Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

– Что с тобой? Что с тобой?

Долго еще, собравшись вместе, мы прислушивались к этим стонам, повернувшись в ту сторону, откуда они исходили, но не могли разгадать их причину. Это пальма маканилья, тонкая, как кисть художника, плакала в сумерках, покорная ветру.

Неделю спустя мы заметили вдали ранчо Мапорита. Заводь близ корралей 3 [3 Корраль -загон для скота.] золотилась на солнце. Огромные псы выбежали нам навстречу с громким лаем и разогнали наших лошадей. У передних ворот, где сушился на солнце красный байетон 4, [4 Байетон - род плаща или бурки из шерстяной ткани с большим ворсом.]

дон Рафо, поднявшись на стременах, крикнул:

– Хвала господу!

– ...и его пресвятой матери!
– ответил женский голос.

– Велите кому-нибудь отогнать собак!

– Сейчас.

– А где нинья Грисельда?

– На реке.

Мы с удовольствием оглядывали чистенький двор, усаженный бальзамином, бессмертниками, табаком, маками и другими цветами. В саду манили в тень бананы, шурша резными листьями из-за бамбукового палисадника, окружавшего дом, на коньке которого распустил свой яркий хвост павлин.

Наконец, в дверях кухни, вытирая руки о подол нижней юбки, показалась старая мулатка.

– Киш вы!
– крикнула она, швыряя скорлупой в копошившихся на грядках кур.Проходите, нинья Грисельда ушла купаться. Собак не бойтесь, они не кусаются.

И она занялась своими делами.

Мы расположились в служившей залой комнате, обстановку которой составляли два гамака, раскладной столик, две скамейки, три сундука и швейная машина "Зингер". Алисия, тяжело дыша, присела отдохнуть на гамак. Вошла Грисельда, босая, с купальным костюмом на плече, с гребенкой в волосах и мылом в тазике из выдолбленной тыквы.

– Простите, пожалуйста, - сказали мы ей.

– Ранчо и его хозяйка всегда к вашим услугам. А! И дон Рафаэль здесь! Зачем пожаловали?

И, выйдя во двор, она фамильярно пожурила его:

– Беспамятный, опять забыли журнал? Я на вас зла, как ягуар. Не перечьте мне, а то поссоримся.

Это была смуглая крепкая женщина среднего роста, с круглым лицом и приятными глазами. Она смеялась, показывая широкие белые зубы, и ловким движением руки выжимала воду из волос на расстегнутый корсаж платья. Вернувшись к нам, она спросила:

– Вам еще не подали кофе?

– Пожалуйста, не хлопочите...

– Тьяна, Бастьяна, что же ты?..

И, сев на гамак рядом с Алисией, Грисельда принялась расспрашивать, настоящие ли бриллианты в ее серьгах и нет ли у нее других для продажи.

– Если они вам нравятся, сеньора...

– Я за них дам эту машину.

– Вечная любительница меняться,-любезно произнес дон Рафо.

– Нет! Просто мы все распродаем потому, что уезжаем отсюда.

И с жаром Грисельда принялась рассказывать, что приехал некий Баррера и вербует людей на каучуковые разработки на реке Вичаде.

– Вот случай поправить наши дела: там дают еду и пять песо 1 [1 Песо колумбийская денежная единица.] в день. Я так и сказала Франко.

– А кто такой этот Баррера?
– спросил дон Рафо.

– Нарсисо Баррера, вербовщик, он привез товары и моррокоты 2, [2 Моррокота - золотая монета, разная по стоимости двадцати долларам.] чтобы раздавать их и угощать.

– И вы верите в эту аферу?

– Молчали бы уж, дон Рафо! И не вздумайте отговаривать Фиделя. Ему предлагают верные деньги, а он не решается бросить усадьбу.

Он больше любит коров, чем жену! А кроме того, мы обвенчаемся в Порэ, потому что до сих пор жили по-граждански.

Алисия бросила на меня косой взгляд и улыбнулась.

– Этот переезд может принести убытки, нинья Грисельда.

– Дон Рафо, кто не рискует, тот всегда в проигрыше. Скажите сами, разве не стоит завербоваться, когда все у нас об этом только и говорят? В Ато Гранде, усадьбе Субьеты, почти никого не осталось. Старик Субьета еле упросил вакеро помочь ему загнать стада. Люди не хотят ничего делать. А по ночам пляшут хоропо!..3 [3 Хоропо - местный танец.] Нет, вы подумайте: среди них Кларита... Я запретила Фиделю оставаться там, а он не слушается. С понедельника уехал. Завтра ждем его.

– Вы говорите, Баррера привез много товаров? И дешево продает?

– Да, дон Рафо. Вам не стоит даже развязывать тюки. Все уже накупили всякой всячины. А почему вы не привезли мне модных журналов? Они мне так нужны. Я хочу одеваться по последней моде.

– Вот, привез один.

– Ну, спасибо!

Старая Себастьяна, седая, со сморщенным, точно винная ягода, лицом, дрожащими руками протянула нам несколько чашек горького кофе, которого не могли заставить себя выпить ни Алисия, ни я; дон Рафо пил его с блюдечка. Грисельда поспешила принести темную патоку в кувшине и предложила нам подсластить кофе.

– Спасибо, сеньора.

– А эта красавица - ваша жена? Вы - зять дона Рафо?

– Не зять, а ближе зятя.

– А вы тоже из Толимы?

– Я из департамента Толима; Алисия - из Боготы.

– Она словно на танцы вырядилась! Какая модница! Что за ботинки! А платье какое хорошенькое! Вы его сами скроили?

– Нет, сеньора. Но я кое-что понимаю в шитье. Я три года училась этому в школе.

– Вы научите меня? Правда, научите? Я для этого и купила машину. Посмотрите, какие у меня шикарные отрезы. Мне их подарил Баррера, когда приезжал к нам. Тьяне он тоже подарил материю. Где она у тебя, Тьяна?

– Убрала к себе. Сейчас принесу.

И старуха вышла.

Грисельда, в восторге оттого, что Алисия согласилась обучить ее шитью, сняла с пояса ключи и, открыв сундук, показала нам яркие ткани.

– Да это же обыкновенный сатин!

– Что вы, дон Рафо, - это чистый шелк. Баррера щедрый. А вот, смотрите, виды фабрик на Вичаде, куда он нас собирается взять. Скажите по совести, разве это не великолепные здания, разве это не шикарные фотографии? Баррера их повсюду раздавал. Смотрите, сколько я их наклеила в сундуке.

Это были цветные открытки с изображением двухэтажных зданий, расположенных на высоком берегу реки; на верандах домов стояли люди; в небольшой гавани дымили паровые катера.

– Там живет больше тысячи человек народу, и все зарабатывают по фунту в день. Я буду вести хозяйство в бараках. Подумайте, какие деньги я сразу загребу! Да сколько еще Фидель заработает! Смотрите - вот это каучуковые леса. Баррера правильно говорит: больше такого случая не представится.

– Жалко, я стара стала, а то бы и я поехала с сынком, - сказала старуха, снова появляясь на пороге.
– Вот материя, - прибавила она, развертывая красную бумажную ткань.

Поделиться с друзьями: