Пучина
Шрифт:
– Ты в ней будешь похожа на горящую головешку.
– Подумаешь, - ответила старуха, - хуже, когда человек ни на что не похож.
– Поди, - приказала ей Грисельда, - достань дону Рафо спелых бананов для лошадей. Но сначала скажи Мигелю, чтобы перестал валяться в гамаке, потому что лихорадка у него все равно от этого не пройдет. Пусть вычерпает воду из лодки и осмотрит крючки, не объели ли карибе 1 [1 Карибе - мелкая хищная рыбешка.] наживу. Может, попался багре 2. [2 Багре - большая рыба без чешуи, около метра в длину.] И дай нам чего-нибудь закусить, гости приехали издалека. Пойдемте сюда, нинья Алисия,
И, остановившись передо мной, она прибавила с плутовским вызовом:
– Я увожу ее. Вы уже спите врозь?
Мне было очень жаль дона Рафаэля, потерпевшего неудачу в торговле. Грисельда была права: все уже запаслись товарами.
Но все же два дня спустя из усадьбы Ато Гранде приехали несколько бледных, тощих людей на взмокших конях, провалившиеся бока которых были прикрыты байетонами. Люди кричали с другого берега, чтобы мы подали лодку, и, решив, что их не слышат, дали залп из винчестеров. Никто не отозвался. Тогда, не спешиваясь, они пустили коней вплавь и переплыли реку, держа на голове свернутые байетоны.
Всадники подъехали к воротам ранчо. На них были холщовые штаны, рубашки навыпуск и широкополые коричневые шляпы. Большими пальцами босых ног они упирались в стремена.
– Добрый день...
– устало произнесли они. Лай собак заглушал их голоса.
– Вы чуть нас не убили, такую подняли стрельбу!
– вскричала Грисельда.
– Нам лодку...
– Еще лодку вам! Здесь не перевоз!..
– Мы приехали посмотреть товар...
– Проходите, только оставьте своих кляч здесь. Приезжие спешились и теми же веревками, которые служили уздечками, привязали лошадей к саману 3 [3 Саман - тропическое хвойное дерево.] у ворот и вошли во двор с плащами через плечо. С небрежным видом они присели вокруг кожи; на которой дон Рафо разложил товары.
– Посмотрите диагональ экстра; вот патентованные ножи; обратите внимание на кожаный пояс с кобурой для револьвера - все высшего качества.
– Хина есть?
– Самая лучшая, и порошки от жара.
– Почем нитки?
– Десять сентаво 4 [4 Сентаво - мелкая монета, сотая часть песо.] за моток.
– По пять сентаво отдадите?
– Берите за девять.
Они все потрогали, пощупали, прикинули, не произнося почти ни слова. Чтобы узнать, не линяет ли материя, они смачивали пальцы слюной и мяли ткань. Дон Рафаэль с метром в руках все им показывал, без умолку расхваливая каждую вещь. Но им ничего не нравилось.
– Отдадите за двадцать реалов эту наваху?
– Берите.
– Я за пуговицы не дам дороже, чем сказал.
– Держите.
– Только чур, впридачу иглу, чтоб было чем пришивать.
– Получайте.
Так они купили разных пустяков на два-три песо. Человек с карабином, развязав уголок платка, достал золотую монету:
– Плачу за всех! Вот вам двадцать долларов. И он звякнул моррокотой о ствол винчестера.
– Сдача найдется?
– Почему не берете остальное?
– При такой цене пришлось бы отдать и винчестер в придачу. Приезжайте к Субьете, увидите, сколько вещей нам подарили.
– Тогда отправляйтесь с богом!
Вакеро вскочили на лошадей.
– Эй, хозяин!
– крикнул, возвращаясь, самый подозрительный из них. Баррера послал нас отнять у тебя товары,
– А за что же отнять?
– спросил дон Рафо.
– За конкуренцию!
– Ты думаешь, несчастный, что за этого старика некому заступиться? воскликнул я, хватаясь за нож.
Женщины громко закричали.
– Смотри, - показал всадник на свою голову.
– Выше шляпы надо мной никого нет. Как земля ни велика, она всегда останется у меня под ногами. Я с вами не связываюсь. А если угодно - и на вас управа найдется.
Пришпорив жеребца, он бросил мне в лицо купленные вещи и ускакал с товарищами в степь.
Этим вечером, около десяти часов, вернулся домой Франко. Лодка бесшумно скользила по глубокой реке, но псы почуяли ее, и в доме поднялась суматоха.
– Это Фидель, это Фидель, - говорила Грисельда, натыкаясь на наши гамаки. Она вышла во двор в одной рубашке, закутавшись с головой в темную шаль; дон Рафаэль следовал за ней.
Алисия тревожно окликнула меня в потемках из соседней комнаты:
– Артуро, слышишь? Кто-то приехал!
– Да, но ты не беспокойся, лежи. Это хозяин. Во фланелевой рубашке и с непокрытой головой я вышел во двор. Под бананами с зажженным факелом прошла группа людей. Послышался звон цепи причалившей лодки, из которой выскочили два вооруженных человека.
– Что здесь случилось?
– сказал один из них, обнимая Грисельду.
– Ничего, ничего! Почему ты вернулся в такое время?
– Кто остановился у нас?
– Дон Рафаэль и его знакомые: мужчина и женщина.
Франко и дон Рафо дружески обнялись и вместе с другими вошли в кухню.
– Я очень беспокоился: сегодня вечером я вернулся в Ато Гранде со стадом и узнал, что Баррера посылал сюда людей. Мне не дали уехать на лошади, но, как только началась попойка, я взял лодку и - был таков. Зачем приезжали эти разбойники?
– Отнять у меня галантерею,- скромно ответил дои Рафо.
– И чем кончилось дело, Грисельда?
– Ничем, но могла завязаться драка, потому что приезжий полез на них с ножом. Ужас! Мы так кричали!.. Проходи в дом, - прибавила хозяйка, бледная, дрожащая,- и пока согреют кофе, вынеси свой гамак на террасу: в комнате со мной спит сеньора.
– Ничего не придумывайте, мы с Алисией уйдем под навес,- произнес я, выходя на террасу.
– Вы здесь не хозяин, - ответила Грисельда, - Познакомьтесь, это мой муж.
– Ваш покорный слуга, - отвечал тот, обнимая меня.
– Можете на меня положиться. Для меня достаточно, что вы друг дона Рафаэля.
– А если бы ты видел, с какой он женщиной приехал! Румяная, как мерей! 1 [1 Мерей -тропический грушевидный плод.] А руки - только шелк кроить. Она научит меня всем модам.
– Можете распоряжаться вашими новыми слугами, - повторил Франко.
Он был худ и бледен, среднего роста, немного выше меня. Его фамилия соответствовала его характеру 2; [2 Франко - по-испански откровенный.] лицо и слова его были, впрочем, не так красноречивы, как сердце. Благородные черты лица, правильное произношение и манера подавать руку указывали на хорошее воспитание и обличали в нем человека, не выросшего в пампе, а пришедшего в нее.