Партизаны

— До встречи, Николай! — Жмёт мою руку лейтенант и, развернувшись, бежит догонять свой взвод. Мне проще, сажусь на поджидающую меня Шайтачанку и обгоняю растянувшуюся на дороге колонну. Заняв своё место впереди отряда, дальше иду пешком, моя же попутка ждёт на обочине, её место в тыловом охранении.

На опушке останавливаемся, ждём проводников от пехоты и разведку из деревушки. Прикативший на лыжах Гриша, сообщает, что всё в порядке, в деревне противника не обнаружено, так что выходим из леса и двигаем дальше. Слева периодически взлетают осветительные ракеты, но до Помомарихи от нас больше двух километров, так что не страшно. Удачно проскочив через Занрязье до ближайшего перелеска, поворачиваем уже на запад, и следуя через деревушку Глинки, попадаем в лесной массив. Вроде в тыл противника мы просочились, теперь остаётся только двигаться по намеченному маршруту, обходя крупные населённые пункты, в которых могут находиться усиленные гарнизоны. Вот только тыловикам мы можем хорошо вломить, тогда как с боевыми подразделениями лучше не связываться. Чревато потерями, которые нам абсолютно не нужны. Сейчас у нас только один раненый, это Лёха Круглов, но уж очень он просился не оставлять его в тылу. Пришлось пойти на уступки, тем более осколки у него из ноги выковыряли, рану почистили и зашили, нужных уколов наставили, вкусными таблетками накормили. Новый доктор поклялся, что раненый вскоре встанет на ноги, да и хорошего пулемётчика терять не хотелось.

На днёвку мы встали, добравшись до урочища Троица Оселки, которое было единственным большим лесным массивом в этом районе. Причём место выбрали удачное, островок, затерявшийся среди болот, в глубине этого леса. Чутка обустроив лагерь, первыми отбиваются разведчики, следом за ними сапёры, а потом и все остальные. Взвод тяжёлого оружия в карауле, потом его сменит хозвзвод, и так и продолжит нести гарнизонную службу. Для караула теперь много людей не надо, подходы к островку как просматриваются, так и простреливаются со всех сторон. И хотя по льду замёрзшего болота подойти тоже возможно, но иди, попробуй, пулемётов у нас на всех хватит. Днём разведчики пробегутся по округе, понюхают, а вечерком отправим первых диверсантов на дело.

До основного объекта диверсий около десяти километров, но решили пока забазироваться на острове, и уже отсюда наносить удары по врагу. Лыжи у нас есть, а «для бешенной собаки двадцать вёрст не крюк». Одно плохо. Лесов тут почти нет, одни рощи да перелески, и дорожная сеть довольно хорошо развита. Но мы затем сюда и пришли, чтобы эту сеть изнохратить.

Днём действовала только одна группа разведчиков. Под руководством своего командира, бойцы разбились на пары и по периметру обошли наши владения. Ненадолго задерживаясь только у населённых пунктов и наблюдая за ними из-за деревьев. Так что после обеда кое-какая информация для анализа у меня была. Исходя из этого я и планирую вечерние мероприятия и ночную прогулку. Самую большую группу для совершения диверсии отправляем на запад, а две пятёрки разведчиков соответственно на север и юго-восток.

Группу диверсантов из десяти человек возглавил Доцент, в неё вошли поровну как разведчики так и минёры, и им предстояло заминировать несколько дорог. Шоссе Юхнов-Гжатск между деревнями Силенки и Савенки. Там как раз было удобное место, перелесок подходил к самому шоссе. Потом группа следовала на северо-запад и минировала хорошую дорогу с твёрдым покрытием, идущую из населённого пункта Силенки на железнодорожную станцию Темкино. Далее, обходя Силенки по кругу, закладывала взрывчатку на Гжатском тракте уже к северу от деревни и возвращалась на базу. Противотанковые мины устанавливали на полотне дороги, тем более утрамбованный слой снега позволял как установить мины, так и замаскировать их. А потом Доцент мудрил что-то с самопальными взрывными устройствами, прикапывая их на обочине. Эти СВУ должны были рвануть с замедлением, через несколько минут после срабатывания основного заряда.

Первой вернулась разведгруппа с севера где в деревне Трасья они обнаружили автобат. Потом пришли разведчики с юго-востока, приметившие в деревне Орлово немецкий штаб. Осталось дождаться только наших диверсантов, но ближе к утру вернулись и они. На следующую ночь запланировали ещё несколько диверсий, в том числе и с разведвыходом на железную дорогу, пока проверить маршрут и поглядеть, что там ездит, но всё испортил наш главный разведчик — Пашка Климов.

Спозаранку он отпросился понаблюдать за немецким штабом. Понаблюдал, чтоб ему пусто было. Приволок пакет с немецкими секретными документами. А когда не выспавшийся и потому недовольный Доцент бегло просмотрел их и перевёл главное, все наши планы накрылись медным тазом.

