Певчая

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ПЛОХОЙ ПОВОРОТ

Я горела, меня сжигали на шесте. Тенегримы нашли меня. Они поглотят меня…

Прошла невероятно долгая минута, дверь закрылась. Ужас отпустил меня, и я опустилась на пол.

– Тебя не увидели, - сказал тихо Нат в темноте. – Туман густой, света не был. Если бы тебя заметили, то приблизились бы. Этого не было. Он улетел дальше.

Мне было не по себе. Когда я открыла дверь, я хотела сбежать от него. И я была бы рада убежать, как только голова прояснится. Но сейчас я ощущала благодарность. Он закрыл дверь. Уберег меня.

Нат зажег свечу и осмотрел мое лицо.

– Тебе от этого плохо?

– Д-да, - выдавила я. – Хуже, чем обычно.

– Может, случившееся с чтением разума сделало это хуже для тебя.

– Возможно, - мысль была неприятной. Я поежилась. – Не верится, что на тебя это так не влияет.

– Не совсем так, - сказал Нат. – Я замечаю их. И чувствую страх. Но он не затмевает все. Не знаю, почему.

– Но ты не любишь огонь… - я замолчала. Я не хотела напоминать о чтении его мыслей. Я испортила свое извинение?

Его взгляд оставался спокойным.

– Не люблю? Нет. Я бы так не сказал. Но у меня больше опыта в этом. Может, это помогает.

– Защищает от тенегримов?

– О, если они нападут, я быстро проиграю. Думаю, в этом я такой же, как все. Но если они пролетят мимо, я выдержу. Отчасти поэтому Невидимый колледж просил меня шпионить для них.

– Хотелось бы, чтобы у меня было так.

– Не переживай, - сказал Нат. – Важно, что ты в безопасности. Не о чем беспокоиться.

Нет. Были тысячи причин беспокоиться, начиная с того, что я еще не научилась петь ни одной ноты магии, что защитит меня от Скаргрейва или его воронов. Но хотя бы мое сердце уже унималось.

– Пора возвращаться, - сказал Нат. – Леди Илейн будет ругать меня.

Мои ноги дрожали, вряд ли я могла двигаться. Но Нат был прав, леди Илейн будет злиться. И я встала, отошла от него и долго спускалась по ступенькам.

† † †

Когда мы вернулись, леди Илейн была вне себя от гнева и тревоги, мое сбивчивое объяснение ее не успокоило.

– Больше никаких вылазок, - сказала она, - пока Люси не изучила магию и не может себя защищать.

Я думала, что Нат возразит, но он этого не сделал.

– Меня все равно не будет, - сказал он. – Ожидайте меня через пару недель, не раньше.

– Задание Невидимого колледжа? – спросила я.

– Да.

Я хотела знать больше, но он вряд ли рассказал бы мне, еще и при крестной. Под ее надзором я сухо попрощалась. Он ответил таким же тоном и ушел.

Следующие недели я скучала по нему сильнее, чем ожидала. Пока его не было, нас каждую неделю проверял кто-то из членов Невидимого колледжа – обычно, сэр Барнаби или Олдвилль. Но эти визиты были короткими, не такими, как у Ната.

Если Нат и смущал или злил меня, он оставался глотком свежего воздуха в этом замкнутом месте. Порой я листала рисунки и карты, что он оставил мне, но не для того чтобы выучить (это я уже сделала), а потому что его уверенные рисунки напоминали мне о мире снаружи. Я даже изучала надписи, что оставил на краях некоторых бумаг: уравнения, вопросы и наброски новых изобретений. Смелые линии его букв и подчеркивания открывали мне его любовь к новым идеям и экспериментам.

Большую часть времени я проводила в работе с леди Илейн.

После ужаса на крыше я удвоила усилия овладеть каждым уроком, хоть и скучным. Я не хотела снова оказаться в такой ситуации.

Я тренировалась целыми днями, порой и по ночам, и это утомляло и меня, и крестную. Хотя она держалась прямо, ее лицо бледнело, а критика становилась резче.

Утомившись, леди Илейн дремала днем, оставляя меня тренироваться одну. И так было лучше, чем под ее надзором.

† † †

Целую неделю я старалась, даже когда леди Илейн спала. На восьмой день я передумала. Леди Илейн храпела в спальне, между нами были две закрытые двери, и я знала по своему опыту, что ничто не разбудит ее в ближайшие полчаса. Она не узнает, если я немного нарушу режим.

Я решила отдохнуть.

Когда я села у огневой коробки, я поняла, как сильно устала. Я была уставшей, одинокой и подавленной. Начался январь, Ната не было почти месяц. И что я успела за это время? Стала лучше петь гаммы и трели, лучше дышать и поддерживать тон. Но я не приблизилась к магии.

Тихий стук в дверь заставил меня вскочить на ноги. Укутавшись в плащ, я шагнула вперед, а дверь открылась. К моему разочарованию, пришел не Нат, а Самюэль Дипс, его кружева были помяты, а пуговицы - застегнуты неправильно.

– Певчая, я прошу об услуге, - руки Дипса дрожали, когда он поклонился мне. Он молил. – Один из наших пропал. Мой кузен по имени Иосия Квик. Он ушел две недели назад, понес важные вести союзникам на севере. Он должен был вернуться в четверг, но от него ничего не слышно. Мы думаем, что он прячется, но не знаем, где. Вы можете его найти?

– Я? – НК хотел, чтобы я пошла его искать? – Мне нельзя покидать дом Гэддинга…

– Я бы вас и не просил, - быстро сказал Дипс. – Я прошу лишь использовать магию.

– Магию?

– Вашу силу читать разум. Или вы нашли магию лучше этой?

– Нет, - я покраснела, признав, как мало выучила. – Но…

– Не бойтесь, - сказал Дипс. – Чтения разума хватит. Мы поймем, где Иосия.

– Вы не понимаете, - сказала я. – Я не могу этого сделать.

– Так и сказал Совет, что это теперь запрещено. Но зачем нужна Певчая, если она не использует магию? Вы нужны ему, мадам. Нужны нам. И я принес все, что потребуется: волос с его гребня, один из его платков, - он провел руками по пуговицам плаща и вытащил флакон, спрятанный среди швов. – И лунный шиповник, конечно.

Уберите. Я должна была это сказать. Но, увидев флакон и силуэт семян в нем, я притихла, и эта странная тишина родилась не только из страха, но и из желания. Я потрясенно поняла это. После долгих недель гамм и трелей все во мне хотело ощутить силу магии, любой магии. Даже Дикой. Даже магии лунного шиповника.

– Так что, Певчая? – сказал Дипс с мольбой во взгляде. – Вы споете песнь лунного шиповника?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

СТАРАЯ ПЕСНЯ И НОВАЯ

Я смотрела на флакон, а дверь снова распахнулась. Я оглянулась.