Осколки прошлого

Джейн вытерла щеки пальцами. Кожа горела от слез.

Он присел, не спрашивая разрешения.

— Что вы делали в Германии?

Джейн знала ответ на этот вопрос — по крайней мере тот, который она должна была дать.

Она с трудом проговорила:

— Работала. — Ее голос сорвался на шепот. Нужно было собраться. Они это репетировали. Это было просто очередное выступление. Все ноты были у нее в голове. Нужно было просто сыграть по ним.

Она потерла шею, чтобы расслабить мышцы, и сказала:

— Предполагалось, что это временно. Я заменяла друга в Берлине на позиции сессионного пианиста.

— В Западном Берлине, я надеюсь?

Он улыбнулся, так что она тоже улыбнулась.

Он сказал:

— Я знаю, что вы думаете: мы знаем, что вы там делали. Мы знаем, где вы жили. Мы знаем, где вы работали, где вы ели и что вы иногда ходили на восточную сторону. Мы также знаем, что в Осло вы летели из Восточного Берлина, что не так уж необычно, да? Перелет дешевле. — Он взглянул на дом. — Не то чтобы вам нужно было экономить, но кто откажется от выгодной сделки?

Паника начала возвращаться. Они правда все знали или это был просто трюк?

— И как вам Восточная Германия? — спросил он.

Она пыталась понять, что стоит за этим вопросом. Они считали ее коммунисткой? Шпионкой?

Он продолжил:

— Я слышал, что там за тобой постоянно наблюдают. Ну, что ты ешь, с кем ты общаешься, что ты говоришь. — Он постучал сигаретой по переполненной пепельнице. — Практически как я сейчас, да?

Он снова улыбнулся, так что Джейн тоже снова улыбнулась.

Данберри спросил:

— Им там разрешают слушать музыку?

Джейн закусила губу. Она услышала голос Ника у себя в голове: если они хотят заставить тебя расслабиться, пусть думают, что им это удалось.

Он уточнил:

— Немножко Спрингстина или, может быть, Майкл Джексон?

Она выдавила из себя давно отрепетированную фразу:

— На популярную музыку смотрят неодобрительно, но она не полностью verboten [36] .

36

Запрещена (нем.).

— Музыка — это свобода, да?

Джейн кивнула головой. Такого в ее сценарии не было.

— Она как будто… — он вытянул руки и растопырил пальцы. — Она заводит людей. Вдохновляет их. Им хочется танцевать или взять с собой девчонку и хорошо провести время. В ней есть сила.

Джейн почувствовала, что кивает в ответ, ведь ее тоже посещали такие мысли, когда она наблюдала за импровизированными концертами студентов в Трептов-парке. Ей до ужаса хотелось рассказать о них Нику, но о Германии она всегда говорила с ним очень осторожно, потому что не хотела, чтобы Ник почувствовал себя выброшенным за борт.

Данберри спросил:

— Вы погружены в политику?

Она покачала головой. Нужно было играть по правилам.

Они узнают, что ты никогда не голосовала.

Она решила так и сказать агенту:

— Я никогда не голосовала.

— Но вы много занимаетесь волонтерской деятельностью. Бесплатные кухни. Приюты для бездомных. Даже работали в отделении для больных СПИДом в клинике при Калифорнийском университете. Не боитесь заразиться?

Джейн посмотрела, как он затягивается.

— Рок Хадсон [37] меня, конечно, шокировал. Никогда бы не подумал, что он один из этих. — Он посмотрел на Золотые Ворота и спросил: — Ваш отец что, занимался сводничеством?

Не отвечай на вопрос, если не понимаешь его.

Данберри пояснил:

— Вы уехали в Германию на три месяца. Ваш парень остался здесь и ошивался вокруг вашего брата. — Он глянул на нее, потом снова отвернулся к мосту. — Элис-Энн Макмиллан сказала, что ее разрыв с Эндрю был весьма неожиданным. Хотя это всегда так.

37

Рок Хадсон (англ. Rock Hudson, 1925–1985 гг.) — американский актер кино и телевидения.

Если им удалось тебя удивить, не показывай этого.

— Так что, старик отправил мистера Харпа в Норвегию, чтобы вы, голубки, снова встретились? — спросил Данберри.

Просто давай им факты. Не надо лишних пояснений.

— Мы с Ником никогда не расставались, — ответила она Данберри. — Я была в Берлине по работе. Ему нужно было остаться здесь по долгу службы. — Джейн понимала, что пора замолчать, но не могла. — Папа дал ему работу в семейной фирме. Скорее всего он хотел, чтобы Ник был в Осло при нем. Дискуссия с Мэйплкрофт была очень важна. Ник совершенно очарователен, с ним приятно находиться рядом. Людям он всегда нравится. Их к нему тянет. Отец не исключение. Он хотел помочь Нику подняться по карьерной лестнице.

— Такие парни всегда падают, оказавшись слишком высоко.

Джейн прикусила язык. Ей пришлось отвести взгляд, чтобы Данберри не заметил в нем гнева. Ей всегда было сложно сдерживаться, когда кто-то критиковал Ника. Он так много страдал в детстве. Люди вроде Данберри просто не были способны это понять.

— У него есть харизма, верно? — Данберри затушил сигарету о подошву своего ботинка и выкинул бычок в пепельницу. — Симпатичная мордашка. Острый ум. Шикарная одежда. Но здесь есть что-то большее, верно? В нем есть что-то, чем обладают лишь немногие. Он пробуждает желание прислушиваться к нему. Следовать за ним.

Поднялся ветер, страницы Кроникл зашелестели. Джейн закрыла и сложила газету. Взгляд привлек кричащий заголовок: «ВЫКУП 1 000 000$ ИЛИ ПРОФЕССОР УМРЕТ!»

Смехотворный заголовок для смехотворного манифеста. Из-за Ника они все выглядели как кучка невменяемых.

Данберри произнес:

— «Смерть фашистскому насекомому, высасывающему из людей жизнь».

Джейн не узнала эту строчку из сообщения от похитителей. Она сделала вид, что ищет его в газете.

Данберри сказал:

— Этого там нет. Я имел в виду похищение Патти Херст. Так подписывала свою писанину Симбионистская армия освобождения. — «Смерть фашистскому насекомому, высасывающему из людей жизнь». — Он заглянул ей в лицо. — У вашей семьи ведь был дом рядом с Херстами, верно? В Хиллсборо?

— Я была ребенком, когда это случилось.

Он рассмеялся — он явно все еще считал ее ребенком.

— Картеру не удалось освободить заложников, но он выпустил Патти Херст из-за решетки.

— Я уже сказала вам, что не особо интересуюсь политикой.