Rain

– Зачем ему кольцо? – подойдя к Тэхёну, спросила у него шёпотом, привстав на цыпочки. Тот мягко улыбнулся и снисходительно посмотрел на моё недоумение.

– Хуан, а для чего люди покупают обручальные кольца, не знаешь? – знаешь – не знаешь, а ответ хочется предельно точный.

– Для моей невесты, - раздалось позади вместо Тэхёна, и чонгуковская рука развернула меня к себе лицом. – Видишь, какой я хороший будущий семьянин? – как в подтверждении своей же гипотезы про то, что он такой-сякой хороший, выдал блондин, беря меня за запястье и придерживая пальцы, чтобы одевать кольца. – У неё пальцы чуть больше, поэтому будем мерять на средний и указательный.. – рассуждая сам с собой, не требуя чьих-то наставлений.

Пока Чонгук делал выбор между несколькими дорогущими кольцами (которые мне, кстати, не нравились своей броскостью), Тэхён попросил показать ему браслеты и, приобретая один из них, оплачивал покупку ещё раньше Чонгука.

– Какое по твоему мнению красивее, Хуан? – серьёзно спросил блондин, смотря на меня в упор, под взором которым внимательным я немного замялась. И усмехнулась данному каверзному вопросу, пользуясь случаем, вспомнить свой план, где должна померять свадебное платье, а сейчас в виде бонуса даже кольцо выбираю, и совершенно неважно что для какой-то другой незнакомой невесты, и совершенно неважно, что это немного грустно и расстраивает моё хорошее настроение – какая жалость, действительно. За витриной такой прекрасный дождь, а мне приходится уподобляться грусти.. и всё почему?

«-Никакое, Чонгук» - Первое, - мне, стало быть, по правде пора учиться, выбирать первое, что пришло в голову, а не послушно выполнять выпрошенные указы, словно у меня нет собственного выбора на ту или иную ситуацию. Словно я не могу повернуть корабль против течения и изменить ход событий так, как по душе мне самой, без всяких указов.

Чонгук согласно мотнул и тепло добавил «мне тоже», попросил вложить в коробочку и оплатил по карточке данное украшение.

– По какому празднику такая тщательность? – басовито спросил Тэхён у своего друга, сузив глаза.

– Тот же самый вопрос и тебе. – Я отмахнулась от двух мужчин, и отошла от витрины с кольцами. Пусть говорят себе сколько хотят всякую ересь непонятную, мне и ненужно всего знать, чтобы быть в курсе событий. Мне вообще, по сути, не надо ничего о них знать, чтобы ещё ненароком привязаться и страдать последние месяцы жизни, сокрушаясь тем, что умираю несчастной брошенной.

– Покажите мне, пожалуйста, подвеску в виде бабочки, - на просьбу поспешила уже другая девушка, до этого занятая другим покупателем и я тыкала пальцем по направлению своей вещицы. Она приветливо улыбалась и предлагала на выбор ещё три других, но я была уверена, что хочу приобрести именно бабочку, и ничего кроме неё. Я помню, как в детстве мы с Джи Хёком гонялись с самодельными отцовскими сачками, ловя бабочек и помещая их в стеклянные литровые банки, а потом отпускали их на волю – давали им шанс понять, что свободой нужно дорожить, и вовсе не имеет значение, что тогда мы были детьми и вероятно, побуждались, основываясь на других убеждениях.

– Хороший выбор, мисс. Вы знаете, что символизирует бабочка? – заворачивая подвеску, полюбопытствовала продавщица-консультант.

– Знаю, конечно, - я широко улыбнулась, беря в руки маленький пакетик с эмблемой ювелирной продукции магазина. Мне кажется, я была похожа на сумасшедшую бабу, потому как почувствовала прилив сил в организм и разом просветлела. Это был правильно заданный вопрос, такой ожидаемый мной с заранее заготовленным ответом. Здесь всё было так просто. – Это я. – Девушка выпучила глаза и сделала вид, что я выдала смешную шутку, однако нам обоим было не до смеха. А я говорила на полном серьёзе, зная заложенный смысл. Мой отец тоже любил бабочек. Он много рассказывал мне, например, о том, что..

Бабочка — символ души, бессмертия, возрождения и воскресения. Это души умерших, воспаривших в небеса.

«Чудо переходящих одно в другое состояний, глубоко трогало человека, стало для него подобием собственных душевных превращений, подарило ему надежду на то, что когда-нибудь он оторвется от земли и поднимется в озарённые светом сферы вечности.»

