Принцесса яда

Чтобы ни было, малыш.

 - Как они слышат то, что я говорю? Как мне говорить так, чтоб они не слышали?

Покровительственным тоном он ответил:

 - Внутренним голосом, Эви.

Я сжала лоб, раздражаясь из-за двойного смысла фразы, которая ничего для меня не прояснила.

– Почему они хотят спровоцировать меня? Что я им сделала?

– Ты – Аркан.

– Я-я не понимаю. И я... я не могу больше делать всю эту «арканскую» фигню!

– Я буду продолжать посылать тебе видения, - он коснулся носа, бормоча - бестолочь, бестолочь, бестолочь. Ты должна научиться.

– Посылать мне? Ты хочешь сказать, что ты не видение?

– Я посылаю тебе видения.

– И может быть я обманываюсь, и я сейчас воображаю разговор с тобой. Может быть, ты даже не настоящий!

Он закатил глаза:

 - Нееет. Я посылаю тебе видения. Не твоя сила Аркана. А моя, моя, моя.

Так что, теперь я даже не экстрасенс?

 - У всех Арканов есть сила?

– Огромная. Сверхчеловеческая.

Мои глаза сузились, когда возникло подозрение:

– Ты посылаешь мне и кошмары тоже? Это уже слишком!

– Никогда кошмары! Императрица, мы отстаем. Найди меня.

Его я планировала искать в последнюю очередь:

– Но я должна добраться до бабушки. Где тебя искать?

– Найди меня раньше, чем Смерть найдет тебя.

– Или что?

Он повернулся с таким выражением, как будто это было очевидно.

 - Или он… коснется тебя. Своей силой. Ты карта, которую Смерть жаждет получить.

Я вздрогнула, вспомнив Жнеца, нависавшего надо мной, тянувшегося ко мне своими бесплотными руками.

 - Почему он жаждет меня? Я не понимаю.
– Но Мэтью уже исчез.

И вся вода закончилась.

– Черт!
– Джексон просил меня экономить суп и воду. Я не смогла выполнить даже такие простые задачи.

Испытывая чувство вины, я вернулась в каюту. Его рюкзак лежал на кровати рядом с моим чемоданом. Конечно же, он не ожидает, что мы останемся в одной комнате? Я только закончила переодеваться, когда он вошел в каюту без стука, с чашками супа в поднятых руках. Его взгляд скользил по мне, по майке и юбке, которые я носила в тренажерном зале. Его одежда оставляла желать лучшего.

Мой гардероб теперь состоял в общей сложности из пары джинсов, толстовки, десятка лент для волос, нижнего белья, в количестве большем, чем я могла бы сносить за свою жизнь, едва ли нужных мне бюстгальтеров, одежды для тренировки и двух носков из разных пар. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Рано, Джексон, слишком рано.

Отдав мне на удивление теплую кружку, он сел за встроенный стол, и начал пить из своей. Я почувствовала укол совести, увидев, что ему пришлось обернуть раненые руки полосками ткани. Он был покрыт песком и пеплом после копания. Он так старался, чтобы помочь мне с мамой...

– Хороший момент, чтобы поговорить о том, что мы будем делать в ближайшие дни.
– Сказал он.

Я опустилась на край койки напротив него.

– Давай.

– Я в конечном итоге выполнил... обещание, данное твоей матери. Оно довольно расплывчато, поэтому я чувствую, что смогу выкрутиться и не попасть за это в ад. Меня больше беспокоит, давала ли ты обещание ей.

– Да.

Он чертыхнулся.

– Наверное, отправиться к бабушке?

– Да, это.

– Позволь мне обрисовать тебе картину, peekon. Между нами и Северной Каролиной Бэгмены, отряды ополчения, культы, посвященные концу света, которые чувствуют себя могущественными праведниками в такие дни. Работорговцы контролируют города...

– Работорговцы существуют?
– мы слышали слухи, но...

– Ouais. Они сгоняют людей рыть колодцы, как рабов в золотые шахты.
– На мой озадаченный взгляд он сказал: - если бы они поймали кого-то вроде меня, они заковали бы его в цепи и опустили в заполненный пеплом карьер или засунули бы его в шахту, и не выпустили бы, пока он не пробил породу над грунтовыми водами. Конечно, если бы они захватили тебя…было бы по-другому. Также и с каннибалами.

– К-каннибалы?
– снова шепотом.

Когда он кивнул, я попыталась представить себе, как выглядят современные американские каннибалы. Я представляла их, носящими части тел, нанизанные как ожерелье. Может они собираются в кровожадные стаи... Не смотря на эти опасности, а также страх пробиравший до костей, я сказала:

 - Я отправляюсь на Внешние отмели* завтра.

( *прим.ред. Внешние отмели (англ. Outer Banks) — 320-километровая полоса узких песчаных барьерных островов побережья Северной Каролины, начинающихся у юго-восточного края Вирджиния-Бич - восточного побережья США. Они занимают около половины всей береговой линии Северной Каролины, и отделяют лагуны Кёритак, Албемарл и Памлико от Атлантического океана).

– У тебя не много навыков, но, кажется, упрямство ты освоила. Существует ли способ отговорить тебя?

– Без вариантов.
– У меня не было выбора. Помимо обещания маме я должна разгадать загадку Арканов. Потому что это никогда не закончится само собой.
– Если ты собираешься отправиться в Техас, я подвезу тебя, пока ты не найдешь другую машину, которую можно починить.

– Ты держишь меня в мини-тюрьме. – Застряли в плохой ситуации. - Если я позволю тебе уйти самой, ты все равно, что мертва.
– Я открыла рот, чтобы возразить, но он перебил меня, сказав: - ой, перестань, ты не сможешь себя защитить.

Однажды смогла. Раньше у меня на каждом шагу были солдаты, наблюдавшие за мной. Я посмотрела на свою кружку, вспоминая мой тростник, и доблестные дубы. Погибшие навсегда.

Как и моя мама.

– Посмотри на меня, Эви. Ты уверена, что хочешь идти по этому пути?

– Да.
– И я была уверена, что будет лучше если я буду делать это с ним вместе.
– Ты…ты поможешь мне?

– Mais .Да.
– Сказал он снисходительно - я отведу тебя туда. Но у меня есть условия.

– Конечно, у тебя они есть.

– Ты расскажешь мне свои тайны. Я должен знать, как ты вырастила те растения. Мне надо знать, как ты можешь сделать это снова.

Может поощрить его?

 - Я расскажу тебе все, что хочешь знать, как только мы доберемся до бабушки.

Он колебался, прежде чем ответить.

 - D’accord. (Согласен)

Мое облегчение имело оттенок подозрительности:

 - Я тебе не нравлюсь. Мы никогда не были друзьями.

Он этого не отрицал.

– Мы могли бы и дальше оставаться такими же чужими, Джексон. Тем не менее, ты готов путешествовать со мной, рискуя жизнью?