Потому что нас много
Шрифт:
Баттеруорт кивнул мне.
— Неплохо, Говард. Наверняка этот товар вы еще улучшите.
Я кивнул в ответ. Мышцы лица я еще не контролировал настолько, чтобы улыбнуться, а голосу я сейчас не доверял.
Мы зашли в здание; там нас ждала Бриджет. Она улыбнулась, и мое сердце едва не выскочило из груди от печали. Она восемнадцать лет была со Стефаном. Она подошла ко мне:
— Я рада, что ты пришел, Говард, — сказала Бриджет. — Можно тебя обнять?
— Да, конечно. У Мэнни полный комплект датчиков. Это будут первые настоящие объятия с тех пор, как я… э-э… — Умер. Ух
Она обняла меня, и я чувствовал каждое ее прикосновение — ее головы к моей щеке, ее груди к моей, ее руки к моей спине. Этот миг длился целую вечность и долю секунды. Бриджет сделала шаг назад и посмотрела мне в глаза, а я попытался снова включить свой мозг.
— Рад тебя видеть, — наконец выдавил из себя я.
В панике я вдруг подумал о том, похож ли сейчас Мэнни на рыбу, которая пытается дышать. Я надеялся, что нет.
— То есть репликацию в качестве варианта вы не рассматривали? — спросил я, посмотрев на гроб.
— Он же был католиком, помнишь? — Бриджет слабо улыбнулась. — Не думаю, что архиепископ это одобрил бы.
Я хотел спросить, не думает ли она сама о том, чтобы стать репликантом, но сейчас явно был не самый подходящий момент для этого.
Начались поминки. На самом деле я помнил о том, что Стефан — католик; именно поэтому я не пришел на заупокойную мессу — там я, мягко говоря, отвлекал бы всех от службы. Бриджет очень тщательно выбрала людей, приглашенных на это мероприятие, чтобы избежать неловких ситуаций, связанных с вашим покорным слугой.
Мы разговаривали, обменивались воспоминаниями. Я познакомился с детьми Бриджет — Рози, Лианной и Говардом, который откликался на имя «Хауи». По старому земному календарю сейчас бы ему исполнилось тринадцать; у него начался период бурного роста, и он еще не привык к тому, что стал высоким.
Хауи забросал меня вопросами, а девочки стояли у него за спиной и смотрели на меня во все глаза. Оказалось, что Стефан рассказывал им обо мне.
Я поведал Хауи пару историй о его отце, и при этом на меня нахлынули воспоминания о наших первых днях на Вулкане. Стефан всегда воспринимал меня просто как человека, с которым он часто говорил по телефону. С ним я никогда не чувствовал неловкости. Я вдруг понял, что, возможно, у меня даже до смерти не было такого хорошего друга, как он. Я добавил новый пункт в список дел: как следует поплакать, когда останусь один.
Бриджет встала рядом со мной с тарелкой в руке. Я посмотрел на тарелку: обычные закуски, кусочки мяса и крекеры. Бриджет заметила мой взгляд.
— Ты можешь есть? — спросила она.
— Пока нет. Рано или поздно Билл модифицирует Мэнни так, чтобы он был максимально похож на человека. Но прямо сейчас он занят проблемой Других. Съем что-нибудь, когда вернусь в ВР.
Бриджет смотрела на своих детей, на тарелку — куда угодно, но не на меня. Я знал: нас все еще разделяет тот разговор, который произошел между нами перед моим отлетом с Вулкана. Я вздохнул — и тут же испугался, поняв, что вздох все услышали.
— Поговорим в другой раз. Ты же не сразу уедешь, а? — спросила Бриджет, улыбнувшись.
— Ну, с физической точки зрения я в девятнадцати световых годах отсюда, но благодаря УППСам это уже не
важно. Так что отъезда как такового не будет. Я всегда буду рядом — либо в телефоне, либо лично, так сказать.Я посмотрел по сторонам. Девочки уже отошли от нас, но Хауи слушал наш разговор, словно приклеенный.
* * *
— Как все прошло? — спросил Билл.
Сейчас он напомнил мне Бриджет — она практически так же вела себя в тот день, когда мы представили наш товар Баттеруорту.
Похоже, этого следовало ожидать. Потенциально это был критически важный момент для Бобов: настоящий физический контакт полностью изменит наше взаимодействие с миром.
Билл и Гарфилд зашли ко мне, как только я вернулся в ВР. Декстер уже был там, как местный Боб. И Боб-1 тоже появился. Судя по их диалогу, он уже много лет приставал к Биллу насчет андроидов.
— Все получилось, — ответил я. — Конечно, это была контролируемая среда, и все ждали, что я приеду. Насчет появления на публике я ничего сказать не могу.
— Но это старт, и притом успешный, — закивал Боб. Мне на секунду показалось, что его аватар заглючило и его анимацию заело. Но нет, он просто сильно возбудился.
Я смирился с неизбежным и уселся в кресло, готовясь к тому, что сейчас мне придется давать отчет.
— Но как это все ощущалось? — Билл был так напряжен, что едва не прожег меня взглядом.
Я вдруг представил себе, как он вырывает ответ из моей глотки. Я фыркнул и поймал на себе недоуменные взгляды.
— По сравнению с ВР? — Я посмотрел в потолок, собираясь с мыслями. — Эта штука на порядок более реальная, чем ВР. Не знаю, насколько это связано с психологией, с тем, что ты знаешь: это — реально. Мне кажется, что ВР обеспечивает нам только то, что мы в ней запрограммировали, а Мэнни дает все, в том числе неожиданные ощущения, и важные, и не важные. Кроме того, мы этим не управляем. Это как разница между тем, когда ты сам себя щекочешь, и когда тебя щекочет кто-то другой. Это совершенно другие, более мощные ощущения.
— Да, — ответил Билл. — Я пытался создать что-то похожее на бейсбольных матчах, но, кажется, мне до сих пор это не удалось.
— Билл, пойми меня правильно. Я не думаю, что без андроидов мы все разом слетим с катушек и сдохнем. Да, ВР спасла Боба-1, она спасла всех нас. Все мы с этим согласны. — Я пожал плечами. — Но она не дает нам всех ощущений. Мы забыли о том, какие ощущения дает нам мир. А сегодня я это вспомнил.
Я посмотрел на Боба; он наконец перестал качать головой и начал раскачиваться на носках. Увидев мой удивленный взгляд, он покраснел и остановился.
— По-моему, нам нужно повысить приоритет проекта «Андроид», — сказал Боб.
Билл закатил глаза.
— Вот это сюрприз. Ты готов мне помочь? У тебя же свободное время есть, да?
Эти слова, похоже, потрясли Боба, и Билл поморщился, поняв, что нанес удар ниже пояса.
— Извини, приятель. Я не хотел тебя обидеть.
Боб пожал плечами:
— Я все понимаю. И да, сейчас у меня много свободного времени. Возможно, так я смогу себя занять.
Билл открыл окна со схемами и записями — вероятно, ему хотелось поскорее сменить тему, Гарфилд подошел поближе к ним, и они заговорили на техническом.