— Рассказывай, христопродавец, как так получилось, что ты пошёл «только посмотреть», а вернулся с таким уловом? — Начинаю я допрашивать Пашку, пока наш полиглот возится с бумагами, переводя и записывая тексты приказов.

— Да нормально всё получилось. Как и договаривались, взял я группу, и пошли мы на задание, пару минёров ещё с собой прихватили, для инженерной разведки. Деревня большая, дорог много, да и штаб как никак. Расставил я наблюдателей на опушке, с трёх сторон от объекта. С севера и запада далековато вышло, два километра, но ближе не подобраться, место открытое. Сам с юга хотел обойти, но не смог. До следующего перелеска пришлось бы по открытому месту перебегать, да ещё через речку, да и дорога там буквально в ста метрах проходит, соседняя деревня рядом. Зато вдоль речки, ближе к Орлово, ивняк полосой растёт, так что по этим кустам можно к самому штабу подобраться, но только ночью.

— Ты зубы то не заговаривай, давай ближе к теме. Что за штаб? И как ты документы добыл.

— А я про что? Штаб большой. Машины и мотоциклы по дорогам снуют. Посыльные туда-сюда как тараканы бегают. Мачта антенны над домами торчит. Полковой или дивизионный штаб, это точно. Поглядели мы на всё это безобразие, посчитали кое-чего, и я решил засаду организовать, тем более место хорошее подвернулось. Из Орлово хорошая дорога на запад идёт, прям через лес. Ну, мы с товарищами посоветовались, перво значит наблюдателей выставили, пока минёры что-то там на дороге чудесили, а когда мужики закончили, затаились в засаде. Один пулемёт с правого фланга, второй с левого. Группа захвата по центру, ну и на другую сторону дороги я человека посадил.

— Ты даже два пулемёта с собой в разведку прихватил, — только поглядеть ведь пошёл? — удивился комиссар.

— А как без этого? На группу один пулемёт положен? Положен. В группе пять человек, а нас вместе со мной и сапёрами — восемь, считай что две группы, вот и два пулемёта, у остальных карабины, один автомат только у меня. — Возмутился Пашка и продолжил. — Сидим, ждём. Но не долго. Слева от нас, с запада, мотоцикл затрещал, да не один, вроде как легковушка загудела. Первый мотоцикл мы пропустили, а под вторым мину жахнули, он с пулемётом был. Машина притормозила, так что её я уже из автомата дырявил, а мужики гранатами закидали, ну а с крайними мотоциклистами наши пулемётчики разобрались. А потом с группой захвата выскочили на дорогу. В машине на заднем сиденье офицерик сидел, вот у него я этот портфель и забрал. Документы ихние ещё прихватили для отчёта, потом ноги в руки и бежать оттуда. Правда, чутка задержались, пока следы путали, прямо к лагерю не пошли, выбрались на проезжую дорогу, а потом незаметно свернули в лес. Вроде всё. — Закончил отсчитываться Пашка.

— У вас как дела с переводом, Константин Францевич? — Интересуюсь я у Доцента.

— Немного осталось, но первые листы можете почитать.

Упс… Вот это поворот. Читаю я текст приказа и начинаю офигевать от прочитанного. Да здесь речь идёт об окружении нашей 33-й армии. А конкретно этому полку предписывается, где, когда и какими силами ударить. Передаю листок, исписанный убористым почерком, комиссару, а он уже начальнику разведки, то есть Пашке. Посыльного отправляю за Малышом, все остальные командиры подразделений в штабной палатке. Когда все собрались, своими словами озвучиваю суть немецкого приказа, а потом предлагаю всем высказаться.

— Надо срочно передать эти бумаги командованию Красной Армии, а потом всеми силами ударить по врагу и уничтожить его, в то время когда… — Сел на своего любимого конька комиссар.

— Это-то всё понятно, Леонид Матвеевич, и передадим, и ударим. — Перебиваю я его, пока он не договорился до космических кораблей, которые бороздят просторы… — У нас времени мало. Можем не успеть.

— Позвольте, товарищи! — Тянет руку Доцент. — Я тут наткнулся на один интересный пункт в приказе. Так вот, там написано, что колонна снабжения выезжает из населённого пункта Трася и прибудет в штаб полка к шестнадцати ноль ноль. Там будут боеприпасы и машины для перевозки пехоты. — Трася, Трася, крутится у меня в голове, а потом что-то щёлкает и…

— Может Трасья? — озвучиваю сложившийся пазл.

— Может и Трасья, тут трудности перевода, транскрипция…

— Уже неважно. — Присаживаюсь я к импровизированному столу из снарядных ящиков. — Вот тут на немецкой карте указан маршрут, и это совсем неподалёку от нас. Смотрите, Константин Францевич. От деревни Холм дорога идёт на юго-восток, за выступом леса поворачивает на восток и вплоть до этой развилки проходит по лесу. Вот на этой развилке, и здесь на повороте-перекрёстке необходимо заложить управляемые фугасы и запереть колонну. Успеете? Взрывчатки хватит?