– Так ты у нас бабочка, Хуан? Какая приятная неожиданность. – Иронизировал Чонгук, заводя мотор и поглядывая в зеркало дальнего вида. – Не ночная же, конечно?

– Будешь много болтать, и я тебя убью.

– Как бабочка? – восторженно изумился блондин.

– Как самый настоящий человек.

Тэхён попросил остановиться у ещё одного места, но меня туда уже не взяли и не пригласили, и я сидела одна одинёшенька в чужой машине, которую как я узнала, парни тоже взяли напрокат, как это делал Чимин с Ёлем, катаясь на мотоциклах. Пока не было парней, я разглядывала местность, когда как увидела старушку, продававшую свои старые раритетные вещи под накрытым навесом торговых лавок. Меня интуитивно потянуло к ней, и, хлопнув дверью не закрытого автомобиля, я подошла к ней. Сразу моим вниманием завладел старенький полароид, лежащий среди кипы остальных предметов.

– Нравится? – спросила аджума, беря в руки фотоаппарат. – Я его тоже очень любила. На нём получаются самые красивые снимки. – Рассказывала она, любовно поглаживая по маленькому объективу.

– Действительно красивые? – важно было уточнить, ведь я как-никак хотела запечатлеть только самые лучшие кадры и оставить на чью-либо память или кануть в лета вместе с ними, что было бы забавно.

– Можешь не сомневаться. Возьми его. Я дарю. – Ни с того ни с сего начала старушка.

– Нет. Нет, я куплю. Вы ведь его продаёте, не так ли? – я постаралась быть вежливой, но аджума настояла на том, чтобы я приняла его просто так и взяла с меня обещание хранить его предельно аккуратно и бережно, так как делала она сама.

Быстренько вернувшись в машину немного продрогшая и с намокшими волосами и частично одеждой, я снова заулыбалась своей удачи. Теперь у меня имеется и фотоаппарат, что делает жизнь капельку счастливей, нежели без него. Первой фотографией я сделала вид из заплаканного окна на остров Донбэк, и, спрятав ещё не проявившуюся плёнку в карман, встретила севших парней равнодушным взглядом, словно и не бегала никуда в их отсутствие.

По прибытию обратно в отель, Чонгук с Тэхёном шли за мной по пятам, так как теперь мы знаем, что живём на одном этаже в соседних номерах. Точно также как и в лифте, Чонгук волоком запихнул меня в свою комнату вместе с брюнетом, совсем не сопротивляющимся, и закрыл дверь на замок. На все мои «но», «да» и «что за хрень», Чонгук сел на пол облокотившись об окно во всю стену, и коварно посмеивался, пока я как неприкаянная душа топталась у порога.

– Номер 126, третий этаж. Принесите нам глинтвейн, - позвонил Тэхён по внутренней связи отеля менеджерам по услугам посетителей, и уселся рядом с блондином.

– Время страшилок. Садись рядом, ничего мы тебе не сделаем, - похлопав по поверхности ковра, утвердительно заявил Чонгук. А я не такая дурында и сидеть на полу не буду. Неа.. Совсем нет.

С разбега плюхнувшись на чужую постель, я со всеми условиями комфорта облокотила подбородок о ладони, и взирала на сидящих бедных родственников, радуясь своей смекалке, и ни разу не наглости, как могло показаться. «Будете визжать как сучки» - подумала я про себя, злобно усмехаясь, кстати, припомнившимся страшилкам из детства, от которых у меня волосы дымом стояли, и спать не хотелось неделю в лучшем случае. Надо мной потом Хэсон постоянно смеялся, однако всё равно успокаивал и находился рядом. И плевать, что я до сих пор ненавижу страшные истории, в конце концов, поддержать тему было куда интересней, чем снова оставаться в своей комнате без какой-либо на то пошло компании. Особенно когда эта компания сама набивается на общение и вроде не посягает на личное пространство, и вроде я и не против скрасить вечер за разговорами, и вроде не боюсь. Уже, кажется ничего, но погрешность всегда имеется.

– Вредная какая.. – брюзжал брюнет, смотря искоса. А я от него рукой отмахивалась, мол, слышать ничего не желаю и не буду, не хочу.

Через минут пятнадцать в номер постучали, и я соскочила отворять ворота для заказанного напитка. Глинтвейн отлично согревал и был невероятно вкусным, поэтому Тэхёну даже руку захотелось пожать за сообразительность. Снова рассевшись по местам, первым энтузиазм проявил Чонгук, отчего-то поднимаясь с места и направляясь к креслу, где у него лежали свои привезённые вещи. И о боже, больше чем у меня в разы. Ну и кто тут девушка..