Пари

Лекси.

Я получу Лекси назад.

Единственная женщина, ради которой я пожертвую всем.

Прямо как было раньше.

Видимо, придется тащить ее обратно с пинками и криками. И, скорее всего, она уже никогда не будет произносить мое имя так, как прежде. Но меня это не волнует. Я могу поднять ее на новую высоту. А могу разрушить ее карьеру, и заставить жалеть, что она бросила меня. Неважно. Она будет моей.

– Что за пари?
– говорю я, зная чертовски хорошо, что приму все, что предложит этот таракан, как бы глупо это ни было. Черт, я бы отдал ему все, что у меня есть, за Лекси, прямо сейчас, не моргнув.

– Выведи кого-нибудь в чарты всего за месяц. У кого нет ни с кем контрактов. Ты должен сделать это с нуля. С неизвестным человеком.

– Договорились, - говорю я, протягивая руку, чтобы подтвердить наш договор.

Жуткая улыбка Дэвиса не сходит с его лица пока он жмет мне руку.

– И я сам выберу тебе этого человека. Ты еще не отказываешься от своих слов?

Я, не стесняясь, жму ему руку до синяков, из-за чего он весь морщится: “Кого?”- спрашиваю я, вытирая руку о джинсы.

Дэвис с восторгом поджимает губы, а затем смотрит в сторону сцены. Переводит на меня взгляд и почти незаметно кивает на исполнителя на сцене.

– Увидимся через месяц, - бормочет Дэвис, допивая вино, - Брандо-детка.

Я смотрю на сцену. Все, что я могу разглядеть - это куча темных кудрявых волос, сгорбившихся над потертой старенькой гитарой. Она кроткая. Нежная. Ее голос едва слышится в этом шумном клубе. Я чуть наклоняюсь, чтобы расслышать ее голос за всей этой болтовней. Осторожно перебирает струны, у нее нежный низкий голос, которого она, по-видимому, стесняется, пряча его за аккордами. Я мельком вижу ее лицо между прядями волос. У нее перламутровая кожа и она так нервничает, что не может оторвать глаз от своих пальцев.

Все в ней кажется таким хрупким. Она будто бы хочет слиться с фоном. Снежинка в Лос-Анджелесе.

Полная противоположность тому, что мне нужно, чтобы пробиться в чарты.

– Я должен сделать тебя звездой, - говорю я столь же тихо, как она поет, - кем бы ты ни была.

Хейли

Я убираю свою старенькую гитару в чехол и понимаю, что все мои мечты пора бы уже похоронить. Бросаю чехол на кожаную куртку, которая очень дорога мне, так как она у меня единственная. Из коридора доносятся голоса. Это люди, которые сюда пришли, чтобы выпить, поболтать, снять кого-нибудь на ночь и просто случайные люди.

– Ого, - слышу я низкий, сильный голос за спиной. Явный нью-йорский акцент слышится даже в одном этом слове.
– Отличное выступление.

– Удивлена, что вы что-то смогли расслышать, - говорю я, не оборачиваясь, пытаясь справиться с застрявшей молнией своей куртки.

– У меня хороший слух.

Отчаявшись с молнией, я беру чехол с гитарой и поворачиваюсь к хозяину этого голоса. Уже по низким нотам я догадалась, что этот человек немаленький, но я здорово ошиблась: это просто гора мускулов, заполнившая весь дверной проем, каменные мышцы буквально разрывали ткань его дорогого костюма. Между широкими плечами располагается красивое брутальное лицо: широкие скулы с легкой небритостью, и слегка вьющиеся, густые, черные волосы. И весь он выглядит как оживший супергерой из комиксов.

– Меня зовут Брандо Нэш, - сказал он, вынимая визитку из внутреннего кармана и протягивая ее мне, - и я тот, кто воплотит твои мечты.

Я беру визитку под его довольным взглядом. Наконец-то у меня получается оторваться от его ореховых глаз и прочесть визитку:

БРАНДО НЭШ

A & R, Маджестик Рекордс

155055 Бульвар Уилшир Лос-Анджелес

[e-mail]

Я снова смотрю на него, но уже с циничной улыбкой. Он явно думает, что это у меня первое предложение. И знаете что? Это не так.

