Память Древних

Данан молча протянула руку к Фирину: давай кинжал. Тот, не раздумывая, дал, Данан рассекла пол-ладони и коснулась камня. Красно-черная вспышка взвилась и притухла, оставив вокруг лишь небольшое мерцание багрянцем.

— И что это значит? — недобро спросил один из гномов Руамарда.

— Что гномы, которые пришли бы сюда по доброй воле за предыдущими, не смогли бы проникнуть внутрь. А гномы, которых приволокли бы силой, — смогли бы, — развернуто пояснил Фирин, не сводя с завала взгляда.

— Это значит, — обреченно исправил колдуна Борво, — что все смотрители немного чудовища.

Мерцание от крови Данан сплелось в тонкую нить, которая свернулась вокруг кристалла одновременно с тем, как вокруг второго обвилось змейкой желтоватое свечение. Все, включая неугомонного Корда, уставились на это, затаив дыхание. Только Данан вытянула разрезанную руку Фирину: залечи. Эльф не артачился. Вокруг кристаллов постепенно расползались два узора печатей, незнакомых ни Данан, ни Недотроге.

Раздался треск, с которым скрежещут друг о друга каменные плиты, словно открывая проход внутрь. Вот сейчас! Сейчас они войдут…

Но внешне ничего не изменилось — провал никак не раскололся, не разверзся, не сдвинулся.

— ДА ЧТО ЕЩЕ?! — возмутился Корд. — Проклятая хрень! — гаркнул он, съездив по стене кулаком.

И от замаха провалился сквозь монолит. Закричал, но быстро заглох. Перепугано огляделся: темно было — жуть! Обернулся, ничего не увидел и пошарил рукой. Он же совершенно точно был с остальными, в куцем освещении пары кристаллов! Где все?

— Эй! — крикнул Корд.

У членов отряда тут же разгладились лица.

— Через завал можно пройти! Все сюда! — скомандовал Дагор, устремляясь первым.

— А мы бы не догадались, — проворчал Фирин первому, кто шел рядом. Это оказался Стенн, и по его физиономии колдун понял, что убийца разделял его ворчание.

Переглянувшись, остальные осторожно, не доверяя ни магии, ни происходящему в целом, просочились сквозь каменную толщу.

— Напомни, почему я ненавижу магов, — шепнул Борво Данан.

— Не ты один, — отозвалась чародейка. Жал усмехнулся, но сейчас на это никто не обратил внимания.

По ту сторону действительно оказалось — хоть глаз выколи. Корд тут же раскомандовался.

— Живей доставайте огни. — Не зная, что их тут ждет, сейчас даже он говорил, как мог тихо. — Зажгите два.

Подчиненные торопились и без указаний: темнота отнимала последние крупицы мужества. Гномы достали кристаллы и подняли повыше. Фирин и Данан, не сговариваясь, развесили огоньки. Дагор довольно усмехнулся:

— Я их слышу! — радостно прошелестел он. — Вы тоже?

Гномы прислушались: те самые голоса, которые они искали! Они были здесь!

— Вы слышите Йорсона? — тут же спросил Дагор.

— Пока нет, — ответил ему кто-то.

— Эй, вам не кажется, что они говорят, как пьяные?

— Вот же, — неожиданно выхрипел Корд, хватаясь за шею и падая на колени.

— Что с тобой? — спросил Дагор, недовольный, что его отвлекли от выслушивания руамардского командора Смотрителей.

— Что-то нехорошо, — отозвался Корд. — Словно давит что-то. И снаружи, и изнутри. Как горб в горле.

— Это кадык, — заметил Стенн близстоящему Фирину, не стараясь при этом поумничать перед Кордом. С этого станется устроить скандал и обнаружить себя!

— Тц! Не слышно же ничего, — взболтнул один из руамардцев. — Эй! Где голоса? Мы же их слышали! Кажется, там…

— Тихо, — бесцветно выдохнула Данан: не то факт, не то приказ.

— Очень тихо, — подтвердил Борво и сглотнул. — Снова?

Гномы в отряде замолчали как по команде.

— Жал, видишь что-нибудь? — напрягся Фирин, щурясь и безрезультатно вглядываясь во тьму.

— М-м, — отрицательно отозвался эйтианец. За исключением их освещенного закутка, видно не было ни зги.

— И я нет, — сказал маг.

Данан и Борво молчали на несколько секунд. Каждый растерянным взглядом смотрел перед собой, как делают, когда пытаются разобрать незнакомую речь. Правда, речи никакой не было.

— Они поняли, что здесь чужаки, — сообщил, наконец, Борво. Данан молча кивнула, продолжая вслушиваться. — Они ждут.

— И готовятся, — добавила Данан.

— Мы тоже подготовимся, — скомандовал Дагор. Корд по-прежнему обнимал себя поперек живота, мучаясь, как от колик. — Зажгите больше огней.

Руамардцы достали кристаллы. Те на мгновение ослепительно вспыхнули и вдруг угасли полностью до черноты.

У Жала сердце шарахнулось о ребра, едва не проломив грудину.

— Нам конец, — сдавленно шепнул эльф, которого чутье убийцы не подводило.

— Эй, что происходит? — Дагор заозирался. Корд кое-как поднялся.

Им не ответили: все огни, созданные двумя магами, погасли одномоментно. В следующий миг на одного из гномов с рыком кинулось исчадие. Клыкастая безобразная пасть клацнула зубами перед самым лицом гнома, но тот сумел извернуться и швырнуть тварь голой рукой в сторону. Там вражину топором наголо встретил другой руамардец.

Никто не отдал приказа готовиться к бою — это произошло молниеносно, само собой. Данан перекинула посох из правой в левую, растягивая огненную печать. Она поздно сообразила, что, учитывая обстоятельства, это может не сработать, но, к счастью, узор заклинания не потух. Данан швырнула пламя в того, которого гном спихнул ногой с секиры. Магическое пламя схватилось быстро и на несколько мгновений высветило происходящее вокруг. Их было много. Они сбегались сюда, потому что — Данан сообразила сейчас — проходя через завал, они задействовали амнирит. Они ползут к нему, к тем, кто обладает силой. Чтобы насытить бездонную дыру внутри себя.

— Барьер! — крикнула чародейка Фирину.

Тот уже вовсю плел чародейский узор, но чтобы объять почитай сорок тел требовалось много времени. Исчадия кинулись еще на нескольких членов отряда. Жал, ловкач, легко увернулся от первого же броска. Присматриваясь и чутко прислушиваясь к каждому шороху, он точными ударами кинжалов разодрал одному горло, другому брюхо, тут же измазавшись в чернильной крови. Остальным везло меньше: сражаться в темноте гномы были не готовы, поэтому тут же облепили Данан и Борво, рядом с которыми было видно хоть что-то. Данан ерзала прямо стоя — куча гномов, трущихся спинами о неё со всех сторон (включая наиболее интересные), несказанно мешала. Чародейский посох практически прилепило к телу женщины напором карликов. Время от времени, Данан удавалось поджечь то одного, то другого упыря, убитого Жалом и Стенном. Тогда на краткий миг гномы выхватывали очертания стычки и, вооруженные топорами, врубались в то, что видели, полной мощью. Но огонь гас в считанные мгновения, и гномы снова прижимались спинами к смотрителям Пустоты, сковывая, мешая и из-за роста тех и других — неизбежно подставляя смотрителей под удар.