Рубашка

Глава 8. Танцы-обниманцы

– Умц, умц, умц, - приплясывала я, ведя Стёпу через толпу танцующих. – Давай займём какой-нибудь столик.

– Какой? – устало вздохнул дружище, которому явно не нравилась громкая музыка, разрывающая перепонки.

– Ну-у, например… Ой! Смотри! Там Белов с Виолеттой, - немалых усилий мне стоил этот невинный тон и создание видимости того, что я была не в курсе присутствия кое-кого в этом клубе.

И вырядился же, блин! Стёпа был одет в белые кеды, синие джинсы, белую футболку и черный пиджак. Белов имел тот же набор, только пиджак на нем был белый, а футболка черная.

Ну, просто разлученные когда-то братья.

Джимми-джимми, ача-ача…

– Идём? – спросила я Стёпу, будто у него был выбор. – Там еще ребята есть. Весело будет.

– Пошли, - снисходительно улыбнулся друг и, чтобы не потерять меня, сильнее взялся за мою руку, пока я как ледокол шла через толпу. – Всем привет! – наигранно обрадовалась я, размахивая руками. – Вы тоже здесь?

– Привет! – вполне искренно обрадовалась нам Виолетта. Ну, ни то, чтобы прям мне, но стоящему за моей спиной Степе, на которого она смотрела во все свои светлые очи, - точно.

– Здорова, - парни поприветствовали друг друга рукопожатиями, ради чего сидящие привстали, чтобы показать Стёпе уважение.

Милые мальчишки.

Я и Стёпа устроились за столиком ровно напротив Белова и Виолетта. Белов многозначительно покрутил в своей руке телефон. Стало понятно, что и мне пора достать из клатча свой.

«Минут через пять будет медляк. Меняемся парочками. Тащи меня в бар»– писал мне Белов.

«Свингер-пати, блин»– написала я в ответ.

Глянула на Белова, который, пряча улыбку за стаканом с каким-то напитком, пожал плечами, мол, так и живём.

– А вы какими судьбами здесь? – задала вопрос милейшая Виолетта своим потрясающим сиропным голосом.

– Уля захотела потанцевать. Не отпускать же ее одну в таком виде?

Виолетта перевела на меня оценивающий взгляд и пристально осмотрела всё то, что торчало над столом.

– Ну, да, - слегка дёрнула она бровками, явно скрывая истинные мысли. – Красивое платье, Уль.

Пошла ты! – фыркнула я мысленно. Будто я сама не в курсе, насколько легкодоступно выгляжу. Если бы не это платье, то фиг бы я вытащила Стёпу к тебе поближе.

– А ты редко ходишь в клубы, да? – продолжила Виолетта разговор со Стёпой.

Мы с Беловым триумфально переглянулись, понимая, что всё идёт по плану. Чувствовала себя как в детстве, играя с куклами в свадьбу. Целуйтесь!

– Шумно здесь, - недовольно поморщился Стёпа. – Чтобы услышать другу друга нужно кричать.

– Ну, да, - согласно кивнула Виолетта, отпивая какой-то коктейль через закрученную трубочку.

Кстати, о коктейлях.

– Белов… Андрей, - поправила я саму себя, многозначительно улыбнувшись парню. – А покажешь мне, что в баре есть вкусненького? Ты, наверняка, знаток.

– Конечно, - будто бы нехотя согласился парень, оставив свой стакан на столике. – Идём.

Пока Белов выходил из-за стола, я склонилась в Стёпе и шепнула ему на ухо:

– Скоро должен быть медляк. Приглашай Виолетту, а я пока отвлеку Белова.

– Хреновая идея, - поморщился недовольно друг.

– Не упускай свой шанс. Ты сам просил, - напомнила я ему и, напоследок строго глянув на друга, пошла вслед за ждущим меня Беловым.

– Чувствую себя вуайеристом, - бубнила я как старая бабка в трубочку, из которой тянула коктейль, и параллельно наблюдала за тем, как Стёпа налаживал мосты с Виолеттой. Улыбались они друг другу очень мило и приторно. Приторно настолько, насколько был сладок купленный Беловым для меня коктейль. – Как он называется? – спросил я, махнув стаканом перед носом мажора.

– Понравился? Еще хочешь?

– Нет, - поморщилась я и оставила стакан на стойке. – Спрашиваю, чтобы самой на такой зря деньги не потратить.

– А Виолетте нравится. Её любимый, кстати.

– Оно и неудивительно. Такой бабочке, как Виолетта, нектар послаще подавай, - соскользнув с барного стула с первыми нотками медляка, я повернулась к Белову и качнула головой в сторону танцпола. – На танец даму приглашай.

– Иначе почки опустишь? – хохотнул парень, намекая на мой не по-девичьи борзый тон.

– Если понадобится, - хитро улыбнулась я и даже постаралась сделать вид, что не ожидала приглашения на танец. – Благодарю.

Белов бережно положил свои ладони на мою талию и повел в мягком танце. Через пять секунд мне надоело смотреть на его кадык, поэтому пришлось подняться взглядом выше к губам, а через них и к глазам.

– Красивый, - цокнула я, поймав улыбку парня, который смотрел на меня в ответ.

– Спасибо. Ты тоже, - ответил мне Белов. – Мы могли бы быть идеальной парой. Не думала об этом?

– Ни за что, - поморщилась я и тут же рассмеялась, поймав нотки обиды в лице парня. – Ну, правда. Не обижайся. Скорее всего, ты хорош только внешне. Хотя и по манерам и воспитанию тоже кажешься ничего. Но… - сощурившись, посмотрела в сторону, подбирая слова. Справа от нас увидела, как Стёпа танцевал с Виолеттой и, встретившись со мной взглядом, едва заметно подмигнул. – Знаешь, как я называю твоих девушек? – вспомнила я про Белова и наш диалог про потенциальное «долго и счастливо».

– У тебя есть какое-то особое прозвище для моих девушек? – вскинул парень удивленно брови. – Похоже, стена имени меня – не такая уж и шутка.

– Льсти себе, льсти. Я их так называю, потому что девушек своих ты меняешь как гинеколог перчатки – быстро, без сожаления, как использованный продукт… Я только сейчас поняла, насколько аллегория про гинеколога и перчатки относительно тебя верна! Я – гений! – рассмеялась я зловеще.

– Это взаимовыгодно: я не обещаю девушке золотых гор и любви до гроба, а она не винит меня в том, что потратила на меня лучшие годы своей жизни. Пары месяцев для отношений – вполне достаточный срок, - несколько холодно, цинично и даже расчетливо произнес Белов.

– Вот видишь. А я так не хочу. Знать, что срок годности меня, как девушки, всего пара месяцев? Фу.

– А как бы ты хотела? – спросил Белом, наклонившись к моим губам, наверное, чтобы я лучше его слышала. А голос такой тягучий и пленительный исключительно для того, чтобы я лучше его поняла.

– Не знаю. Быть рубашкой. Ну, знаешь, которая ближе к телу, своя и всё такое… Да, это выражение эгоистов, но я хочу, чтобы мой парень был эгоистичен относительно того, что связано со мной. Чтобы, знаешь, по столу кулаком стучал, как в пошлых бульварных романчиках, и говорил «моя!».