Рыцари ветра

– Ну, зачем? – скривился Ирис, тяжело дыша и опираясь на меч Арсения, тогда как сам Арис повис у него на плече. – Ведь последний же.

– Зато эта тварь теперь надежно там запечатана, – Так же отдуваясь, ответил Нестор, устало падая задницей на землю.

– Ты уверен? – усомнилась Дымка, с тревогой глядя на завал. – Слышите?

Гул, зародившийся в недрах пещеры, вылился в сильнейший взрыв, разметавший камни завала на несколько сот футов вокруг холма, пугая мирно пасшихся коней.

– Ложись!.. – как всегда Нестор отреагировал раньше остальных.

Злобно рыча и поливая своим темным пламенем все, что только попадалось на глаза, костяной дракон вылетел из своего логова, расправив крылья и готовясь взмыть в облака.

Когда-то Градарус был последним представителем своего драконьего рода. История его династии насчитывала двенадцать тысяч лет и зародилась еще в те времена, когда люди жили в землянках, гномы, не вылезали из своих шахт, а эльфы и носу не показывали из-под крон обожаемых ими деревьев. За это время род Градаруса успел скопить огромное количество сокровищ, причем не только золота и драгоценных камней, но и древних книг, самые старые из которых относятся к эпохе Ушедших. Сам Градарус этих времен естественно не застал, но всегда тянулся к знаниям и от того еще в детстве перечитал фамильную библиотеку, которая теперь хранилась в самом дальнем углу пещеры, под необъятным валуном и до которых эльфы, хвала Небесным Просторам, не успели добраться. Именно из этих книг, дракон узнал много тайн мироздания и обучился некоторым возможностям магического искусства. Кто же знал, что эти книги сыграют с ним злую шутку и после смерти он станет неупокоенным.

«Не надо было читать эти проклятые книги», – подумал лич, когда, вылетев из пещеры, он попал под лучи безжалостного солнца.

Все его костяное тело ожгло нестерпимой болью и начало дымиться. Ринувшись вниз, он плюхнулся на землю и с проворством ящерицы нырнул обратно в свою пещеру, из лаза которой струился тоненький дымок, не затихающего внутри пожара.

– Пожалуй, нам стоит убраться из этих мест еще до захода солнца, – пробормотал Нестор, поднимаясь из травы и отряхивая штаны от земли. – Как Арис? – повернулся он к не разлучной парочке.

– Со мной все в порядке, – ответил Арсений, сидящий на траве и с удовольствием позволявший Тайрис осмотреть его со всех сторон.

– Я представляю, как повеселятся в местной деревеньке, когда эта тварь теперь по ночам станет таскать у фермеров скот, или еще чего похлеще, – не без усмешки заметил Ирис, подходя к Арсению и возвращая ему меч. – Говорил же не стоит связываться с зеленомордым. Им никогда не было доверия.

– Мы последние лет четырнадцать только и делаем, что связываемся с сомнительными личностями с самой последней репутацией, – возразила Дымка, закидывая рюкзак на плечо. – К нам самим, простой народ, подчас испытывает еще меньше доверия, чем к зеленомордым.

– Ну, ты скажешь тоже… – Не согласился упрямый Ирис.

– А разве нет? – не сдавалась полукровка, сматывая свой аркан и цепляя его к поясу. – Вспомни хоть один город, хоть одно селение, где бы нас радушно встретили. Лишь с подозрением, а порой и с неприязнью.

Спорить с ней никто не стал. Потерявших всегда побаивались и относились к ним с большой настороженностью. У них хоть и был своеобразный кодекс, в частности, Потерявшие никогда не брались за оплачиваемые убийства, но искателей удачи остерегались во все времена.

Раздосадованные и неразговорчивые эльфы поймали перепуганных коней, после чего направились прочь с холма в сторону виднеющегося вдали людского поселения, изредка оглядываясь назад, словно из опасения, что дракон передумает и все же решиться выползти на свет.

