Рыскач

– Такая молодая и уже знахарка! Молодец!
– попытался я сделать ей комплимент.

– С кем дрались-то?
– Не обращая на мои слова внимания, спросила она.

– Да я говорю же...

– Угу, с коня упал.
– Ехидно сказала девушка мои слова.
– А до этого об меч напоролся, и вымазал левый бок и плечо в чьей-то крови!

– Напали на меня.
– Ответил я.
– Недалеко тут, трое их было. У них кони где-то бегают. Ты бы сказала мужикам, чтобы похоронили разбойников. Я заплачу.

– Крови потеряно много, хорошо кость не задета, но пару дней придётся полежать. Я сейчас, за зельями схожу, да мужикам задание дам. Если лошадей отловят, то платить им ничего не надо будет, а так по три серебрушки хватит.

Знахарка вышла, а я принялся осматриваться. Рану мою она осматривала на кухне, тут и там висели разные пучки трав, на печи сушились очередные растения. Всё было разложено на своих местах и буквально сверкало чистотой, только рукава от камзола и рубашки, валявшиеся на полу, выглядели чужеродно.

Интересная у меня жизнь пошла! Хмыкнул про себя я. С насиженного места ушёл, чуть в канаве не помер, дворянином стал, потом под венец попал! И ведь всё по доброй воле! Вот ведь! О, как рука дёргает и слабость накатывает. И не поймёшь ведь, толи амулет своё действие оказывает, или же рана знать о себе даёт. Попытался встать, чтобы попить воды, но голова закружилась, и я чуть не упал. Тут дверь отворилась и вошла знахарка с какими-то мешочками и склянками.

– Сидите смирно, сейчас лечить буду!
– Строго сказала она.

– А разбойники...

– Сидите, мужикам сказала, приберутся!
– Прервала она меня и принялась разминать в ступке какие-то травы, заливая их какой-то субстанцией.

Спрашивать, что она делает, не хотелось, потому что знахарки иногда такого намешают, что если больной узнает, обязательно от этого знания помрёт! Одна настойка была готова, но знахарка отставила её и принялась за вторую. В её руках работа спорилась, просто смотреть приятно.

– Рубашку снимите.
– Попросила она меня, а может и приказала, не разобрал.

Спорить не стал, молча стащил рубашку и камзол.

– Нормальное лечение будет стоить три золотых. Потяните?
– Спросила она меня.

– Деньги в кармане.
– Кивнул я на камзол, а потом пояснил.
– Потяну.

– Хорошо.
– Кивнула Анлуса своим мыслям и принялась за третью порцию зелья.
– Проходите в горницу и раздевайтесь. На кровати располагайтесь, я скоро.

Шатаясь, я дошёл до кровати и плюхнулся на неё.

– Выпейте это.
– Протянула мне кружку с чем-то неприятно пахнущим знахарка.

От запаха зелья, у меня прямо судорога по телу прошла, и только выпив я понял, что на левой руке браслет сжимался предупреждая.

– Что это?
– Схватился я за кинжал.

– Почувствовал?
– Выгнула дугой брови знахарка, а потом поспешно пояснила, увидев мой клинок перед собой.
– Успокаивающее и притупляющее зелье, от него не будет такой боли.

– И всё?
– Подозрительно спросил я.

– Оно еще сонное.
– Ласково улыбнулась Анлуса, и вытащила из моей вдруг ставшей безвольной руки кинжал.
– Ничего, поправишься, я и не таких на ноги ставила.

Знахарка ушла на кухню и вернулась с двумя склянками. Жидкость из одной вылила мне на рану, до меня дошло слабое пощипывание. Как я ещё держался непонятно, глаза закрывались, а мысли текли медленно и тягуче. Вот она принялась намазывать рану из второй своей плошки какой-то мазью. Вдруг её рука замерла, взгляд уставился на амулет духа.

– Откуда он у тебя?!
– Воскликнула она и принялась меня трясти за плечи.
– Амулет! Где ты взял амулет!!!

Боль, сладкая и плавная, немного меня взбодрила, но я почти не соображаю. Как приятно, меня трясут и пытаются что-то сказать... А, это же знахарка... Мысли путались, но просвет в мозгах случался. Она ведь про амулет...

– Т-ы ч-т-о-т-о зна-ешь пр-о аму-лет?
– Заплетающим языком, спросил я.

Услышать ответ знахарки я не смог, только видел её открывающийся рот, а потом свет в моих глазах померк.

Глава 5. Прошлое возвращается

Пробуждение было приятным. Рука не болела, где-то чирикали птички, а постель была удобная. Открыв глаза, я обнаружил, что нахожусь в доме знахарки, которая меня принялась лечить. Память услужливо подсказала минувшие события и я принялся осматривать руку. Рука замотана очень плотно, в несколько слоёв бинта. Сгибать её неудобно, но никакого дискомфорта не ощущалось. Так, отлично, самочувствие нормальное, слабость присутствует, зуд дороги где-то свербит. Как там звали знахарку? Анлуса кажется и что-то она меня расспрашивала. Вот только что? Что-то важное. Но память не приходила мне на помощь, а самой знахарки не наблюдалось. Свесив ноги с кровати, я недоумённо уставился на свои ноги. На ногах, как и на мне не было никакой одежды! Кроме бинта на руке. Так! Это еще что за новости? Нахмурился я. Но одежда обнаружилась быстро, на стуле, который стоял в изголовье. Натянув свою одежду я почувствовал себя уверенно. Что странно, все мои вещи были отстираны, отглажены и... сухие. Я же пришёл сюда вчера вечером, а за это время... Или не вчера? В доме хлопнула дверь и звякнуло ведро. Потом пару раз что-то легонько стукнуло, как будто стол кто-то накрывал, и с кухни потянуло аппетитным запахом... еды. Я сглотнул, желудок заурчал. Есть хотелось неимоверно.

– Добрый день.
– Поздоровался я со знахаркой, выходя на кухню.

– Встал уже?
– мягко улыбнулась Анлуса.
– Наверное, кушать хочешь? Давай, мой руки и садись за стол.

Странно, вчера она меня на вы, да господин, а сегодня...

– Скажи, а сколько я провалялся?
– Спросил я девушку, вытирая руки полотенцем.

– Двое суток.
– Опять улыбнулась мне знахарка.
– Блинчики будешь?

– Угу, - с набитым ртом ответил я.
– понимая, что желудок протестовал не просто так. У него был повод.

Девушка стала жарить блины, а я их поглощал со скоростью - два блина в желудке, а готов только один. Наконец я насытился и тяжело развалился на стуле. Живот опять заныл, но уже от обжорства. Анлуса присела на другой конец стола и задала вопрос, который я пытался вспомнить всё утро.

– Рэн, откуда у тебя амулет?

– Ты что-то про него знаешь?
– Спросил я в ответ.

– Может и знаю.
– Грустно улыбнулась девушка.
– Так откуда он?

Внимательно всмотревшись в лицо девушки, я заметил, что она ужасно нервничает. Губы плотно сжаты, а небольшая венка на виске дергается.

– Он у меня с рождения, вернее он был на мне, когда меня нашли.
– Ответил я.

– Когда тебя нашли?
– Анлуса не замечая стала сгибать и разгибать лопатку от блинов.

Лопатка была красивая, сделанная умельцем, металлическая с узорами по всей поверхности.

– Сломаешь ведь.
– Кивнул я на её руки, Анлуса положила лопатку на стол, а я продолжил.
– Семнадцать лет назад, у городских ворот города Сакт.

– А...
– У девушки из глаза побежала слеза.
– тебя одного нашли?