Расплата

Бородатый мужик недовольно посмотрел на Сергея.

– Чего стоишь? Залезай давай, коли голосовал. Я тут долго стоять не могу - ДПС оштрафует.

Сергей быстро влез в кабину и захлопнул за собой дверь.

– Вы в каком направлении едете?
– вежливо поинтересовался Анциферов.

– А тебе самому куда надо?
– спросил водила.

– Да если честно, я толком еще не решил, но хотел на Север сгонять, старого друга проведать, - ответил Сергей.

– Ну, тогда считай, парень, тебе крупно повезло: я еду в Архангельск, - сказал водила.

– И сколько мне будет стоить доехать с вами до Архангельска?
– уточнил Сергей.

Водила хитро прищурился.

– А сколько дашь? Сколько тебе не жалко дать честному дальнобойщику на бензин и на пивко?

– Могу предложить тысячу рублей, - сказал Анциферов.

– Да, скуповат ты, дядя, - укоризненно произнес водила, - добавь еще хотя бы рубликов пятьсот.

– Лады, - согласился Сергей.
– Мне вам сейчас заплатить или по приезде на место?

– Давай пятьсот сейчас, остальное потом, а то мне скоро заправляться надо будет, - сказал водила.

– Хорошо, как скажешь.
– Сергей протянул водиле пятисотрублевую купюру.

– Зовут-то тебя как, бородач?
– спросил водила, убирая деньги в бумажник.

– Меня звать Толей Первушиным, - без запинки произнес Анциферов.

– Толя Первушин, значит, а меня можешь просто Федором Михайловичем.

– Надо же, у тебя имя-отчество, как у Достоевского. Он тоже был Федор Михайлович, - удивился Сергей.

– Ну, Достоевский не Достоевский, а в ралли Париж-Дакар мой КАМАЗ участвовал, - гордо произнес Федор Михайлович.
– Вот тут и фотка есть - я с бедуинами в пустыне Сахара.

– Вот это да, круто!
– отреагировал Сергей.
– Ну что, погнали, Федор Михалыч?

– Погнали, Толян, погнали, только зови меня просто Федя, - весело отозвался Федор Михалыч.

Водила достал пачку сигарет "Винстон" и предложил Сергею.

– Спасибо, Федя, но я не курю.

– Ясно, значит, здоровье бережешь, это правильно. Я вот раньше тоже не курил, да жизнь такая стала, - сказал Федор Михалыч, выпуская дым в окошко.

– У нас прямо не КАМАЗ, а паровоз Феррари, - пошутил Сергей.

Федя загоготал.

– Вот сейчас разгонюсь, и точно будет не хуже, чем на Феррари.

Сергей вдруг заметил, что начался сильный снегопад. Федю, однако, это не смущало, и он разогнался еще сильнее. Сергей стал клевать носом и вскоре заснул.

Глава 25. Утренний сюрприз

Пёстренький сидел на диване в компании двух проституток и медсестры Вали, в обязанности которой входило также удовлетворение всех потребностей шефа, включая самые естественные.

В очередной раз выпив на брудершафт, вся компания приготовилась дальше петь караоке, когда раздался звонок.

Пёстренький выругался.

– Черт, кого в такое время принесла нелегкая? Совсем с ума сошли - посреди ночи начальнику звонить! Совести у них нет. Валюнчик, посмотри, кто там нам звонит?

Валя, еле держась на ногах, поправила халатик и взяла с бильярдного стола радиотелефон. Увидев номер на дисплее, Валентина, испугавшись, сразу протянула трубку Пёстренькому.

– Владлен, кажется, это тебе из СИЗО звонят. Может, случилось чего?

Пёстренький протянул свою волосатую лапу к Вале и буквально вырвал трубку из ее нежных ручек.

– Да, слушаю, - бодро произнес он, несмотря на зашкаливающие промилле в крови. Что ты сказал? Как сбежал? Ах вы, ублюдки! А вы куда смотрели? Да вы у меня все вместо него будете сидеть в общей камере с урками и сосать у всех по очереди!

