Процветай

— Ээээй! — я поднимаю руки вверх. В комнате воцаряется тишина, все взгляды обращаются ко мне. Ого, это сработало лучше, чем я думала. — Могу я ввести правило: никаких секретов на иностранных языках?

— Выучи иностранный язык, и никаких секретов не будет, — быстро говорит Коннор.

Легче сказать, чем сделать. Но я вижу силу в глазах Роуз, как будто она принимает новый вызов.

Райк кивает моей старшей сестре.

— Давайте мы с Дэйзи наймем горничную, как и хотели.

— Нет, — говорим мы с Ло в один голос.

Райк снова стонет. Мы с Ло уже высказывали наше мнение о поварах и обслуживающем персонале, горничных и дворецких. Мы выросли вместе с ними, и этот дом, каким бы огромным он ни был, итак уже напоминает нам о местах, где мы жили.

Никто из нас не хочет возвращаться к этому. Ходить по коридорам, напоминающим о временах, которые были темнее и зловещее. Новые начинания означают перемены, и я хочу изменить мой образ жизни. К тому же, нас слишком часто ударяли ножом в спину. Не могу себе представить, что могу доверять кому-то настолько, чтобы позволить ему свободно распоряжаться нашим домом.

— Ты предупрежден, — говорит ему Роуз, прежде чем продолжить. — Второе. Джакузи — не место для ебли.

Грубо, но она даже не запнулась и не покраснела.

И тут до меня доходит реальность этого обвинения.

— Кто занимался сексом в джакузи?

Не я.

— Ну, это были не мы, — начинает Ло, поднимая на меня глаза, и с трудом переводит взгляд на соседний диван.

О. Оооооо. Я морщусь, когда всплывающая картинка с Райком и Дэйзи, трахающимися в бурлящей горячей воде, заполняет мой мозг. Стереть! Удалить! Аааааааааа.

Глаза Дэйзи стали похожи на огромные блюдца, и я все больше осознаю, что она намного моложе всех нас. Она, вероятно, тоже сейчас ощущает разницу в возрасте. Что-то в том, что мы знаем, что она занимается сексом с Райком, заставляет неловкости обрушиться на комнату. Или, по крайней мере, меня уносят мощные порывы ветра, совершенно не задевая Роуз и Коннора.

Может быть, их кресла, похожие на троны, обладают магическими свойствами иммунитета?

— Это собрание — просто способ побесить меня? — сердито спрашивает Райк, положив руку на голову Дэйзи, которая потихоньку сползает всё ниже и ниже. Его пальцы запутались в ее волосах, и мне интересно, делает ли он ей массаж головы или что-то в этом роде.

— Ты еще не освоился, — говорит Коннор. — Это займет у тебя пару месяцев, а то и год, потому что ты всегда отказываешься от дрессировок.

— Фантастика, — отвечает Райк.

— Даже не, блять, фантастика? — Дэйзи шепчет ему с лучезарной улыбкой.

Он улыбается в ответ, а его глаза смотрят на нее с интимным интересом, который бывает только в спальне и во время прелюдии.

Коннор прочищает горло.

— И последнее... — его взгляд останавливается на Ло, но темно-синие глаза Коннора полны серьезности. Весь юмор и подшучивание тут же исчезают. Я больше не думаю, что речь идёт о грязной посуде и сексе в джакузи. — Это то, что касается вас четверых, — он отодвигается на краешек кресла, чтобы быть немного ближе к нам. Мое сердце замирает. — Как вы знаете, завтра публицист Кэллоуэев объявит СМИ о беременности Лили.

Весь день я готовилась к огненной буре. Если реакция будет такой же, как у моих родителей, я столкнусь с недовольством и неодобрением. Мы с Ло не женаты. Всего несколько месяцев назад у него случился рецидив. Мы не такая яркая пара, как Роуз и Коннор.

Но, думаю, я готова вынести приговор. Я уже столько всего пережила, что не вижу будущего, в котором насмешки будут разрывать меня на части.

Единственная загвоздка в заявлении Коннора — это начало: Это то, что касается вас четверых. Если речь идет о моей беременности, то почему это касается и Райка с Дэйзи?

— Я не понимаю, — первым говорит Ло, его голос полон раздражения. Как будто весь мир вцепился в него когтями, прежде чем он успел поднять защиту.

— Я разговаривал с одним человеком, который у меня есть в GBA News, — говорит Коннор. Он коллекционирует множество людей, поэтому неудивительно, что он знает кого-то изнутри. — У них есть эксклюзивные права на распространение информации о беременности Лили. Я позвонил ему, чтобы узнать, какой будет обратная реакция. Хотел подготовить вас двоих.

Его глаза перебегают с Ло на меня.

Так что, возможно, у нас есть время надеть доспехи.

— То, что он мне сказал, — продолжает Коннор, — было тем, чего я не ожидал.

Я жду, что кто-нибудь отпустит шутку о том, что Коннор не знает всего на свете, но Райк и Ло хранят устрашающее молчание, и их молчание только усугубляет ситуацию.

— Он сказал, что люди будут спорить, действительно ли ребенок принадлежит Лорену. Или это ребенок Райка.

Его заявление произвело неизгладимое впечатление на присутствующих. Никто не упоминает о тесте на отцовство. Что, если я сделаю его, спор будет исчерпан. Дело не в этом.

Дело в том, что это неправильно. Что я наконец-то переступила слухи об отношениях втроем. Наконец-то сдвинулась с мертвой точки.

Это то, что касается вас четверых.

Райк что-то шепчет Дэйзи на ухо, его глаза выражают беспокойство. Она смотрит куда-то вдаль, на ковер, и качает головой.

— Мы справимся вместе, — говорит она себе под нос.

Мышцы на его челюсти напрягаются, и он поднимается на ноги.

— Можно мы удалимся на десять минут, чтобы поговорить об этом наедине? — спрашивает Райк. — Это очень важно.

Я боюсь встретиться взглядом с Ло или даже пошевелиться. Моя младшая сестра встречается с Райком, и теперь люди поверят, что я вынашиваю его ребенка. Сколько раз моя зависимость причинит ей боль?

Роуз встает.

— Наверное, это хорошая идея.

В мгновение ока Райк хватает Дэйзи за руку, и они удаляются в их комнату. А Коннор с Роуз выходят на кухню, оставляя нас наедине.

Мне хочется верить, что эти слухи не отличаются от других. Но на самом деле они могут задеть и Райка, и Ло больше, чем другие. Они могут повлиять на всех нас по-новому, бросить нам новый вызов.

— Лил... — его голос не такой резкий, как я предсказывала. Глубоко вздохнув, он говорит: — Посмотри на меня.

Я поворачиваю голову и смотрю на него снизу вверх. Я вижу черты его лица, морщины на лбу, проблеск боли, но все не так мрачно, как могло бы быть.

— Правильно ли это — быть здесь? — спрашиваю я его. Я не хочу причинять Дэйзи новые страдания, и если мы отдалимся от них, то, возможно...

— Если я чему-то и научился за последние два года, — говорит Ло, — так это тому, что нас должны окружать люди, которых мы любим. И, честно говоря, сомневаюсь, что они позволили бы нам поступить иначе.