Профессионал

В общем, мои эмоциональные отношения с Севастьяном не развивались и явно приближались к сексуальному разочарованию. Два больших препятствия...

Теперь, когда в отдалении поблёскивали парижские огни, он развернул меня в своих объятьях.

О чём ты думаешь?

О дороге сюда. О журнале.

Разжав объятья, он отпустил меня, облокотившись о перила.

Я не собираюсь это обсуждать.

Раздражённая и разочарованная, я прищурилась. Но вспомнив его побелевшие костяшки в ответ на мой выбор чтива, я поняла, что могу одержать верх.

Конечно, придётся за это заплатить. Готова ли я вступить с этим мужчиной в БДСМ-отношения? Часть меня этого желала хотя бы потому, что это будет означать хоть какую-то определённость.

Но сейчас всё повисло в воздухе, безо всякой стабильности. А я поняла, что люблю стабильность. Было здорово прожить всё детство на одной ферме с простыми и понятными родителями. Было здорово учиться в одной школе.

Конечно, у Севастьяна, учитывая его тяжёлое детство, мнение могло быть иным. Но мне хотелось большего...

Выбери другую тему, Натали, или мы вообще прекратим разговор.

Ладно. Поговорим о другом. Например, как ты заработал столько денег?
– Я и не подозревала, насколько он богат, хотя это неудивительно, учитывая, что он сам был вором в законе. Я поняла, что в Берёзке он жил по собственному выбору, чтобы находиться рядом с Паханом. Эта мысль запала мне в сердце.

Я... дрался.
– Он замолчал. Наверное, понял, что должен ещё что-то добавить, поэтому заговорил вновь.
– Начав подростком, и потом где-то до тридцати лет я принимал участие в подпольных боях. Это было очень прибыльно.

Думаю, ты часто выигрывал.

Не проиграл ни одного боя, - вместо гордости в его голосе звучало почти... сожаление. Он добавил чуть тише, - я идеально создан для боя, так было всегда.

Каким образом?
– Необычная прочность костей? Высокий болевой порог? Я вспомнила, Пахан говорил, что не видел никого, кто дрался бы так, как Севастьян, которому в тот момент было тринадцать лет.

Проигнорировав мой вопрос, Севастьян продолжал:

Несколько лет назад я понял, что не смогу драться вечно. У меня возникла мысль, как зарабатывать деньги, и я пришёл с этим к Пахану. Он убедил меня построить всю схему на собственные сбережения.

Какую схему?

Контрабанда дешёвой водки.

Разве Россия - не родина дешёвой водки?

Гораздо дешевле покупать водку в Штатах, но наши пошлины делают импорт невыгодным. Так что я придумал, как обмануть таможню.

Как?
– зачарованно спросила я.

Я подкрашивал её голубым пищевым красителем. Потом мы маркировали цистерны "жидкость для стеклоомывателя". Когда товар прибывал в Россию, мы избавлялись от красителя.

Я улыбнулась.

Это гениально.

Он пожал плечами, но было видно, что ему приятна моя похвала.

Это принесло миллионы, и приносит до сих пор, - вновь без капли гордости констатировал он. Потом выдохнул, устремив взгляд в никуда.
– Я поставлял в страну дешёвый алкоголь. Какая ирония.

Почему ирония?

Хватит вопросов, - он вновь посмотрел на меня.

Я склонила голову на бок. Маленькая победа - за один раз он рассказал о себе больше, чем за всё предыдущее время. Не пора ли снять его с крючка?

Я уже решила, что так и сделаю, когда в его глазах зажёгся этот страстный взгляд, взгляд, который я узнавала и принимала, затаив дыхание.

Хочу тебе кое-что показать.
– Он повёл меня вверх по лестнице, потом по коридору в богато обставленную спальню.

Внутри уже стояли наши сумки.

Это наша комната?
– Останавливаться в отелях с попутчиком - это одно. Но сейчас меня вдруг осенило, что я буду жить с мужчиной.

В его доме.

Тебе не нравится?

Комната была выполнена в приглушённых тонах - кремовых и тёмно-синих. Массивная кровать была покрыта роскошной, но очень изящной тканью, обои на стенах тоже были подобраны со вкусом.

Предметы мебели представляли собой взаимодополняющее сочетание мужественности и женственности. Изящный туалетный столик служил для хранения косметики и драгоценностей (которых у меня больше не было), рядом находилась антикварная кожаная кушетка, которая выглядела так, словно её украли из спальни какого-нибудь герцога. Но всё вместе прекрасно сочеталось.

Разве что-нибудь здесь может не нравиться? Ты это мне хотел показать?

Он покачал головой, и повёл меня сквозь массивную дверь в примыкающий кабинет. Внутри располагались стол, раскладушка, шкаф и несколько мониторов, воспроизводящих потоковое видео.

Это комната-убежище?

Точно.

На мониторах отображались все помещения дома.

Здесь всё просматривается?

Ещё одна скрытая камера расположена снаружи.
– Она показывала идущих по улице парижан, большинство из них смотрели прямо в скрытый объектив.
– Информацию с любой камеры я могу просматривать на своём телефоне.
– Севастьян достал мобильник, запустил приложение и показал мне.
– Так что, даже отлучившись, я смогу за тобой наблюдать.

Всегда за мной наблюдает.

А записи ведутся?
– невинно спросила я, но он понял направление моих мыслей.

Если пожелаем. Или ты можешь просматривать трансляцию.
– Он вернулся в спальню и взял дистанционный пульт. За сдвинувшейся в сторону панелью оказался огромный встроенный в стену телевизор.

Очередное нажатие кнопки, и на телевизоре появилось чёткое изображение всей спальни. Камера, наверное, была спрятана за лепниной на противоположной стене.

Он снял пиджак, затем сел на кровать, спиной к изголовью.

Разденься для меня.
– Щелчок кнопкой пульта, и экран разделился пополам, теперь он показывал одновременно и спальню, и улицу. Как будто незнакомые прохожие заглядывали прямо в комнату. Его взгляд потемнел, - Разденься для них.

О, игра началась. Это был первый отдалённый намёк на что-то необычное с тех пор, как мы занялись сексом.

Я расстегнула заколку, и волосы рассыпались по плечам; его взгляд, казалось, провожал каждый локон.

Я неторопливо расстегнула блузку; рукой он начал растирать выступающий из брюк огромный бугор.