Остров чародеев 2
Шрифт:
Уже за дверьми библиотеки, где её смотритель не мог их слышать, Денис поинтересовался у спутницы:
– Я заметил, ты очень сильно взволновалась. Неужели и впрямь так сильно озаботилась судьбой своей бабушки? Ведь даже встречавшиеся мне любители составлять генеалогическое древо относились к своему увлечению гораздо более спокойно.
– Понимаешь, в каком-то смысле бабушка стала для меня всем. Я ведь рассказывала тебе - когда была маленькой, отец ушёл от нас. Тогда я не понимала, лишь сейчас начинаю догадываться - значительную часть вины за его уход мать неосознанно возложила на меня. То ли папашка слишком сильно сына хотел, а получилась я, то ли просто мешала ему вести привольный образ жизни – семья-то ответственности требует! Мать тяжело переживала случившееся
– Что ты, Ли Энн, мне и впрямь очень интересно! – с жаром произнес Денис.
– Правда? Не обманываешь? Тогда давай сделаем так: чтобы не торчать в коридоре у всех на виду, пойдем ко мне. Заодно угощу тебя чаем с черничным вареньем. Сама варила, ещё накануне отъезда в Академию!
И смех, и грех – второе приглашение в гости за последние два дня. Найти причину для отказа с ходу не получилось, и Денис покорно поплелся вслед за англичанкой, с одной лишь мыслью в голове – лишь бы Вин не увидела их вместе. Или кто-нибудь из девчонок – народ у нас добрый, в один момент «просветят», кто на возлюбленного глаз положил. Минуя последний отрезок пути, уже на территории «женского общежития», он услышал, как позади скрипнула дверь чей-то комнаты, но не стал оборачиваться.
У Ли Энн по обыкновению было опрятно, чистенько, и все вещи аккуратно разложены по полочкам. По музейному стерильно, промелькнула мысль. Сам он порядок хоть и уважал, однако к числу рьяных его поклонников не относился – главное, чтобы нужная вещь всегда была под рукой. С другой стороны, свинарник не терпел тоже, и по мере его возникновения расчищал образовавшиеся завалы.
Как гостю, ему пришлось занять единственный стул. Англичанка занялась приготовлением чая, попутно продолжая рассказ.
– Я с детства очень любознательна, и бабушка охотно удовлетворяла мое любопытство, рассказывая о старых временах и дальних странах. Именно она привила мне любовь к чтению серьезных книг. Для тебя, думаю, не секрет - современные девушки-подростки читают в основном модные журналы или женские романы неглубокого содержания. Поэтому мне не особо было о чем разговаривать с одноклассницами - с их крайне ограниченным кругозором и набором тем для общения. Аналогично и им не представляло интереса общаться с «ботаничкой». Зато когда требовалась помощь в учёбе – тут они сама любезность. Меня до глубины души оскорбляло подобное лицемерие; иногда высказывалась напрямую, наживая новых врагов. И особенно после случая, когда невольно нарушила бабушкин запрет: её тогда уже не было в живых, ругать меня оказалось некому, но от этого на душе не легче… В общем, на уроке химии у моего одноклассника Питера в руке лопнула колба – он слишком сильно сжал её, ну и короче порезался, в момент весь в крови оказался. Начался переполох – шум, крики, народ заметался вокруг, неуклюже пытаясь помочь. Я сквозь губы прочитала заклинание исцеления – тихо, однако кое-кто расслышал отдельные слова. С той поры, знаю, меня за глаза называли ведьмой, и даже большинство парней, меньше склонных верить мистике, стремились обходить стороной. Но как я могла поступить иначе, видя страдания своего товарища? Скажи – разве ты поступил бы не так же? Уверена – не остался бы в стороне.
– Но как можно утверждать наверняка, если я не попадал в подобную ситуацию?
– За прошедшее время успела немного изучить твой характер. Кстати, вдруг слышал, заклинание есть, Показать Сущность называется. Ну вроде как проявляет ауру, а точнее – скопище окружающих тебя биополей. Если помыслы чисты, то засветишься светлыми переливами. А если обуревают низменные страсти, то и тональность сместится в тёмную сторону спектра. При этом по желанию колдуна,
ауру он может сделать видимой только для себя.– Какое полезное заклятие! Надо будет списать формулу.
