Сердце с глушителем

– Тут вот… Дама к вам… По личному делу, – проскрипел администратор, бросая какие-то непонятные взгляды исподлобья то на стоявшую рядом с ним Берендееву, то на саму Ларису.

Котова, давно знавшая Степаныча, понимала, что эти взгляды, равно как и шумные выдохи между краткими фразами и междометиями, означают скорее всего намеки на «стебанутость» посетительницы. В принципе, Степаныч многих людей, хоть как-то выбивавшихся из серой массы, зачислял в «стебанутые», но здесь Лариса готова была с ним согласиться. За редкие моменты их встреч она убедилась, что у этой женщины все же не все в порядке с головой.

Но сама Берендеева не почувствовала скептического отношения к себе Степаныча. Она улыбнулась и, изобразив некий манерный жест в сторону Городова, почти пропела:

– Дмитрий Степанович показал мне дорогу к вам. Я очень рада, что наконец нашла вас…

– Здравствуйте. Дмитрий Степаныч, все, можешь идти, спасибо…

Городов шумно выдохнул, усмехнулся, покачал головой и исчез за дверью. «Все как обычно, – подумала Лариса. – Люди не меняются».

– Вы заинтригованы моим приходом? – почти весело спросила Маргарита.

– Конечно, – постаралась польстить Берендеевой хозяйка кабинета.

– Я могла бы хранить интригу дольше, но боюсь отнимать у вас время.

– Лучше сразу к делу, – поддержала витиеватую фразу посетительницы Лариса.

– В таком случае, – Маргарита резким и порывистым движением выхватила из сумочки сигарету, щелкнула зажигалкой и без спроса закурила, – у меня для вас есть информация по делу Виталия Соловьева.

– И в чем же она заключается?

– Я знаю имя убийцы, – фраза Берендеевой была окрашена в радостные тона.

«Только бы это не оказалось бредом, – тут же подумала Лариса. – Очень неприятно прорабатывать бредовые версии. Хотя… Посмотрим, насколько правильны мои предположения».

– И кто же он? – с интересом спросила вслух Котова.

– Мой муж, Павел Николаевич Берендеев, – как-то скорбно ответила Маргарита, поджав уголки губ.

– Я предчувствовала этот ответ, – сказала Лариса.

И, вздохнув, продолжила:

– Вероятно, вы думаете так потому, что ваш муж узнал о любовной связи между вами и Соловьевым и решил устранить проблему. Нет человека – нет проблем, так? Я правильно рассуждаю?

Маргарита нервно бросила сигарету в стоявшую на столе пепельницу.

– Вы умная, – сказала она.

«Сказала бы я, какая ты, – промелькнуло в голове у Котовой. – Но не буду этого делать, потому что это противоречит правилам этикета».

– Павел сказал мне, кто вы. И я, сопоставив факты, пришла к определенному выводу. А потом я начала вас искать. Вас не было в городе, об этом мне сказал ваш администратор. Я его атаковала несколько дней подряд.

«Бедный Степаныч! – подумала Лариса. – Сколько на него всего свалилось. Видно, он так переживает облом с Израилем, что даже забыл мне рассказать об «атаках» незнакомой бабы. А сие на него совсем не похоже».

Вслух же она спросила:

– Какие же факты вы сопоставили?

– Дело в том, что Берендеев отсутствовал в городе в то время, когда убили Виталия, – четко произнесла Маргарита.

– И вы хотите, чтобы я проверила его алиби?

– Я хочу, чтобы он сел в тюрьму, – в глазах Маргариты заиграли мстительные, злые огоньки.

– Я, конечно, проверю эту версию. Собственно, я и раньше хотела ее проверить… У вас, кроме предположений, ведь никаких улик больше нет?

Маргарита отрицательно покачала головой.

– Я подумала о том, что между вами и Соловьевым что-то было, уже тогда, на поминках. Извините, но вы вели себя совершенно несдержанно. Очень по-женски… А потом ваша истерика, когда я пришла к вам домой. Все было слишком очевидно.

– