"Седьмая колыбель"

– Какую Марию? – удивилась Нибара. – Машу!

– Маша – уменьшительное имя от Марии. Ещё она Машуня, Машенька, Маня, Маруся…

– Вот путаницу развели! – сказал Револ. – Это вместо одного имени по коду-идентификатору. Мария лучше – без шипящих. А почему ты не послала в автобус роботов – для охраны кристалла?

– Мои роботы не спасут от зортеков, скорее наведут на след. Это простейшие самоделки: даже земляне сочли бы их табуретками – и по форме, и по интеллекту. Зортеки ищут нас, чтобы найти кристалл. Ну а теперь, кандидат в хранители, твоя забота – оберегать Машу.

– Она, конечно, дочь Тимберлитты, но нам нужен кристалл, а не Мария, – сухо ответил Револ. – Она даже не маг, по всему видно – простая девочка.

– А в магической процедуре Маша должна участвовать наравне с твоею сестрой, – возразила Церола.

– Чем она будет участвовать?

– Природой своей! И с того момента начнётся её магическое воспитание.

– Какая Земля красивая! – восторгалась Нибара. – Не хуже Мероны.

Девушка смотрела на белоснежные облака и беззаботно летающих птиц, на озёра с прозрачной водой, на яркую зелень деревьев и трав, и невольно встала картина разорения родной планеты, и тогда слёзы хлынули по её бледным щекам.

Но Церола не дала расслабиться. Она показала астронавтам эпизоды с поединком на футбольном поле и концерт у ночного костра. Потребовала запомнить друзей Маши и произношение слов. Возникли проблемы с шипящими. Слова «щенок» и «сынок» на меронийский слух звучат одинаково, и содержание можно понять только из контекста всего предложения. Пока тренировали произношение, роботы скроили для десанта одежду. Только васильковые волосы девушки могли бы вызвать подозрение у землян, но Нибара, просмотрев причёски у девушек на зарядке в лагере, нашла вариант с модным завязыванием банданы. Непослушные пряди все-таки вылезли, но это, по оценке дотошной Церолы, будет смотреться землянами даже гламурно.

– Смотрите, – закричал Револ, – их привязали к дереву! Да на этой Седьмой никаких зортеков не нужно! А где?!.. На шее Марии кристалла нет! Десантируемся немедленно!

– Если мы сядем сейчас, зортеки нас тут же обнаружат, – предупредила Церола. – Один из их кораблей где-то рядом. А главное: мы ещё не нашли вход в другое измерение. Маша его тоже не знает. Учтите, если сядем…

– Зачем нам вход к источнику, если потеряем кристалл или Масу… Марию? – сказала Нибара, решительно двинувшись к шлюзовому отсеку. – Выходим!

– Мы обнаружены! – доложила Церола. – Теперь не удерёшь. Обнаружены, но пока что не идентифицированы – атаки сразу не будет. И я их засекла! Закладываю координаты противника… Один линейный корабль из последней серии: можем попробовать справиться…

– Кристалл на месте! – закричал Револ.

Нибара вернулась к экрану и остолбенело смотрела, как Юлёна в вертикальном шпагате вниз головой пальцами ноги выудила кристалл из кармана Маши и засунула его в рот Ивану.

– Как большая девочка обращается со святыней! – прорычал Револ. – Такое видеть!..

– А ты ругал меня про запрет на око, – проворчала Церола. – Никогда б в жизни такого не увидел.

– Церола, ты точно знаешь, что у землян есть позвоночник? – не могла прийти в себя Нибара.

– На Земле одни нарушения! Я эту Юлёну без костей по кодексу накажу! Садимся в овраг, – приказал Револ, – чтобы не сбили. А око… пусть ещё поработает.

– Вот это уже команда! – удовлетворённо сказала Церола и посадила корабль в глубокий овраг неподалеку от поляны с землянами. – Пусть земной ветер принесёт вам удачу! Мы или другие!

– Мы или другие! – крикнули Револ и Нибара, и вышли из челна.

Вместе с запахами, звуками, видами, сразу все материи и образы тонкого мира Земли пронизали невеликих магов с Мероны.

– В учебном сне Земля была немного другой, – сказал Револ, пошатываясь.

– У меня кружится голова, – тихо сказала Нибара.

– Зортеки искажают поля, включите и отрегулируйте адаптаторы, – подсказала Церола. – На Земле планетарное притяжение выше, чем на Мероне и Оларе, давит сильнее. Зато состав воздуха благоприятней, чем у нас. Задаю маршрут движения и картинку…

Впереди каждого из десантников возник небольшой экран, на который от ока передавалась картинка. Астронавты увидели, как, ломясь через кусты, к лагерным разведчикам бежит крепкий парень.

– Девчонки! – закричал парень. – Я нашёл её!

– Ты где шлялся?! – с напускной строгостью напала Юлёна на парня. – Мы здесь кровью обливаемся, – она ткнула в лицо запыхавшегося парня окровавленную салфетку, – а он где-то носится. Не буду с тобой вечером танцевать! Девочкам в этой жизни всё самим приходится делать. Кавалер, тоже мне!

– Да я… я, как только смог, – опешил парень. – Батон переправлялся за ручей, а я сбежал. Я нашёл летающую тарелку!

– Я, я! Штангист называется, – скрючила презрительную рожицу Юлёна. – А туда же: травы нанюхался.

– Тарелка, как в кино! Я не думал, что она такая здоровенная.

– Тарелку плотник ещё не сколотил, – сказал Иван. – И диаметром она будет всего два с половиной метра.

– Нет! Здоровенная: с семиэтажный дом, чуть ниже дубов. Я возвращался к вам другим путём, немного отклонился…

– Вот жалко, что не взял камеру или фотик, – съязвила Юлёна, – ни нас с Машуней не запечатлел, ни тарелки. Кому я на поляне фигуры выделывала? Кол с минусом в дневник тебе, мальчик. Свободен! Мы, как видишь, и без твоей помощи обошлись.

– Я побежал в лагерь: доложу в отряд.

– Стой! – сказал Иван. – А следы на земле видел – как тарелку везли?

– Следов нет, кажется. Она на поляне стоит: наверное, грузовым вертолётом спустили. МЧСники в этой смене постарались!

– А люди рядом были? – настаивал Иван. – За тобой никто не гнался? Какое-нибудь движение видел?

– Да нет, я к вам торопился – приближаться не стал.

– Ну, Леночка Сергеевна! – воскликнула Маша. – Хитренькая, хотела нас обмануть: «Двенадцать листов фанеры привезли…»

– Поэтому нам за ручей и не разрешали идти, – подытожила Юлёна. – А в последний момент перед игрой дали бы в конвертах новое задание – переправиться через ручей…

– Мостика же нет, – сказал весь в сомнениях Иван.

– Девчонок бы Сергей Сергеевич в лёгкую на плечах перенёс.

– Где тарелка стоит… лежит? – засобирался Иван. – Отведи меня. А вы, девчонки, оставайтесь здесь.