Проверка

Вы не считаете, что причиной установления могла быть агрессивность чужаков Дайсона? — спросил Уилсон.

Это вполне вероятный повод, согласны, — ответил РИ. — Но почему по­добный барьер надо было устанавливать и вокруг Беты Дайсона?

Хороший вопрос, — признал Рафаэль Колумбия.

Я не знаю, — устало вздохнул Уилсон. — Но уверен в одном: чужаки Аль­фы Дайсона представляют для нас опасность.

Вероятно, — сказал Томпсон Бурнелли. — Но давайте посмотрим с другой стороны. Предположим, представители чужой расы увидели бы Землю в двад­цатом столетии, во время Второй мировой войны. Они наверняка пришли бы к заключению, что люди безнадежно жестоки. И почему же тогда нас не огра­дили подобным барьером, если причина его возникновения в агрессивности?

Мы переросли эту стадию, — сказала Элейн Дой. — Омоложение и меж­звездная экспансия кардинально изменили нашу психологию и культуру

Давайте не будем возобновлять этот спор, — вмешался Брюстер Кумар. — Нам повезло, вот и все.

Мы сами добились удачи, — возразила Элейн Дой. — Наша раса обладает гигантским потенциалом. Нельзя в этом себе отказывать.

Сейчас мы обсуждаем не нас, — сказал Найджел. — Мы собрались обсу­дить свои действия по отношению к толпе чужаков, обладающих колоссальным запасом ядерного оружия и желанием его применить.

Да, у них достаточно ядерных бомб и, несомненно, других видов самого изощренного вооружения, — сказал Рафаэль Колумбия. — Но у них нет сверх­световой скорости, а это дает нам предел безопасности в семьсот пятьдесят световых лет. Неплохое преимущество.

В пределах барьера сверхсветовая скорость им не была нужна, — ответил Уилсон. — Но с учетом уровня развития их технологий я не стал бы надеяться на удаленность наших миров.

А сколько им потребуется времени для достижения сверхсветовой ско­рости?

Все посмотрели на Найджела, а он пожал плечами.

Как сказал Уилсон, высокотехнологичная база у них имеется. Как только будет разработана базовая теория, появится и прототип гипердвигателя, а при наличии ресурсов проект может быть осуществлен в течение нескольких меся­цев. Ключевой вопрос в теоретических изысканиях.

Придется допустить, что с этим они справятся, — сказала Элейн Дой. — Они видели «Второй шанс» в действии, и у них остались Боуз и Вербеке.

До этого не дойдет, они прибегнут к самоубийству, ведь они понимают, что стоит на кону, — возразил Рафаэль Колумбия.

Уилсон смущенно кашлянул. Все немедленно повернулись в его сторону. Эти люди достаточно долго играли в подобные игры, чтобы издали чуять пло­хие известия.

Вставка для осуществления этой функции имелась у всех членов экипа­жа, включая меня самого, — заговорил Уилсон. — Тем не менее было бы логич­но предположить, что Боуз и Вербеке сначала оценили бы ситуацию. Если произойдет первоначальный ненасильственный контакт с чужаками, они по­пытаются общаться с ними и установить взаимопонимание. И только в случае безнадежной неудачи они инициируют полное уничтожение вставок памяти и самоубийство.

Но ведь они сделают это? — спросила Элейн Дой, словно подталкивая его к положительному ответу. — Я хотела сказать — им ведь известно, что в Со­дружестве их ждет оживление. Они потеряют один день, не больше того. К тому же это не самый радостный день.

Я твердо убежден, что Эммануэль Вербеке поступит правильно, — сказал Уилсон. — Но что касается Боуза — дай бог, чтобы я ошибался, — здесь могут быть проблемы.

Что вы подразумеваете под проблемами? — поинтересовался Томпсон Бурнелли.

Уилсон пристально взглянул в лицо сенатора.

Его обучение и тренировки не были такими насыщенными, как у осталь­ных членов команды. После набора команды он некоторое время провел в омо­лаживающем резервуаре, чтобы уменьшить физический возраст. Остававшееся до старта время было ограничено.

Тогда какого черта вы взяли его на борт?

Политическая целесообразность, — вмешался Найджел. — Та же самая причина, по которой был допущен к полету ваш кандидат Танде Саттон.

Томпсон нацелил на него вытянутый указательный палец.

Танде прошел все этапы тестирования.

Да, конечно. А если бы его вместе с другими кандидатами, имеющими отношение к Великим Семействам, забраковали на последней стадии отбора, вы бы первым подняли шум.

Может быть. Но Танде, по крайней мере, был достаточно тренированным в отличие от этого Боуза. Чем, черт побери, вы здесь занимаетесь?

Единственной настоящей проблемой.

Святый Боже!

Томпсон уселся на свое место, с отвращением поглядывая то на Уилсона, то на Найджела.

Ладно, ладно, — снова заговорила Элейн Дой. — Рассмотрим самый худ­ший вариант: чужаки Дайсона получили исчерпывающую информацию о людях, в состоянии построить сверхсветовой корабль и знают, где мы находимся. Что мы в таком случае можем предпринять?

То же, что и в прошлый раз, — сказал Уилсон. — Организовать миссию для выяснения, что там происходит.

Причем такую, которая сможет добиться большего успеха, — проворчал Криспин Голдрич.

Верно, — согласился Найджел. — «Второй шанс» был послан в полную неизвестность. Мы должны построить корабль, который будет готов к любым неожиданностям, настоящее исследовательское судно. На этот раз миссия будет строго ограниченной, и корабли, возможно, должны быть меньше, а потому не­много дешевле.

Почему не один корабль, а несколько? — спросила Элейн Дой.

Чтобы при попытке одного корабля установить контакт, другие имели возможность оставаться в стороне и наблюдать, а в случае его гибели — сохра­нить информацию, - пояснил Уилсон.
– К этому времени чужаки будут знать, кто мы такие и, возможно, что не мы установили барьер. Они наверняка поймут, что мы не представляем для них угрозы. В таком случае их реакция будет иметь решающее значение.

Не нравится мне все это, — буркнул Рафаэль Колумбия.

Я не настаиваю на своей кандидатуре, — добавил Уилсон. — Но это не­обходимо сделать, и сделать надлежащим образом.

Что вы хотите этим доказать? — негромко спросил Томпсон Бурнелли.

Но Уилсон предпочел ему не отвечать.

Как я понимаю, проекты кораблей уже готовы? — спросила Элейн Дой.

Да, конечно, — ответил Найджел. — Как только проект «Второго шанса» был закончен, я заказал предварительную разработку исследовательского кос­мического корабля меньших размеров. Его специфика — высокая скорость и относительная простота конструкции. Опыт постройки «Второго шанса» по­зволил модифицировать последующие версии, и теперь можно достичь еще большей скорости. Поэтому вариант жилого отсека в виде кольца был отвергнут, и экипажу придется осуществлять полет в условиях невесомости. Функции реактивного двигателя также были минимизированы и ограничены простейшим маневрированием, таким образом отпала необходимость в большей части вспо­могательного оборудования. Впрочем, предусмотрено значительное вооружение. Корабли смогут не только спасаться бегством, но и стрелять.