"Седьмая колыбель"

– Это зортеки ещё деликатничают, – рассуждала как бы про себя Церола. – Видно, Империя не хочет раскрывать землянам своё присутствие. Того парня, кто обнаружил корабль, зортеки не пленили, не рассыпали на атомы, не обернули в лабораторного мундуна.

– Они у него память о себе сотрут, – возразил Револ, задыхаясь от бега..

– Этому зортеки в отношении землян пока не научились – не видят нужды…

– Юля! Иван! – закричала Маша непроизвольно. Она отшатнулась в обратную сторону, хотела опереться на какую-нибудь твердь, но кругом было бескрайнее светлое пространство, без горизонта, и никакой тверди под ногами или руками, ни в обзоре. Девушка не падала, не взлетала, висела в пространстве, как в невесомости. Она не чувствовала своего тела, будто ни рук, ни ног, хотя ничто не сдерживало её телодвижений. Где я? Постепенно глаза стали привыкать к новому миру и стала проявляться та же поляна, где она только что стояла на коленях. Стояла? Да она и сейчас там стоит! Маша видела самою себя, сидящею на корточках, видела Юлёну – та стояла на коленях со смешно задранным кверху задом, видела и Ивана – он вытащил из своего рюкзака какой-то новый приборчик и направил его в сторону МЧСовцев. Только чего-то недоставало той Маше, стоящей на коленях у ствола. Чего?! Кристалла! Так вот же он у меня в руке! Чудеса! Кристалл горел, переливался и излучал на Машу какой-то добрый, тёплый свет, и ей даже начало казаться, что она становится умнее, мудрее, сильнее и старше. А как здесь хорошо! Пропал тревожный стук сердца, испарились все треволнения, а главное исчезло мерзкое чувство опасности, наползающее откуда-то со стороны и мучившее её с самого утра. Но там, на поляне, мои друзья! Там я! Или это не я? Может, права Юлёна: нам это всё снится? Не снится! Маша вдруг ясно почувствовала смертельную угрозу, исходящую от МЧСников или кто они там. Тот шарик был их! Да, их! Вот фигуры в скафандрах обнаружили пропажу шарика, рассыпались цепью и двинулись к дубу, выставив вперёд свои огнемёты, или как их там. Вот она, другая война! А дерево нас защищает!

Мигом пролетели перед Машей все её вчерашние ночные грёзы и упования. Это всё Юлёна и Леночка Сергеевна возбудили в ней внезапный интерес к своей исключительности, к своей тайне. Жрица Луны! – думала Маша, лёжа на своей жёсткой постели, и долго не могла уснуть. Уже когда смывала макияж «сестрицы под окном» долго всматривалась она с своё отражение в облезшем старом зеркале над рукомойником, трогала пальчиком лицо, разглаживала невидимые складочки гримасничала, изображала негу и страсть… Нет, жрица она или не жрица, а не хочет она, как Юлёна, терять невинность с первым встречным-поперечным, без ухаживаний, свиданий, томления – ну как положено! И вообще не нравятся ей спортсмены – все метят в метросексуалы. Ей хочется правильного мальчика, пусть боевого, но правильного, без гонора и заскоков, как Сергей Сергеич. Точно! Как Сергей Сергеич, только молодой. Я же на всю жизнь вперёд полюблю – на долгую-предолгую жизнь! Решено! Чтобы он был к старости как Сергей Сергеич: правильный, здоровый, надёжный, умный, с юмором, честный и крепкий, как этот дуб. Только я-то сама? Я же в школьном спектакле изображала раскидистый дуб, ветками-руками махала: вот и все мои таланты. Петь так и не научилась толком. «Ты пой – не кричи!» – всё время одёргивал педагог, и в конце концов выгнал. Нужно маму познакомить с Сергей Сергеичем, он вдовец… Сказал Сергей Сергеич: есть масло, значит, нужно есть масло – всё! Растущий организм – как без масла? А я всё «нравится – не нравится», «хочу – не хочу», а давно пора: «так надо!» Женихов мне подай! «Взрослая»! А масло за меня Юлёна есть. Вот она взрослая! А я маменькина дочка. Вот приедет мамочка в следующее воскресенье – и познакомлю с Сергей Сергеичем. Хватит ей жить одной – ради меня. Я эгоистка: думаю о себе. А о ком ещё? Кто мой отец? Где вся родня, как у всех людей?..

– С ума сошёл?! – свирепо прошептала Юлёна Ивану, когда тот стал целиться из своего аппарата. – Стрелять своими паучками по новым скафандрам. Десантники напорют нам задницы – не малолетки с Батоном.

– Это не МСЧники, а пришельцы! – прошептал Иван. – Нас могут похитить!

– Точно рехнулся на своей технике, – заявила Юлёна и начала вставать.

– Ой, я посеяла свой камень, – сказала Маша. – Всё ваши игры в шпионов! Где теперь его в траве найдёшь?!

– Пригнись! – прошептал Иван Юлёне. – Всё, нас обнаружили…

– И с той стороны двое подбираются, – сказала Юлёна, кивнув на перебегающих поляну Револа и Нибару. – Ну, эти мелкие, не опасны: я их одной левой уложу. Вы кто?!

