Прыжок леопарда 2

Пришлось ухватить его за рукав. Нарвавшись на силу, клерк уточнил:

– Налево второй кабинет.

Векшин подумал-подумал... и взял с собой чемодан. Так и вломился в дверь, услышав вежливое "войдите" и сразу же взял быка за рога:

– У вас, говорят, сдаются две комнаты?

Мсье Шометт пил кофе со сливками. Первым делом он уронил чашку, потом ошарашено приподнялся и с минуту рассматривал странного посетителя: если это квартиросъемщик, то причем тут его кафе, а если пароль - к чему чемодан? Мужчина вроде бы трезв, на сумасшедшего не похож...

– Видите ли, - осторожно ответил он, все еще не придя к однозначному выводу, - у вас устаревшие сведения. Был у нас небольшой пансион, но сейчас эти комнаты готовят к ремонту. Так что простите...

– Очень жаль, - огорчился Векшин, - надо же, как не вовремя! А я на вас очень рассчитывал. Тогда подскажите, где в этом районе можно остановиться буквально на пару суток? Я в Париже проездом и хотел бы взглянуть на него поближе.

– Присаживайтесь, - разрешил хозяин кафе: все нюансы пока совпадали, - не желаете кофе? У вас прекрасный ровный загар. Не зря говорят, что на юге сейчас настоящее пекло...

– Спасибо, не откажусь, - улыбнулся Евгений Иванович.
– Как говорил один очень стеснительный вурдалак, я бы выпил немножко красного, да все попросить стесняюсь.

Мсье Шометт ответил взрывами хохота:

– Вы сами придумали, или это цитата из комикса?

– Это черный английский юмор. Я, кстати, отдыхал на Мадейре. Там сейчас не особенно жарко, все-таки остров. А сюда - проездом из Лондона. Очень удобно: паромом через Ла-Манш.

– Никогда не бывал в Англии. Знаете, морская болезнь... она как будто придумана для меня. Но все говорят, что Лондон тоже очень красив, особенно летом, когда еще нет туманов. Я болен этой страной с волшебной руки Конан Дойла. Сколько раз представлял себя в знаменитой квартире на Бейкер-стрит, у пылающего камина. Глянешь в окно, а там...

Пустых причалов тишина, Волна медлительна и пенна, Темнеет Темза постепенно, Прохладой дышит океан. Плывет над башнею Биг-Бена, Над куполами храмов Рена Холодный лондонский туман...

Надо же, он еще и любитель поэзии!
– усмехнулся Евгений Иванович.
– Не слишком ли много достоинств у простого шпиона? Ладно, сделаю вид, что все понимаю буквально.

– Да, Лондон это творение Кристофера Рена, - сказал он, кивнув головой, - воплощение замысла одного гениального зодчего. Англичане люди упрямые, но даже они это признали. На его надгробной плите имеется эпитафия: "Если хочешь увидеть памятник, посмотри кругом". Лондон, безусловно красив, но по сравнению с вашей столицей это серенький, грустный, провинциальный городок.

– О да!
– воскликнул мсье Шометт с очень большим воодушевлением, - в Париже каждая улица прелестна по-своему, и все они дышат историей!

Кофе хозяин кафе готовил исключительно сам, по собственному рецепту, основным компонентом которого были крупицы обычной морской соли. Он лично перебирал и обжаривал зерна, закладывал их в кофемолку, а потом колдовал над жаровней с раскаленным песком.

– Ваш багаж просто ввел меня в заблуждение!
– говорил он, захлебываясь от смеха.
– Вам со сливками или мороженным? Нет, это ж надо додуматься?! Как говорили в Советском Союзе, "социалистический реализм"!

– Вы будете смеяться еще громче, - невозмутимо заметил Евгений Иванович, - но это мои чемодан.

– О-ля-ля! Вам действительно негде остановиться?

– всполошился радушный хозяин.
– Сейчас же распоряжусь...

– Не беспокойтесь, - Векшин прервал его отрицающим жестом, - в спальном месте я не нуждаюсь. Просто хотел бы закончить кое-какие дела, а этот багаж держат меня на привязи, лишает мобильности. До сих пор не могу разобраться: то ли он при мне, то ли я при нем.

Француз облегченно вздохнул и снова захохотал.

– Это мелочи, - вымолвил он, насмеявшись.
– Высказывайте свои пожелания: как всем этим удобней для вас распорядиться?

– Переправьте, если не трудно, куда-нибудь ближе к России: в Турцию, Югославию...

– Украина устроит?

– Более чем.

– Вот и отлично. Я вам сейчас напишу адресок в Киеве. Там вы найдете все свои вещи в целости и сохранности уже послезавтра. И позвольте еще попутный вопрос?

Векшин кивнул.

– Подробный отчет по запросу из центра я давно подготовил, но он до сих пор не востребован. В России такой бардак! Я, честно сказать, удивляюсь, что деньги оттуда приходят более-менее регулярно.

Резидент Векшину нравился своим шармом, непредсказуемой нестандартностью. Было ему чуть больше пятидесяти -круглолицый, смешливый толстяк, любитель красивых женщин и скабрезных анекдотов. Что самое интересное, внешне он не был похож на француза. Усы бы ему, осэлэдэць - и вот вам гремучая смесь из Тараса Бульбы и Козака Мамая. Кажется, бросит он телефонную трубку, достанет из-под стола заветную четверть, саданет добрую чарку горилки, тай затягмэ: "Дывлюсь я на нэбо, тай думку гадаю..." Кто вы, мсье Шометт, можно ли вам стопроцентно довериться?

Векшин раскрыл толстую папку. Сорок страниц текста, вырезки из газет, несколько фотографий...

– Там все о Морском Черте, - пояснил хозяин кафе.

– Простите, о ком?
– старый разведчик вздрогнул, чуть не схватился за сердце.

– Был, знаете, странный случай в Бискайском заливе, на выходе из Гибралтара. Два быстроходных катера взяли на абордаж советское судно. Несколько человек погибло, двое сошли с ума, остальные в панике отступили. Один из выживших до сих пор утверждает, что видел Морского Черта. Но только я думаю, все дело в каком-то секретном оружии...

– Я вспомнил, - Евгений Иванович взял себя в руки, - спасибо за информацию, вы хорошо поработали. Но больше всего в настоящий момент меня беспокоит такси: машина стоит в двух кварталах отсюда, на платной автостоянке.

– Это Центр международных конференций, - уточнил мсье Шометт.
– Там было когда-то подписано соглашение по Вьетнаму.

– Может быть. Но машина с утра в угоне и я не хочу, чтобы поиски злоумышленника начались именно в этом районе.

– Сделаем. Это все?

– Нет. Еще мне нужна машина. "Ягуар" или "БМВ", - сухо сказал Векшин, выкладывая на стол пачку денег в банковской упаковке. Подумав, добавил еще одну.
– А это - за беспокойство и, скажем так, на непредвиденные расходы.

– Все ясно, - грустно откликнулся мсье Шометт, - вы мне не доверяете...

На улице шел слепой дождь. Смехом сквозь слезы, из-за крохотной тучки светило щербатое солнце. Хлипкие потоки воды преломлялись в его лучах, обретая холодный отблеск благородного серебра. Беспечные парижане и гости французской столицы плотной рекой струились по тротуару. Векшин вклинился в этот поток. Он понес его в заданном направлении.