Сердце с глушителем

– С сыном проблемы? – с сочувствием спросила Лариса.

– Да! – Алевтина махнула рукой. – Избаловала на свою голову. Ничего делать не хочет, институт бросил, не работает, только деньги просит. Ну ладно… Как у вас, удалось что-нибудь выяснить?

– Вскрылись кое-какие факты, – осторожно начала Лариса. – Вот решила с вами поделиться. Возможно, вы что-нибудь проясните.

Она подробно рассказала все, что ей удалось узнать от Алексея и чешской полиции.

– Ну, то, что Павел звонил, это я знаю, в этом ничего такого нет, – тут же ответила Байбакова. – У них дела там свои были… Насчет истории с машинами – это я тоже знаю. Только не понимаю пока, какое она может иметь отношение к смерти Виталия, все-таки сколько лет прошло. Этот таинственный бородатый мужчина… Да нет у нас таких знакомых! К тому же если он типичный неформал, то Виталий с такими вообще не общался.

– Ну, насчет неформала вы подождите. Он, может, и совсем здесь ни при чем, его просто видели в том городе. А это, сами понимаете, ничего и не значит. Тут вот что, Алевтина… Алексей мне рассказал – мельком – о какой-то давнишней истории, случившейся с Виталием в Чехии еще в восьмидесятые годы, в молодости. По-моему, у него был там роман с какой-то чешкой. Вы ничего об этом не знаете?

Алевтина сделала большие глаза и недоуменно покачала головой.

– Нет, не знаю. Но… Даже если и был, то какое это теперь имеет значение? Ведь прошло больше пятнадцати лет! Да они бы, наверное, сейчас даже и не узнали друг друга.

– Конечно, в ваших словах есть логика, – кивнула Лариса. – Но, с другой стороны, подумайте – какие у него еще могли быть там дела? Ведь не было у него в Чехии других знакомых, вы же сами говорили. И Алексей это подтверждает.

– Но… Он говорил, что собирается в футбол там поиграть… – неуверенно заметила Байбакова.

– Дело вот в чем, Алевтина, – мягко, но решительно сказала Лариса. – Насчет футбола Алексею пришлось немного покривить душой. Дело в том, что Виталию позвонил какой-то человек, какой-то русский. И после этого он попросил брата занять вас на время, пока его не будет. Кстати, вернуться собирался скоро.

Видя, что у Алевтины начали нервно по-драгивать руки, Лариса поспешила ее успокоить:

– Да не волнуйтесь вы так! Я же вовсе не хочу сказать, что он от вас поехал на интимную встречу с какой-то женщиной. Это тоже было бы несколько нелогично – встреча через столько лет, к тому же ехал он с вами, со своей невестой… Нет, там явно что-то другое. Но я полагаю, что связь с той таинственной женщиной – самая прямая.

– Да почему вы так уверены, что здесь замешана та женщина? – чуть ли не со слезами на глазах воскликнула Байбакова.

– Возможно, что и не она сама. А кто-то, знавший о ней, – задумчиво сказала Лариса. – В общем, гадать нечего, нужно проверять эту версию. Но вот как – я пока не знаю. Ведь неизвестно даже имя той чешки. И Алексей ее не знает. Мать их умерла, словом, не знаю, к кому и обратиться.

– А может быть, Сергей знает? – предположила Алевтина. – Хотя вряд ли, они же на ножах все время были. Скорее Равиль… Да, наверное, Равиль. Ведь они как раз и сдружились тогда, в юности. И всегда дружили. Вот у него и спросите. Но он ничего не говорил, – задумчиво проговорила Байбакова.

«Ну конечно, не говорил, зачем он будет это говорить, – тут же подумала Лариса. – Действительно, столько лет прошло».

– То есть вы пока далеки от разгадки? – уточнила Алевтина.

– К сожалению, да. Но версии кое-какие появились, и именно ими я и займусь.

– Если вы насчет той женщины, то вряд ли это правильно, – упрямо повторила Байбакова. – Они же давно расстались, что их может связывать?

– Но ведь кто-то позвонил Виталию, и он откликнулся на этот звонок.