Голова Владлена лихорадочно работала. Невзирая на алкоголь и виагру, количество серого вещества у Пёстренького было вполне достаточное для принятия взвешенных и правильных решений.

– Так, звони немедленно главе МВД Челябинска и объявляй план "Перехват" по городу и области. Досматривать все подозрительные машины. Перетрясти всех бомжей и шлюх в округе. Пока всё. Я через сорок минут буду в СИЗО. Чтобы к моему приезду там были криминалисты с собаками. В камере не топтаться, ждать меня снаружи. И допросите доктора, кажется, это был последний, кто с ним разговаривал, если мне не изменяет память. Все по коням, всем работать!.

Положив трубку, Пёстренький схватил с полки японскую вазу и с размаху шваркнул ею об пол.

– Вот ведь сука этот Анциферов! Решил нам карты спутать. Но ничего, далеко без денег и документов он не уйдет. И не таких ловили.

После этого он схватил пиджак и начал надевать его поверх халата. Валя увидев это засмеялась.

– Владлен, ты что делаешь? Кто на халат пиджак надевает?

– Да какая разница, пиджак на халат или халат на пиджак! Там Анциферов из СИЗО сбежал, а ты мне тут про этикет рассказываешь. Ладно, принеси из шкафа какую-нибудь рубашку.

Взяв у Вали из рук свою любимую салатовую рубашку, Владлен торопливо оделся, чмокнул Валю и, махнув на прощание шлюшкам, выбежал из дома. Через 20 минут машина уже подвозила его к воротам СИЗО 1. У входа его встретил обескураженный заместитель начальника СИЗО майор Девяткин.

– Ну что, Девяткин, проворонил ты Анциферова, так что сядешь на его место, и звать тебя теперь будут Шестёркин, а не Девяткин. Чего молчишь, как будто в рот воды набрал? Отвечай, как это из охраняемой тюрьмы заключенные удирают?

– Так вы же сами позвали всё руководство тюрьмы к себе на юбилей, - осмелился возразить Девяткин.

– Девяткин, ты, помимо прочего, еще и кретин, как я посмотрю. Может, я и заключенных к себе на юбилей звал? СИЗО не должно было ни при каких условиях оставаться без надлежащей охраны. Вспомни шестое постановление по безопасности, которое уже лет тридцать как действует, и его никто не отменял. Это во-первых. Во-вторых, как я понимаю, деньги, выделенные на ремонт СИЗО вы просто, как это нынче модно говорить, "распилили", и поэтому пол ШИЗО можно копать руками, или чем Анциферов сделал подкоп. Лопатки-то у него в камере, насколько я знаю, не было. Ладно, я доложу президентской комиссии о коррупции, и скоро ты лишишься своего поста, Девяткин, если только в течение 72 часов не приведешь мне Анциферова живого или мёртвого, причем мёртвого только лучше. Так, ведите меня в камеру. Устал я тут с вами разговаривать, - закончил Пёстренький.
– Кстати, криминалисты с собакой уже прибыли, я надеюсь?
– поинтересовался он, входя в здание.

– Так точно, Владлен Вадимович, - выдавил Девяткин

"Вот действительно дуболом", - подумал Пёстренький.

Перед входом в камеру Владлена встретил Яша Левкович, последний из могикан, как его тут все называли, потому что он был буквально последним евреем в Челябинском уголовном розыске. Все Яшины родственники давно переехали в поисках лучшей жизни в Израиль, Канаду и США. И только Яша, побывав однажды в Штатах, сказал, что никогда не переедет в страну, где молятся доллару и дяде Сэму, и просто плевался при одном упоминании об Америке. Яша считал, что его место в России, поэтому никуда отсюда уезжать не собирался. В угрозыске Яшу действительно очень уважали и ценили, потому что второго такого криминалиста, как Левкович, не явила еще на свет Уральская земля.