– Вначале ещё нужно вспомнить, где видела. К тому же учти: она рекомендована для бакалавров. Так что если не получится, не обессудь.
Чайник тем временем закипел, и Ли Энн вытащила из тумбочки две широкие аляповатые чашки и банку варенья.
– Знаешь, о чём я подумала, сидя на сегодняшнем процессе? Будь моя бабушка жива, её тоже могли бы наказать. Помнишь, как Саграно резко высказался насчет обучения колдовству несовершеннолетних? А ведь мне было всего двенадцать, когда попробовала своё первое заклятие.
– Очень хочется задать вопрос, но боюсь, он покажется тебе нетактичным.
– Не стесняйся: чем меньше недомолвок между друзьями, тем лучше. Уверена, сможешь спросить корректно.
– Лина, как сказал Мастер Халид, твоя бабушка являлась Великим Мастером Белой магии. А значит, в совершенстве владела заклинаниями типа Продления Жизни.
Англичанка от всей души улыбнулась.
– Молодец. Так тонко сформулировать у меня лично не получилось бы. И потому никаких обид быть не может. Знаешь, этот вопрос меня сильно мучает, не могу найти никаких разумных доводов. Живя у нас после приезда из Америки, она не казалась несчастной – правда, последние годы жизни выглядела подчас усталой, погруженной в собственные раздумья. Может, какая-то глубокая личная трагедия, из-за которой не захотела жить дальше? Однако какой тогда смысл было спешить обучать меня волшебству? В моих мозгах пока не всё укладывается, слишком много событий за короткое время. Пусть чуть-чуть утрясется, гладишь, и найдется логическое объяснение. Кстати, посмотри: я бабушкин портрет в порядок привела!
Действительно, как рама, так и холст были тщательно очищены от пыли, и изображение выглядело так, будто художник только вчера отложил в сторону свою кисть.
– Здорово! Настоящее произведение искусства! Где будешь его держать?
– Пока не решила. Не хочется привлекать слишком много внимания и тем самым подставлять нас всех. Пусть пока поживет в шкафу на верхней полке.
Ли Энн бережно убрала портрет, и они продолжили чаепитие.
– Когда планируется следующий визит на нулевой этаж?
– Пока не знаю. Вряд ли ближайшей ночью. Если волнуешься, что про тебя позабудем, то зря – я обязательно предупрежу.
– Я не о том. А если упросить Славика сфотографировать и остальные портреты? Взаправду очень неплохая идея – разузнать побольше о людях, удостоившихся чести быть запечатленными на холстах, но потом почему-то отправленных на хранение в чулан. Пойми, ведь за каждым таким случаем стоит чья-то личная трагедия! А каково самому человеку ощущать – сегодня ты в фаворе, а завтра об тебя вытрут ноги!
– Ладно, поговорю с ним. Кстати, ты в ответную способна оказать ему большую любезность.
– Если в моих силах.
– Вопрос конфиденциальный, и должен остаться между нами.
– Вот даже как! Но что такого я могу знать или сделать полезного для него? Разумеется, я не стану трепаться.
Денис немного замялся.
– Ну, для тебя, наверное, не секрет - друг мой серьезно влюблён в одну особу, живущую тут по соседству.
– Ага, настолько серьезно, что регулярно заигрывает с другой. Удивляюсь долготерпению Магды. Я на её месте давно поставила бы вопрос ребром.
– Так может она и не в курсе.
– Да уж, конечно! Только совершенный слепец не заметит - при виде Жанки у твоего приятеля разве что слюни изо рта не текут.
– Не смейся. Славик и вправду сильно страдает.
– А я-то тут при чем?
– Он очень хочет знать, кто стал его счастливым соперником.
Ли Энн лукаво прищурилась.
– И что тогда? Набьёт ему морду?
– Ну и шутки у тебя.
– А что такого? Окончательный выбор всё-таки делает девушка… если, конечно, ей предоставляют такое право. А если серьёзно – не знаю. Жанна никогда не распространялась на подобные темы, а я не видела, чтобы кто-то подолгу у неё гостил.