Санаторий

– У вас хорошее настроение, - заметил Варгин и добавил - Всех кормило не прокормило.

– Мистер Варгин, - голос Глоба резко изменился, - очевидно намеков не понимаете. Должен заявить, после вторника я не смогу гарантировать вашу безопасность.

Министр говорил жестко, словно отдавал приказы. Варгин вспомнил резкую перемену Альфреда Глоба, когда на ужине появился Феликс Жижин. Что-то похожее произошло и сейчас.

– А до вторника могли гарантировать?

– Ладно, мистер Варгин, - министр снова перешел на дружеский тон. Давайте встретимся и поговорим.

– Собственно о чем?

– О Гвалте, например.

Варгин промолчал. Министр повторил предложение.

– Хорошо, я согласен.

– Будьте в номере. Я заеду за вами, - быстро сказал Глоб и положил трубку.

– Есть!
– Варгин щелкнул каблуками и взвыл от резкой боли в ноге.

"Чистый воздух и правдивая информация, великолепный рацион и древние памятники. Быстро, дешево, удобно.", - прочел Варгин, развернув другой конверт. Можно было хорошо отдохнуть вместо того, чтобы шататься по ночному городу да под машины прыгать. Он читал дальше. Всего за три дня вы можете осмотреть: Замок Бешеной Тройки, построенный в готическом стиле (провинция Гамза-Норда), Чистые Болота с чудодейственной лечебной грязью (провинция Жабжда), знаменитый тоннель Алмазный Тупичек в Шаршаве и, наконец, газированный родник Монт-Ориоль (провинция Орэнжфилд)." Знакомые названия, подумал Варгин. Он вспомнил долговязого Фарбера. Мне бы сейчас на грязи, а потом к Фарберу на сеновалы, - Варгин мечтательно закрыл глаза.
– Надо бы хоть слайдов купить. Вернусь в институт, ребята спросят: "Ну, как там, на Санатории?". А я им слайдов покажу, лекцию прочту. Представляете, скажу, минеральный источник с газированной водой, Монт-Ориоль называется. Вот такая вода! Только в нос бьет.

В номер постучали. Это был собственной персоной личный шофер министра. Он любезно помог Варгину, спуститься вниз и даже открыл перед ним дверцу лимузина.

– Где вас угораздило так?
– спросил Альфред Глоб.

Министр снова был компанейским парнем.

– Молчите. А зря, я бы многое мог прояснить, - министр наклонился к переговорному окошечку и приказал: -Трогай.

– Мистер Варгин, к чему играть в прятки? Конечно, мы понимаем, что вы не турист. Что же мы, простаки тут, на Санатории? Лет пять с Земли никого не было. Вдруг гибнет Ремо Гвалта и пожалуйста, как это вы написали в заявлении? "С целью ознакомления и отдыха, Игорь Михайлович Варгин." Мы и подумали - пусть себе знакомится и отдыхает, не шпион же он какой. Все-таки дружественная планета. Думали, придет к нам да и спросит: что такое за Ремо Гвалата, чего мы тут переполошились? Нет, не стал спрашивать. Следствие затеял. Теперь вот ковыляет. Хорошо еще, хоть жив. Мы ему: вот вам билетик, поезжайте гражданин хороший от греха подальше. А он нам: не могу, много невыясненного осталось. Ну, вопросов много, так приди, спроси. Покажем, объясним. Ведь сколько делов наделали за пять дней?!

– За два, - уточнил Варгин.

– Вам виднее, - согласился Глоб.
– У нас своих проблем по горло, так вы еще тут. Думаете, легко жизнь перестраивать на новый лад? Ох, какие есть враги у нас!

– Помнится, на ужине совсем другое про врагов говорили, - возразил Варгин.

– Виноват, виноват. Да ведь не портить же праздник. Я надеялся с вами в турне отправиться, там бы и поговорили. Ну, да что вспоминать. У нас в работе тоже промахи бывают, - министр подмигнул и снова стал серьезным.