…Когда пожар наконец-то утих, Градарус, вернулся из коридора в пещеру, подошел к тайнику и отвалил огромный камень. Книги все так же лежали на месте, потемневшие от времени, но от того не менее опасные. Бешено сверкнув Тьмой в глазницах, дракон со всей силы дыхнул огнем на проклятые фолианты. Потемневший пергамент занялся в мгновение ока, потрескивая и скручиваясь под безжалостными языками пламени…

* * *

Махнув длинным пушистым хвостом, клемиг спрыгнул с подлокотника, и важно переставляя лапами, прошествовал к окну и забрался на подоконник. На улице столько интересного творилось. Столько народу собралось. Значит, человеки, что-то затевают. Когда на площади перед дворцом много народа – это всегда, значит, будет, что-то интересное. Прижавшись влажным носом к оконному стеклу, зверек с живым интересом стал разглядывать людей. Нарядно одеты, значит, праздник, потому, что, когда казнь, лица всегда хмурые.

Его величество король Астариана Ремон Третий посмотрел вслед клемигу и наконец-то смог положить руку на подлокотник кресла, который до сего момента занимал храмовый зверек. Если бы этот пушистый, похожий одновременно и на кота, и на хорька, звереныш уселся даже на королевский трон, то его величеству пришлось бы ждать, покуда он сойдет с этого места сам, не смея его прогнать. В истории бывали случаи, когда из-за храмовых животных приходилось откладывать какую-нибудь официальную церемонию на несколько минут, а то и часов. И возмутиться не представлялось никакой возможности. Эти зверьки единственная сила, сдерживающая демонов Мрака. Кроме магов, конечно же. И обидеть этих маленьких созданий в Астариане считается тяжким преступлением.

Ремон Третий хорошо помнил Смутные времена, когда он был еще всего лишь десятилетним младшим принцем и никто во всем королевстве не думал даже, что ему, третьему сыну короля, придется когда-нибудь взойти на престол.

Когда твари ворвались в столицу, принц вместе со своей матерью, второй женой короля находился в Нижнем замке. Никто из его маленькой свиты не понял поначалу, что произошло. Демоны продвигались слишком стремительно, захватывая все новые улицы и площади города, вырезая всех, кого встречали на своем пути не зависимо от расы пола и возраста. Начальник охраны младшего принца барон Утар еще только отдавал распоряжения о мерах эвакуации принца в Верхний замок, как в зал ворвались твари. Сам барон, половина лейб-взвода, камеристки, маршалок полегли от когтей демонов практически мгновенно. Оставшиеся в живых солдаты проявили невероятные чудеса доблести и отваги, и смогли-таки прикрыть отступление принца в Верхний замок, ценой своих жизней.

К тому времени уже стало известно, что сам король и оба старших брата уже пали от поганых лап демонов, а потому единственного оставшегося наследника спасали всеми силами, включая его собственную мать. Люди потом говорили, что смертный лик королевы-матери навсегда отпечатался в голубых, пронзительно холодных глазах принца, а позднее и короля Астариана. А страшный рубец от лапы демона, возмужавший король вынужден теперь всю свою жизнь скрывать под бородой. Слава Силе, что в тот страшный час на помощь королевству пришел весь магический двор Ватирола, в полном своем составе и тварей удалось остановить, а позднее и вытеснить из столицы.

После этого была Война, и демонов изгнали за Грань, но, тогда еще юный Ремон в ней не участвовал. Ему не позволили покинуть пределы замка и охраняли как самую ценную реликвию государства. С тех пор он и пальцем не смел обидеть кого-нибудь из клемигов. Да, пожалуй, и никто в королевстве.

– Ваше величество, прошу прощения, но, вы меня не слушаете, – раздалось совсем рядом, и король вернулся из своих воспоминаний в реальный мир.

– Нет, ваше магичество, я вас внимательно слушаю, – возразил Ремон Третий, выпрямляясь в кресле.