Путь странника

Сказал ребенок, обращаясь к старшим

(Что он услышал, если вдруг спросил?):

"А там, внутри, Ему совсем не страшно?"

Триптих Архангелу Михаилу:

1 (мгновение перед битвой.)

Прекрасный ангел, утренней зарницей

Тебя Господь когда-то называл;

Но, как случилось, светлый мой Денница,

Что в одночасье ты пред Богом пал?

Ты был мне братом, как и те; из света

Нас сотворил когда-то Элохим.

Но - "кто как Бог?" - воззвал я и ответа

Не нужно мне! Перед лицом твоим,

Оплавленным проказою гордыни,

Стоял я с пламенеющим мечом -

Уже не будет ничего отныне,

Как прежде было! Больше ни о чем

Я не спрошу, отверженный Денница,

Тебя и тех, кто отошел от нас!

Как Божья благодать на вас дымиться,

Как Дух Господень выжигает вас!

Ужасна кара: огненное Слово

Преобразило - жуткая печать -

Весь облик ваш. Как длань Его сурова!

Все замерло... Лишь острие меча

Колышется едва передо мною,

И я - как песню - Господу пропел

Девиз мой древний, призывая к бою

Своих собратий светлых: "Ми ка эл!"

2 (битва кончилась)

Пеплом спадали с небес

Бывшие други

Вниз. Все вы теперь бесы,

Дьявола слуги.

Помните? Прежде, сыны

Светлые были...

Как же стремительно вниз

Вас уронили!

С горних, прекрасных высот -

В юдоль из праха;

Вниз - через весь небосвод -

Прямо с размаха

Падала бывшая треть

Ангелов бывших;

Как же ужасно смотреть:

Тыщи и тыщи...

Став там - горе, на карниз -

Птичьею стаей;

Вслед вам, заброшенным вниз,

Молча взираем.

В руке пламенеет меч,

Лики - суровы;

Из-за голов и плеч -

Очи Отцовы.

3(Михаил и Иисус)

Богу хвала вовек и Его Духу!

Как и сказал Господь: иди

Чрез Иордан - пройдешь, аки посуху.

Наконец, равнин посреди!

Позади - пустыни сорокалетье;

Иерихон перед нами.

Вышли мы из песков бывшие дети

Исхода и, точно знамя,

Завета ковчег несем пред собою.

Пусть сердце врагов слабеет!

Мы племя Божие - Он нам откроет

Города этого двери.

Крепкий Иерихон, в страхе закрытый,

Лагерем вокруг обойдет

Израиля стан голодный, ты - сытый;

Посмотрим, кто кого дожмет.

Вышел - взглянул - вижу: вот человече,

Взирает на город рядом

С холма; вечереет, в руке его меч

Блистает, и сам он - взглядом.

"Кто ты есть? Наш или от вражеской силы?"

"Нет, Иисус, нет. Я - Господня

Воинства вождь, архистратиг Михаил;

Вот, к тебе пришел сегодня.

C колен восстань, и обувь свою сними -

Свято место, где я стою.

Слушай, ты, и Божьему Слову внемли:

"Город сей - тебе отдаю!"

У Иавока.

В многоголосье блеющего стада

Пастух Иаков звездной ночью брел.

Большой Вселенной темная громада

Нависла хмуро, влажным оком вол

Водил испуганно, ягненок блеял;

Так много звезд, и тесно в темноте им.

Дары для брата, жен, своих сынов -

Всех перевел он через Иавок;

Хоть было время отдыха и снов.

Вот, он один и впереди - поток,

А времени так много до зари,

И в воздухе скользят нетопыри...

А эта встреча так неотвратима!

И мыслям - точно звездам - в голове

Так тесно, и уже Носящий имя

Чудное близко, а Иаков не

Ведает, что каждое мгновенье

Теперь влечет его к благословенью.

Иов - друзьям.

Пусть будет хлебом мне тоска,

Питьем - одно лишь горе;

Нуждою, вместо пояска

Я затянусь, но вторить

За вами не желаю я,

Что Бог меня покинул,

Мои презренные друзья,

Разящие и спину,

И грудь, и печень, и живот -

Всего, всего! Проказа,

Пусть заживо меня сожрет,

Но, ни единой фразы,

Я не желаю повторить

Из ваших словопрений:

Царю несчастному - цари

Лукавств и обольщений.

Чудо Георгия.

Конь боевой хрипит, дрожит, бьет копытом;

Чует сердцем своим: скоро будет битва!

Всадник крепко сидит в седле, сам - спокоен;

Знает, что битва будет, Георгий-воин.

Бронь на нем, меч и копье. Божьим знаменьем

Себя он покрыл и коня, Кто-то сенью

Его незримой накрыл - крепче кольчуги.

Станут враги здесь скоро: друг против друга!

Вон, наружу ползет тварь из водной глади,

Все убивает вокруг дыханьем смрадным...

Больше глядеть не будет злым своим оком!

Выдохнул - смрад, а вдохнул - копье глубоко.

Другое я. (жене)

Когда сомнений тихая змея,

Как в сад Эдема, внутрь меня вползает,

Отличье есть ли между "ты" и "я",

Или же нет? Порою я не знаю.

В дни ветхие, наш праотец Адам,

Восстав от сна, смотрел завороженный,

Как в зеркало, в нее, и видел там

Не отраженье, но - свою икону.

И Ева в его образе себя

Отчетливо и живо узнавала;