– Представьте себе крупного промышленника, например, по химической части. Стоят его заводы и комбинаты на реках и озерах, очень важную продукцию производят, а отходы в эти самые реки и озера спускают. Мы к нему приходим и говорим: вот тебе указ правительства - девять фабрик из десяти закрыть. Что же он, в восторг придет? Совсем наоборот. Виду он не подаст, но злобу затаит и какую-нибудь гадость задумает. Открыто против общественного мнения ему слабо, а вот через мелких людишек - это очень удобно. Но мелкие людишки - это же мелкие интересы, и заметьте, у каждого свои. Единства-то и нет у них. Более того, в агонии кусать друг друга начинают. Собственно, вы попали на Санаторий именно в такой период, период агонии всех врагов нетривиального прогресса. Конечно, их единицы, но каждый десятерых стоит.

– Нельзя ли более конкретно?

– Куда уж конкретнее. Вы и есть жертва борьбы роковой. Они вас приняли за нашего агента. Вот ведь в чем ирония мизансцены состоит.

– Да,да, - заметив удивление Варгина, продолжал министр.
– Собственно, мы вам даже благодарны, поскольку вы для пользы дела по ночам шатались. Представляете себе, появляется неизвестная личность с добропорядочной Земли и начинает интересоваться сестрой самого Ремо Гвалты опаснейшего мафиози, главаря целой банды, купленной на деньги финансовых воротил.

Варгин захохотал:

– Мне тяжело смеяться... Как это вы сказали? Опаснейший мафиози, главарь... Ха-ха... И все это - Ремо Гвалта? Ремо Гвалта - с крупнокалиберным пулеметом, - Варгин никак не мог сдержатья.
– Да он кроме логарифмической линейки в руках-то ничего страшнее не держал...

Машина остановилась.

– Приехали, - сквозь отверстие в стекле сообщил вордитель.

Варгин вышел из лимузина и огляделся. Они приехали во двор какого-то странного заведения, окруженного высоким забором, выстроенным из железобетонных плит. На огороженной территории стояло несколько строений.

– Все-таки я не смог отказать себе в удовольствии устроить небольшую экскурсию. Это все, - Глоб показал рукой вокруг, - называется Изолятор.

Мимо проехал электрокар, груженный ночными горшками.

– Пойдемьте в демонстрационный павильон.

Они прошли к строению, рядом с которым стоял киоск под названием "Кассы". На закрытом окошечке висела дощечка с надписью: "Санитарный день".

– Не везет нам, - сказал Варгин министру.

– Ничего, не отчаивайтесь на достигнутом, - таинственно усмехнулся Альфред Глоб и пригласил Варгина за собой.

Через небольшой предбанничек, они попали в длинный коридор. Свет в коридор падал справа из квадратных оконцев высоко вверху, у потолка. В павильоне пахло зоологическим парком. Они подошли к вольеру, зарешеченному чугунными прутьями. Вначале Варгин никак не мог понять, что-же там в углу копошится. Когда же разглядел, его отшатнуло. Он слегка толкнул министра.

– Простите, - сказал Варгин.

– Ничего, ничего, - успокил Алфред Глоб.

Варгин снова приблизился к решетке и выдохнул:

– Это же человек...

– Да, отдыхающий, - холодно подтвердил министр.

Отдыхающий заметил посетителей, подполз к решетке, сжал прутья и тоскливо посмотрел Варгину в глаза. Потом экспонат отпустил прутья, резко рванул на груди рубаху и взвыл. Было в нем какое-то физиологическое несоответствие, но не оно было главной отталкивающей чертой. Старик, а таким он выглядел, смотрел наивным детским взором.

– Осторожнее, - предупредил Глоб, - может плюнуть!

Министр подтолкнул Варгина к следующему вольеру. На табличке, было написано: "Шаршавинские девки. Найдены в отрогах западной Шаршавы. Собственность Санаториум Изолятор. N 2115." За решеткой что-то икало и скреблось. Там обитали три существа, из которых можно было составить одну полноценную женщину.

– Что это?
– как-то нервно спросил Варгин.

Его слова, сказанные слишком громко, странным образом подействоали на обитателей павильона. Существа забеспокоились. Постепенно возбуждение передалось всему Изолятору. Началось всеобщее заунывное рыдание.

– Пойдемте быстрее, - предложил Глоб, - сейчас такой гвалт начнется.

К удивлению Варгина, министр подтолкнул его вперед, заставляя пройти через весь павильон. Вокруг поднялся дикий рев, в котором слышалось хихиканье, карканье и еще многое другое.