– Но вы же сами сказали, что это был русский человек, к тому же мужчина. При чем тут та чешка? Если она вообще была?

– Вот это я и должна установить, потому что тот самый человек, который звонил, наверняка и есть убийца.

– Ну, это уже и я догадалась, – немного нервно отреагировала Байбакова. – Вот только кто он?

– Вы не волнуйтесь, я продолжу заниматься делом, а вы ждите спокойно. Займитесь пока сыном, раз уж с ним такие проблемы образовались.

– Ох! У нас уже давно… проблемы. Даже не знаю, как с ним разговаривать, – махнула рукой Байбакова.

– Ну, желаю удачи, – поднялась Лариса. – Проблема взрослых сыновей, конечно, серьезна. Как только что-нибудь появится, я вам позвоню.

Алевтина проводила ее до дверей, и женщины распрощались.

* * *

После визита к Байбаковой Лариса сразу поехала в ресторан, где ее первым встретил администратор в крайне раздраженном состоянии. Он поднял на нее свои воспаленные глаза, выдержал паузу и как-то многозначительно произнес:

– Здравствуйте, Лариса Викторовна.

Это означало, что администратор недоволен ею, но в силу определенных причин прямо высказаться не может. И еще – Лариса должна сама догадаться, почему Степаныч гневается. Одну из причин Лариса знала – очередной водоворот криминальных событий заслонил собой ее непосредственные обязанности директора ресторана. О второй причине Котова и не подозревала.

Эту причину Степаныч раскрыл довольно быстро. Будучи вызванным Ларисой для отчета, он нашел «окно» в разговоре, прицепился, как обычно, к какой-то фразе и с нотками вызова в голосе, подкрепленными шумными выдохами, проговорил:

– А мне вот… Жена бывшая… В очередной раз… В приглашении отказала.

– Куда? – сначала не поняла Лариса.

– В Израиль, – мрачно ответил администратор, сверля начальницу глазами. – А там, между прочим, уровень жизни выше, чем здесь, в несколько раз. И зарплата… тоже.

– Почему же она тебе отказала?

– А потому, что… вы виноваты, вы! – эмоционально выплеснул наконец Дмитрий Степанович затаенную в сердце обиду.

Он тут же вскочил и, нервно бегая по кабинету вокруг Ларисы, заговорил, яростно жестикулируя:

– Я же говорил, говорил, что мне нужна ваша помощь! Я предупреждал, что ожидаю визита важного для меня – для меня! – подчеркнул он, – человека. А вы просто отмахнулись, потому что вам плевать на людей! А на своего администратора тем более. У вас одни авантюры в голове! А я страдаю! Главное, мне в Израиль нужно, а вы…

– Стоп, Дмитрий Степанович, – остановила его Лариса. – Я тебя понимаю, но ты все-таки постарайся успокоиться и расскажи мне, что там у тебя получилось. И вообще я хочу заметить, что ничего не слышала от тебя насчет приезда бывшей жены и связанного с ней переезда в Израиль.

Степаныч шумно выдохнул, плюхнулся на стул и, почесав в затылке, заговорил уже спокойнее.

Из его слов Лариса наконец-то смогла уяснить, что Городов с замиранием сердца ждал приезда своей первой жены из Израиля. Он уже созвонился с ней заранее и пригласил в «Чайку». И для этого Степанычу нужно было получить от Ларисы некоторые атрибуты – предметы одежды, сотовый телефон, а также Ларисину «Ауди» на вечерок. Словом, все то, на что тратиться Степанычу самому совершенно не хотелось. Не говоря уже про «Ауди». Но за суетой и нервным возбуждением в подготовке к мероприятию он совсем забыл сказать об этом Ларисе заблаговременно. А потом Лариса уехала в Чехию, и Степаныч остался наедине со своими проблемами. А ведь, по замыслу Степаныча, Лариса должна была расхвалить своего администратора перед Соней на все лады, для того чтобы та впоследствии, уже в Израиле, дала Дмитрию Степановичу рекомендацию в лучший ресторан Эйлата.