Не отвечая, Револ кинулся к стволу и стал звать:

– Мария! Мария!

– Вот Мария! – возмутилась Юлёна. – Ты ей почти на голову наступил! Ещё один бабахнутый! Вы из какого отряда?

– Мария! – крикнул в отчаянии Револ. – Проведи кристаллом по коре дерева!

– Я его потеряла, – сказала Маша, шаря в траве. – Что я маме скажу?

– Маш, вот твой камень! – вскрикнула Юлёна, протягивая руку к кристаллу в руке Нибары. – Когда успела найти? Это Машуня его уронила – отдала быстро!

– Это другой кристалл, – сказала Нибара. – Им не откроешь вход к источнику…

– Мария, быстрей открывай, нас обходят! – крикнул в дерево Револ и в отчаянии стукнул по нему кулаком.

– И этот аппарат не работает, – чертыхнулся Иван и бросил своё оружие в рюкзак. – Утром проверял: работал…

– Атака! – крикнул Револ. – Все прижмитесь к стволу! Мы или другие!

– Церола, спасай! – взмолилась Нибара, обнимая ствол.

– Вот и закончилась моя миссия, – сказала Церола. – Вместе с гарантийным сроком… Вам сюрприз, угласята! Астромузыка!..

Едва все прильнули к стволу, раздался ужасающий рёв, поднялся ураган, разразилась сухая гроза: всё на поляне поплыло и заколебалось, в воздух полетела земля, трава и сухая листва, у ослепших людей волосы встали дыбом, бандана с головы Нибары сорвалась в звуковорот…

– Вертолёты и пожарные машины подошли! – закричала Юлёна. – Сейчас будут поджигать и тушить! Ой, ящерица за шиворот упала!..

– И мне в рукав залезла ящерица, – крикнул через шум Иван, – только ей хвост оторвало…

В этот миг, незамеченная всеми, потусторонняя Маша вышла из дерева с слилась с Машей земной.

– Я нашла кристалл! – закричала Маша.

– Открывай! – крикнул Револ. – Или конец!

Глава 6. В мире мавелов

Маша провела кристаллом по коре и в тот же миг вся компания очутилась в другом мире.

– Ой, за нами чудовища гонятся! – крикнула Нибара брату.

– Ясеры: с учебного сна помню! – ответил Револ. – В эволюции Мероны их не было. Бежим!

Но куда там! Брат с сестрой барахтались в пространстве, не ощущая под собою тверди.

– А они кусаются?! – Нибара, беспомощно кувыркаясь, в ужасе смотрела на стремительно подлетающее к ней чудовище.

– Своих не узнаёте?! – заревел знакомым голосом первый ящер.

Одна Маша, уже побывавшая здесь, спокойно обернулась и узнала в приближающихся к ним ящерах Юлёну и Ивана. Если красава Юлёна, расправив перепончатые крылья и руля длинным хвостом, планировала, как самолёт на военном параде, то Иван был без хвоста, и без руля его болтало, заваливало и переворачивало – летел почти кубарем. Оба оказались голышом, как несколько мгновений назад упавшие на них ящерицы.

– Я дракон, а не ящер! – гневно взревела Юлёна, каким-то чудом тормозя раскрытыми крыльями. Она всё же не смогла остановиться полностью и слегка врезалась в Револа, порядочно его зашибив и отбросив. – Нашли рептилию! Драконы не кусаются – мы вам не собаки какие-нибудь! Видели, какой у меня модный гребень?! А неуспевающим по зоологии могу преподать наглядный урок!

– Вот дурища-то! – бурчал Иван, трогая когтем свои чешуйки на груди. – Модный гребень… А я не могу на людях без трусов.

– Где твоя, василёк, бандана? – надвинулась драконша на Нибару. – Нашему другу нужно чем-то срам прикрыть.

– Не знаю, где бандана, – промямлила в полном ужасе Нибара.

Она сообразила, что отбиться не хватит сил, а отступать некуда. Её брат никак не мог приблизиться, да и чем, лишившись большей части магических сил, он смог бы помочь? Бесхозная грива волос Нибары, как в воде, растеклась во все стороны.

– Тогда свяжешь ему плавки из своих волос! – приказала Юлёна. – Маловато шерсти, но на фиговый листок хватит. Машунь, достань-ка ножницы!

Вещи – рюкзачок и пакет – остались у одной Маши. С ножницами для ногтей и маленьким зеркальцем в огромных лапах с ужасными, как кривые ножи, когтями, Юлёна приблизилась к трепещущей Нибаре:

– Не дёргайся, а то ненароком пораню! – Юлёна грозно прищурилась и подняла свой хвост восклицательным знаком. – И загремишь в медпункт на второй день смены. А врачиха у нас ещё та: всем симулянтам для начала норовит поставить трёхлитровую клизму! Держи зеркальце – любуйся моей работой. Машунь, подставь свой пакет. Знаешь, василёк, как в армии новобранцев стригут? Была грива до пояса, станет карэ… нет, сразу ёжик! Сама не разберу: почему вы оба мне с первого взгляда так не понравились?.. Говорите с акцентом. Вы из Прибалтики?