– Сейчас та часть, где я должна плакать от восхищения?
– спрашиваю я.
– Прыгать от счастья, как будто вы звезда квотербека и только что пригласили меня на выпускной?

Он наклонил голову, нахмурился и стал оценивающе смотреть на меня сквозь прищуренные глаза. Этот взгляд до приезда в Лос-Анджелес свел бы меня с ума, но сейчас я просто закатываю глаза.

– Да, - говорит он, кивая, - ты должна быть очень довольна. Я ищу таланты для звукозаписывающей компании. Я предоставлю тебе время в студии. И покажу твою музыку всему миру. Или петь в дешевых караоке барах - это предел всех твоих амбиций?

– Отлично. Звучит потрясающе, - говорю я, довольно уставшая для того, чтобы скрыть сарказм - Мне сбросить трусики прямо здесь или ты хочешь поиграть со мной, связать, например, чтобы доставить тебе удовольствие?

Он глубоко вздыхает, улыбается и, если бы я не была в Голливуде, я бы во все это поверила.

– Это все не так. Может, тебе стоит еще раз прочесть мою визитку?

Я вновь смотрю на нее: рельефные буквы на матовом картоне кремового цвета. Богато. Возможно, все это правда. Но это ни черта не значит в этом городе. Я смотрю на него: “Если бы эти визитки что-то смогли доказать, я бы не играла в дешевых караоке барах. Так что спасибо, но я не могу. Я уже встречала подобных типов”.

Я разрываю визитку, позволяя кусочкам упасть на пол, и шагаю вперед, чтобы пройти мимо него. Но, вместо того, чтобы позволить мне просто пройти, он отступает и поднимает руки, будто бы боится меня.

– Ооо, погоди! Послушай, я не собираюсь тебя обманывать. Я искренне думаю, что в тебе что-то есть, и я хочу…..

– Чушь!
– кричу я, отталкивая его и барабаня кулаками по его каменной груди. Он крайне удивлен и я должна признать, что мое поведение поразило даже меня. Все эти неудачи за последние недели, которые кипели внутри меня, выплеснулись вдруг наружу, как из вулкана. Увидев разорванную визитку, я вскипаю еще сильнее: “Чушь все это, Брандо Нэш! Ты достаточно заметный со своей головой, как с острова Пасхи, и с телом, как у гладиатора. Думаешь, я тебя не видела? Когда ты говоришь, успел оценить мое выступление? Когда ты снимал девок, или когда пришла Лекси Дарк в платье, которое впору моей девятилетней племяннице? Или ты успел поймать кусочек моего припева, когда издевался над коротышкой в ужасных туфлях?”

– Я….Послушай, все не так. Просто…

– Ты не слышал ни одной моей ноты. Готова поспорить, что ты не сможешь вспомнить ни одного слова, не так ли?

Он опускает глаза в пол.

– Так и есть, - говорю я, глубоко дыша, чтобы прийти в себя.
– Слушай, я очень устала, и мне утром еще на работу. Попытка была хорошая, но пора уже закончить.

Он прячет руки в карманы и отходит в сторону, уступая мне путь. Я толкаю его, проходя мимо, и пробираюсь сквозь толпу незнакомцев в город, который продолжает изо дня в день разочаровывать меня.

– Еще одна поздняя ночь?
– спрашивает меня Дженна, пробивая чек. Я надеваю фартук и подхожу к ней за прилавок.

– Поздние ночи прекрасны, - говорю я, стараясь перекричать шум кофемашины, - а вот раннее утро меня уже достало.

Мы не должны были стать друзьями. Она ранняя пташка, а я люблю ночи. Она укладывает свои светлые волосы в хвостик, который грациозно повторяет все ее движения, в то время как я, то и дело занималась укрощением своих густых кудрявых волос. Ее гардероб состоит в основном из дизайнерской спортивной одежды, а мой - это рваные джинсы и выцветшие старые футболки. Она королева бала, а я рок-девчонка. Но когда вы проводите по восемь часов, работая в дурацкой кофейне, все это не имеет значения. Важно только то, что мы понимаем друг друга.