Рифа» и за­помнил его, поэтому теперь он уверенно передвигал­ся по территории резиденции и зоны причала. Он фотографировал и с помощью остронаправленного микрофона прослушивал разговоры охраны и обслу­живающего персонала. В первый раз услышав в на­ушниках русскую речь, он даже вздрогнул от неожи­данности, но потом он слышал ее постоянно и по­нял, что большинство охранников были русские. В этом не было ничего удивительного: базу строил большой друг прежнего диктатора — Советский Союз. После переворота персонал был эвакуирован, но здесь остались те, кому было все равно, на кого работать, лишь бы хорошо платили.

Ставр сфотографировал причалы, сторожевой ка­тер и ангары на берегу. После этого он вернулся к глав­ному объекту — вилле Советника. Ему очень хотелось посмотреть на своего бывшего шефа в новой роли.

Ставр снова вернулся на позицию напротив глав­ного входа виллы и занялся сканированием окон. На­конец ему удалось засечь голоса нескольких мужчин, явно не принадлежащих к обслуге. Говорили по-анг­лийски, разговор был сугубо светский и не содержал никакой интересной для разведчика информации. К голосам примешались какие-то шорохи, затем звук шагов, голоса уплыли. Ставр попробовал зацепить их в других окнах и наткнулся на продолжение разгово­ра, направив луч сканера в одно из узких высоких окон вестибюля.