Потерянная жертва

– Как вы думаете, кто из них Максин? – спросил Тристан, глядя на девушек, стоявших у станка.

Ничего не выражавшим голосом режиссер попросил их повторить только что выполненные разминочные упражнения и не смотреть в камеру. Последние несколько минут показали, как Молли, собаку-ищейку, привели на поводке в пустую танцевальную студию. Было отснято четыре дубля одной и той же сцены: Молли приводили, она начинала тянуть поводок, направлялась в угол, где была дверь, и лаяла. В четвертый раз она принялась лихорадочно скрести когтями пол, и женский голос за кадром воскликнул:

– Нет! Нет, хватит! Прекратите! Эта собака царапает пол!

Кто-то сказал: «Снято!» Камера слегка сдвинулась, в кадр вошел человек с планшетом, кинолог дал Молли лакомство и увел ее. В кадре появилась Гленда.

– Это очень дорогой пружинный деревянный пол, – сказала она, постукивая по нему палкой. – Я не могу позволить собаке царапать его когтями.

– Куда ведет эта дверь? – спросил другой голос.

Камера переместилась, чтобы показать дверь, и фокус слегка сместился. Мужчина с планшетом подошел к двери, присел, стал рассматривать пол.

– Нет тут никаких царапин, – сказал он.

– Будут, если вы еще раз приведете собаку, – парировала Гленда. – У «Би-би-си» есть лишние десять тысяч фунтов? – Никто не ответил, и она ответила сама: – Не думаю. Именно столько будет стоить новый пружинный деревянный пол.

– Что за этой дверью? – повторил голос.

– Там хранилище. Девочки часто собираются у этой двери. Может, собака его учуяла. Запах, э-э, Джейни.

Кто-то что-то тихо пробормотал, и затем экран погас. Кейт сидела очень неподвижно.

– Что такое? – спросил Тристан.

Она поднялась, подошла к стене, к которой были приколоты заметки. Им удалось получить в Британской библиотеке большую карту Кингс-Кросс восемьдесят восьмого года, и теперь она висела здесь, рядом с современной картой, выпущенной картографическим управлением в прошлом году.

– Где была эта танцевальная школа?

Тристан открыл распечатанную копию файла дела Джейни Маклин и принялся листать, пока не нашел нужную страницу.

– На Хорнер-Мьюз, э-э, в доме номер восемь, – сказал он.

Кейт перешла к карте восемьдесят восьмого года – огромной, в квадратный метр, и очень подробной.

– Дом номер восемь был в конце улицы. – Она постучала пальцем по маленьким квадратам, изображавшим здания на Хорнер-Мьюз. – Что было рядом, в доме номер семь?

Тристан подошел к ноутбуку, ввел данные. Это заняло у него пару минут, и он снова перевел взгляд на Кейт.

– Там был склад, принадлежавший Гайе Тиндалл, художнице, которая работала волонтером в молодежном клубе на Олд-Стрит.

– Вот оно! Нам нужно вновь вернуться к трем приятелям, Роберту, Форресту и Роланду. К их сомнительным алиби на вечер двадцать третьего декабря восемьдесят восьмого года. К их перемещениям в следующие несколько дней после того, как пропала Джейни. Если в трубе спустя пять дней обнаружили ее кровь, но не тело, значит, его куда-то перенесли. Гайи Тиндалл не стало в июле восемьдесят восьмого, но что, если у ребят все еще оставался доступ к складу? О боже… кажется, я знаю, где похоронено тело Джейни Маклин.

Глава 53

В понедельник, двадцать первого января, Кейт и Тристан отправились в Лондон.

Все утро они с Варей и ее командой изучали отснятый материал. Тем временем в крематории в Ньюхэме, в Восточном Лондоне, шла кремация Роланда Хакера. После этого в пабе возле «Виктория-Хаус» должны были пройти поминки.

В десять утра Кейт и Тристан, нервные и встревоженные, прибыли на место. Скульптура «Одгоад» стояла на своем постаменте и в сером январском свете выглядела довольно побитой жизнью. Рядом с ней были припаркованы большой полицейский фургон и блестящая черная машина для судебно-медицинской экспертизы. Полицейский в элегантной форме и светоотражающем жилете разворачивал ленту, ограждающую место преступления, и создавал вокруг постамента кордон.

Еще немного погодя приехала Варя, припарковалась возле полицейского фургона и вышла из машины. С ней были инспектор Шон Бентли и молодая женщина, которую она представила как свою коллегу, детектива Лейлу Моррис. Несколько жильцов дома уже выглядывали из окон, а некоторые стояли на ступеньках, ведущих к входу.

– Как вы собираетесь это сделать? – спросила Кейт, наблюдая, как двое судмедэкспертов в штатском устанавливают стремянку рядом со скульптурой.

– Сначала проверим ее с помощью георадара. Просто чтобы убедиться.

– А что, если мы правы? Что будет дальше? – спросил Тристан.

Варя обвела глазами грязный восьмигранный куб.

– Я не хочу загадывать так далеко. Но именно для этого сюда и пришли судмедэксперты.

Они наблюдали, как лестницу отрегулировали и прислонили к одной из панелей восьмигранной скульптуры. Она оказалась выше, чем думала Кейт. Почти в двух метрах от земли. Один из судмедэкспертов уже держал наготове небольшую плоскую металлическую коробку.

Кейт, Тристан, Варя, Шон и Лейла подошли к открытой боковой двери фургона судмедэкспертов. Один из офицеров показал им результаты сканирования на экране «Айпада».

Судмедэксперт, поднявшись по лестнице, провел коробкой по трем панелям, до которых смог дотянуться. Они наблюдали за экраном, на котором отсвечивался плотный серый блок. Спустя пару минут лестницу переместили на другую сторону скульптуры. Напряжение было почти невыносимым. Кейт подняла глаза и увидела, что из окон на них смотрят еще больше людей. Судмедэксперт начал сканировать другую сторону скульптуры.

– А вы уверены, что этот чертов кубик полый? – обеспокоенно нахмурившись, спросила Варя.

– Да, – подтвердила Кейт. – Мы отследили детали ее заказа. Художник Гайя Тиндалл сконструировала «Одгоад» из восьми треугольных панелей из литого бетона. Они скреплены болтами и запечатаны цементом. Если бы скульптура была цельной, ее было бы слишком тяжело поднять и постамент во дворе ее бы не выдержал.

Несмотря на холодную погоду, Тристан вытер пот со лба. Судмедэксперт продолжал сканировать панели с другой стороны скульптуры, и офицер, наблюдавший за происходящим на экране «Айпада», воскликнул: