Принцесса и Ко

— Линард дей’Хеллиг, к вашим услугам, моя госпожа. Друзья называют меня Ли.

Я нахмурилась, и герцог, внимательно вглядывавшийся в моё лицо, недоуменно поднял брови.

— Что-то не так?

— Разве ваше имя не Лоран?

— Нет. Лоран дей’Хеллиг мой покойный дядя, он скончался почти два года назад.

Я попятилась от него и отвернулась.

— Вы как будто бы расстроились, что я не он.

Нет, я не была расстроена, отнюдь. Однако мысль, что месть, ради которой я приехала сюда, отныне потеряла всякий смысл, немало ошарашила. Я хотела вынудить герцога вернуть родовое поместье с месторождением чудесной глины, надавив на совесть, но молодой наследник не виноват в коварном отъеме Гизетта и мне незачем его ненавидеть. Мысль вдруг принесла облегчение: ненависть серьезно отравляла мне жизнь, а красавчик-герцог обезоруживающе симпатичен. Однако теперь вернуть поместье будет затруднительно.

Я обернулась с улыбкой.

— Вовсе нет. Рада познакомиться, Ваша Светлость. Меня зовут Тера Эдденби, и я мелкая лавочница. А ещё, я ценю собственное доброе имя и, разумеется, понимаю, что приличной девушке не пристало появляться со знатным лордом в театре или где-нибудь ещё.

Моя отповедь взывала к совести владетеля провинции. Но, наверное, этот рудимент у эйса окончательно отмирает, когда тот получает титул. Герцог отмахнулся от моих возражений, словно от мухи.

— Что за вздор! В наш просвещенный век так рассуждают лишь провинциальные кумушки. Вы благонравная девушка, и только что прибыли в наш город. Вам просто необходимо немедленно войти в хорошее общество, иначе закиснете в самом низу торговой касты. Только так вы добьетесь успеха и заведете полезные знакомства.

Он попал в точку. Продавать косметику за гроши батрачкам и поденщицам — вовсе не предел моих мечтаний. Внутри меня все отзывалось на его слова.

— И потом, вам непременно нужно развлекаться, иначе тяжёлый повседневный труд погубит вашу красоту и молодость.

Ах, этот змей вздумал топтаться на моей профессиональной гордости!

— Вот уж вряд ли! У меня ведь косметическая лавка.

Герцог рассмеялся, пристально глядя мне в глаза, и от его тихого смеха по моей спине проскакал целый табун мурашек.

— Я все равно уговорю вас, фея. Если не смогу, то просто украду на один вечер. Сдавайтесь. Поверьте, вы ни о чём не пожалеете. Клянусь, именем своего рода.

Я недоверчиво фыркнула. Но ему уже удалось разжечь искорку любопытства, и она медленно перерастала в пожар. Мне всегда хотелось узнать, как живут в другом мире — там, куда доступ простолюдинке из купеческого сословия закрыт. Хоть в щелочку подсмотреть, какой была бы жизнь Эттеры ди’Гиз, если бы не жадность старого герцога Винсента.

Я посмотрела в лукавые ясные глаза напротив. Сердце стучало как сумасшедшее.

— Клянусь, вы не пожалеете, — прошептал герцог.

Я отдалась природной вредности, уже зная, что соглашусь.

— Разумеется, не пожалею. Ведь я никуда не поеду!

Шатен сверкнул белозубой улыбкой, и мои собственные губы чуть было не разъехались в ответ.

— Значит, завтра в семь вечера я заеду за вами, фея.

Одарив меня на прощание смеющимся взглядом, герцог вышел и аккуратно притворил за собой дверь.

«Мяуууу-ррр!» — прозвучало сердитое за спиной, но мне было не до недовольного чем-то питомца.

«Ты с ума сошла, Тера!»

Впрочем, я тут же отмела упреки совести. Мне что, больше делать нечего, как угрызаться? Завтра открытие, столько всего может случиться. Что, если герцог и вовсе забудет заехать за принцессой из лавки? Или покупатели не придут в мою лавку — почему бы неудавшейся «принцессе» тогда с горя не отправиться в театр вместе с почти настоящим принцем?

В общем, я постаралась выбросить из головы крамольные мысли и продолжила фасовать крем по баночкам. А после сварила новый — для отбеливания лица, а также устраняющий прыщи и угри. Это заняло весь вечер, ведь сперва нужно было приготовить вытяжку из листьев хоргоны и отвар снежного раваса. Получившаяся голубоватая масса благоухала цветами селии — чуть-чуть, самую малость, так как эфирное масло чрезвычайно дорого.

Засидевшись чуть ли не за полночь, я расфасовала готовый крем и закончила подготовку к завтрашнему дню, сварив очередную порцию свечей. Устало потирая поясницу, я понаблюдала, как Мяу уплетает порцию мяса. И, снова пропустив ужин, отправилась отдыхать перед торжественным днём.

41

«Мяууу!»

Мое одеяло куда-то тащили.

— Отдайте, — сонно прошептала я, зябко поджимая ноги.

«Мррряуууу!»

Я открыла глаза. Солнце уже высвечивало треугольник на противоположной стене. Мелькнула паническая мысль, что я проспала. Заполошно вскочила и метнулась к окошку. Взглянув на дом с часовой башней, облегченно выдохнула: еще восемь. Все успею до девяти. А рыночную площадь внизу было не узнать. За ночь здесь раскинулись десятки разноцветных палаток с яркими стягами. Помост, который соорудили вчера, украсился алым тентом и гирляндами, символизирующими изобилие урожая — скоро сюда взойдут артисты, певцы и акробаты, и начнется представление.

— Молодец, что разбудил меня, Мяу!

Через полчаса я была готова к торжественному дню. Сшитое по фигуре платье из темного-синего шелка приятно шуршало при каждом движении, светлые волосы уложены в элегантный узел на затылке. Капелька любимых духов собственного изготовления и, глядя в зеркало, я пожелала себе удачи.

— Ужинать не приходишь, детонька! — попеняла мне Мамушка, подавая поднос с завтраком.

— Я сегодня открываюсь, некогда было.

— Ох, тоненькая как тростинка! Не дело это — о еде забывать! Гляди, ветер унесет!

Я только улыбнулась: маг воздуха уж как-нибудь с ветром договорится.

— Так быстро открываешься? — удивилась Дара. — А крем от прыщей уже сварила?

Отвечая на вопросы любопытных подружек, я вспомнила о письме Кэрри, которое обнаружилось под дверью вчера вечером. Бросила конверт на стол, чтобы открыть утром, но в результате письмо так и осталось непрочитанным. Ничего, до вечера подождет, заодно отчитаюсь о первом дне продаж, а завтра занесу на магпочту ответ.

Пожелав светлого дня соседкам и ранним посетителям трактира, я отправилась в лавку. Лучи осеннего солнца на миг ослепили, когда мы с Мяу вышли на улицу. Пользуясь тем, что в этот час площадь была еще полупуста, я направилась к Торговым рядам Маню напрямик, проскользнув между двух пестрых палаток. Мяу рысил впереди, а я с любопытством оглядывала площадь. Ярмарка еще не открылась, но уже шумела — кто-то спорил из-за мест, кто-то ругался с распорядителями. Торговцы суетливо раскладывали товары на широких прилавках — здесь были пестрые ковры, платки, посуда, украшения, веера и прочие любопытные вещи, на которые я бы обязательно взглянула поближе, если бы не спешила в лавку. Мои товары не такие яркие с виду, но все же полезные. Надеюсь, покупатели их тоже оценят.

Пытаясь прогнать ненужное, но такое естественное в первый день волнение, я вдруг заметила, что Мяу рысцой устремился к одной из больших круглых палаток, раскинутых посреди площади. Тент над входом был опущен, но разве пушистого нахала могла остановить такая мелочь. Мне было ясно: питомец учуял съестное и собирается стащить кусок мяса. Только скандалов с торговцами мне не хватало!

— Мяу! — позвала я громким шепотом.

Но тот лишь досадливо махнул хвостом и скрылся в палатке, нырнув под полосатую ткань.