Счастье

И снова она слышала громкий вдох, пока считала деньги. Две купюры по сто – всё как обычно.

– Малыш, – протянул Гэрри.

– Правила ты знаешь, – заученно сказала Марфа.

Послышались тихое рычание под нос, звуки журчащей воды в кране и хлопок входной двери. У Марфы пошли пять минут выжидания.

Через пять минут, сверившись со временем, она открыла дверь и вышла из кабинки. Напротив, стоял Гэрри, держа в руках знакомый пакет.

– Марфа? – он вскинул брови, продолжая как-то по-звериному улыбаться. – Не ожидал, что такие «подарки» я получаю от тебя.

Марфа застыла на месте, сжимая в руках сотовый телефон. Мир вокруг остановился: она не слышала ни автомобилей за окном, ни разговоров учеников за дверью, ни собственных вдохов. Она попалась. Глаза предательски горели от подступающих слёз.

– Гэрри, – она прижалась спиной к двери кабинки. – Пожалуйста.

Он сделал уверенный шаг, сильнее вжимая девушку в дверь. Парень наклонился к шее, вдыхая сладкий аромат парфюма, нежно коснулся своими губами шеи и положил обе руки на талию Марфы.

– Какой приятный сюрприз, – он поднял голову, кладя руку на грудь девушки, проверяя сердцебиение, а после снова оскалился. Марфа была не напугана. Она в панике.

– Пожалуйста, – взмолилась она.

– Конечно-конечно, – Гэрри скользил рукой по лебединой шее. – Мне нужно всего пять минут с тобой, чтобы забыть это недоразумение.

– Я не хочу, – жалобно проскулила Марфа, трясущейся рукой вытирая слёзы. – Я могу заплатить.

На эти слова Гэрри громко рассмеялся, а руками старался залезть под заправленную в штаны рубашку. Марфа, прикусив губу, подняла голову вверх и молилась Богу, чтобы в ней появились силы. Как только на горячей коже живота она почувствовала чужие ладони, то собрала себя в руки и оттолкнула парня к противоположной стене.

Гэрри, ударившись затылком о кафельную стену, прошипел и потёр ладонью место удара. Ещё никто не позволял себе поднимать на него руку.

– Ты что, сука, творишь, – он со всей силы ударил девушку по лицу.

Марфа от удара упала на колени, всхлипывая во всё горло. Пока Гэрри растирал кулаки, она успела разблокировать телефон и нажать на последний звонивший ей номер.

***

Это случилось сразу же после сложной контрольной. Жан сидел на подоконнике в школьном коридоре, пока его приятели Симор и Шин обсуждали будущие результаты.

Жана принимали в любые компании из-за характера и длинного языка. Но не везде он задерживался на долго. Может, многие его недолюбливали, но в таком обществе как с Симором и его друзьями, парню почему-то комфортно. Они хотя бы не лезли под руку с просьбой помочь с домашней работой, как Кай или Коя.

Уже потушив вторую сигарету о мраморные плитки и кинув окурок в ближайший цветочный горшок, Жан не отрывал взгляда от неба, пытаясь побыть наедине с самим собой, старался игнорировать громкие крики людей, но мирную ауру нарушил Симор, подошедший к Жану со спины и задевший плечом, вставая рядом.

– Мы тут подумали, – начал он. – Хотим обзвонить девчонок и поехать вечером в клуб, если ты понимаешь, о чём я, – он улыбнулся и сунул руки в карманы брюк.

– Мы несовершеннолетние, – ответил Жан, понимая намёк Симора. – С кем ты ночь собрался провести? С медвежонком Тэдди?

– Захлопнись, – Симор с неприязнью посмотрел на Жана и хмыкнул, а затем обернулся по сторонам. – Где этот чёртов Гэрри? Опять, как старый извращенец, побежал покупать поношенные трусы? – он закатил глаза.

Телефон в кармане брюк Жана неприятно завибрировал, заставляя того выкрутиться как кошку, чтобы залезть в карман. На дисплее высветилось имя Марфы.

– Что такое? – Жан успел проговорить лишь это. На той стороне девчонка начала что-то неразборчиво повторять, перебивая себя всхлипами. Единственное, что Жан услышал чётко – «женский туалет на первом этаже».

Он сорвался с места, пролетел по коридорам, отталкивая от себя людей, а у самого в голове, бегущей строкой, отзывались мысли: «Что, твою мать, с Марфой».

Подбегая к туалету, Жан услышал отчаянный вопль. Он открыл дверь и застыл на месте лишь на секунду: Марфа лежала на полу, стараясь поджать к себе колени, а Гэрри, стоя над ней, поднял в воздух окровавленный кулак. Жан взорвался. Видеть такую Марфу: беззащитную и со слезами на глазах – он не мог. Парень сжал кулаки, подбежал к Гэрри и, развернув его к себе лицом, нанёс первый удар в челюсть.

– Что ты творишь? – завизжал парень. – Защищаешь её? – он бросился с кулаками в ответ.

Но Жан успел первым ударить Гэрри в кадык, от чего тот начал задыхаться, и упал на пол. Следующие удары Жан наносил то в живот, то в голову, то бил по ногам, не слыша мольбы Марфы остановиться.

– Что ты делаешь? – кричал подбежавший Симор, оттаскивая Жана.

Жан дышал прерывисто – ярость в его жилах ещё не успела остыть.

– Этот идиот свою шлюшку защищает, – Гэрри, придерживая окровавленный нос, пытался встать с пола. – Об этой сволочи вся школа узнает…

– Что тут происходит? – спросил, подошедший на крики, учитель. Он вопросительно осмотрел ребят и, вскинув брови произнёс: – В кабинет директора! Оба!

Именно с этого момента жизнь Жана перевернулась. Ещё с начальной школы он был у директора в списке, как самый главный хулиган: то выбьет мячом окно, то попадётся курящим в коридоре, то подерётся на школьном дворе, поэтому, услышав от директора «исключён», Жан ни разу не удивился. Единственное, что заставило его почувствовать себя дерьмом – испуганное лицо матери.

Выйдя из кабинета вместе с Гэрри, оставив директора разговаривать с их родителями, Жан, заметив молчавшего Симора у стены, закрыл глаза и поднял голову к потолку.

Твою мать.

– Завтра вся школа поедет снимать твою девчонку, – не унимался Гэрри, прижимая к глазу лёд, который дала медсестра. – Посмотрим, как ты запоёшь.

– Захлопни пасть, Гэрри, – перебил Симор. Жан удивлённо смотрел на товарища, который, опустив голову, явно сдерживал себя, чтобы не разукрасить Гэрри ещё сильнее. – Он не расскажет, Жан. Даю слово. Эта падаль даже рта не откроет в сторону Марфы.

Жан с пониманием кивнул. Симор просто не мог допустить, чтобы их жизни пошли наперекосяк из-за одного идиота. Если родители узнают о том, чем занимался их сын, то явно начнут двухчасовую воспитательскую лекцию, после чего его будет ждать разочарованный взгляд сестры и перевод их двоих в другую, более благоприятную школу, что Симор просто не мог допустить. Он здесь король. Жизнь в школе текла по его правилам. Он делал всё это не ради Жана. Он делал всё из-за себя.

Из кабинета директора вышла мама и пустым взглядом взглянула на сына, как на большое разочарование. В руках она держала папку с фотографией Жана.