Посланник
Шрифт:
– Занять посты по периметру, к самолету - никого, - приказал прапорщик, а сам бегом в караулку - вызывать врачей и докладывать по инстанции.
Дежурный прапорщик управления ФСБ дремал, сидя на стуле. Звонок разбудил.
– 42-15, сонно ответил он.
– На авиазаводе ЧП, нападение на караул, попытка нелегального вывоза в Антее отечественных истребителей.
В трубке запикало. Прапорщик и не сообразил сразу ничего сквозь дремоту. Но сообщение заставило проснуться окончательно, такими вещами не шутят. Он доложил ответственному по управлению.
– Повтори,
Прапорщик повторил.
– Ты ничего не перепутал, все дословно?
– Так точно, товарищ подполковник, дословно, можно по записи перепроверить.
– Хорошо, спасибо.
Подполковник потянулся к трубке. "Стоп, коллеги с завода не звонят. Если это правда - не знать они не могут. А если не правда?
– Задумался подполковник.
– То теле-фон дежурного ФСБ не 02, не каждый знает его номер. Захотели пошутить - не думаю. Это или отвлекающий маневр, отвлечь от чего-то основного, или правда в чистом виде. С завода не звонят... Что там сообщил аноним? Нападение на караул, попытка нелегального вывоза в Антее. Значит, если ЧП было, то было на аэродроме". Подполковник вызвал дежурную машину.
На аэродром добрался быстро. Рассвело, тишина, никаких Антеев на стоянке. "Странно", - подумал офицер и двинулся к караульному помещению.
– Стой, кто идет?
– Окрикнул часовой.
– Подполковник Брунов, позови начальника караула.
Часовой достал свисток, засвистел. "Как в кино", - усмехнулся про себя подпол-ковник.
– Прапорщик Иваненко, - представился вышедший из караулки.
– Подполковник Брунов, ответственный по управлению ФСБ области.
– Он протянул удостоверение.
– Извините, товарищ подполковник, приказано ни с кем не общаться, прибывших задерживать. Прошу сдать оружие.
– Кем приказано, товарищ прапорщик?
– Не положено отвечать, сдайте оружие подполковник.
– Дурдом какой-то... Кем приказано?
– Не положено. Часовой,- крикнул прапорщик.
Солдат передернул затвор автомата, посылая патрон в патронник.
– Подожди, прапорщик, не кипятись, нет у меня оружия. Я ответственный по управлению, а это значит, что приказать мне может только один человек - начальник управления генерал-лейтенант Суманеев. Всем остальным приказываю я. Это понятно, прапорщик?
– Так ваш особист и приказал, полковник Луговой. Вот пусть сам он и разбирает-ся. А пока извините, товарищ подполковник, до выяснения прошу пройти в караулку.
Солдат подтолкнул его стволом автомата, Брунов чертыхнулся, но пошел - не драку же устраивать с караулом, так и застрелить запросто могут.
– Ты вот что, Иваненко, сделай. У тебя ротный прямой начальник, вот ему и до-ложи немедленно. А Луговому не звони, это приказ. Путаешься в начальниках - у тебя есть один непосредственный - командир роты. По его приказу и будешь действовать в дальнейшем. Это хоть понятно, прапорщик Иваненко?
Брунов злился, старался не показывать вида, но это не особо у него получалось. Наберут тупоголовых - вот и поработай с ними. А время, время уходит. Выяснить то пару вопросов, а этот, сволочь
безграмотная, уперся - не положено.Злился и Иваненко. Понаедут тут всякие - кто их разберет, кто старше, ответст-венный подполковник или начальник особого отдела, полковник? В армии проще, тут ему все понятно. "Никому звонить не буду, пока сигарету не выкурю", - твердо решил он всем назло.
– Прапорщик Иваненко,- наконец дозвонился он до ротного.
– Я вот че звоню...
– Иваненко, семь утра, ты что до восьми подождать не мог?
– Перебил его ротный.
– Так в карауле я, товарищ старший лейтенант.
– В каком карауле, сегодня же Травкин в наряде?
– Так... Луговой поменял, вроде бы чего-то съел Травкин, отравился, в санчасть его увезли.
– Иваненко, у тебя кто командир - я или Луговой, как ты мог без приказа в караул заступить, охренел что ли совсем?
– Так Луговой сказал, что вы приказали.
– Сказал, сказал... У самого-то башка должна быть. Ладно, приду - разберусь.
– Товарищ старший лейтенант, я че звоню-то.
– Ну, что тебе, Иваненко, еще, сказал же - приду, разберусь.
– Так я тут подполковника одного задержал, а он шумит, права качает.
– Кто такой?
– Говорит, что подполковник Брунов, ответственный по управлению ФСБ.
– Хорошо, пусть у тебя до моего приезда побудет. Нет документов - нет разгово-ра, правильно, что задержал. Все, Иваненко, не задерживай, не звони больше.
– Товарищ старший лейтенант...
– Ну что, Иваненко, что еще?
– Так у него документы в порядке.
– Почему задержал тогда?
– Так Луговой приказал всех задерживать.
Прапорщик слышал, как матерится в трубку ротный.
– Иваненко, свалился ты на мою голову, ответственный по управлению во время дежурства выше солнца, тем более Лугового. Отпусти немедленно и извинись, моли Бога, чтобы погоны он тебе не оторвал. А лучше бы оторвал, - уже добавил про себя последнее ротный.
Иваненко положил трубку, повернулся к Брунову.
– Извините товарищ подполковник, ошибка вышла.
– Про ошибку потом, докладывай, как ночь прошла?
– Так мы всем нарядом недавно заступили, минут за десять до вашего приезда.
– А старый наряд где?
– Луговой сказал, что съели что-то, отравились, в санчасть их всех увезли.
– Ты сам лично их видел?
– Нет, товарищ подполковник, не видел. Луговой позвонил, я своих бойцов под-нял. Он попросил не афишировать, всякое бывает, зачем поваров под монастырь подво-дить, если ничего серьезного нет. Промоют кишки ребятам - часа через два назад вер-нуться.
– А самолет, большой самолет, Антей, стоял здесь?
– Вчера грузился, завтра, вернее уже сегодня в одиннадцать улететь должен был.
– И где он, до одиннадцати еще четыре часа?
– Нету, улетел, значит, раньше. Я когда заступил в караул, видел, как он взлетал.
– А еще что ты видел, кто, кроме Лугового, в караулке или рядом находился?
– Никого не было, товарищ подполковник, один Луговой был. Правда машина, видел, как отошла.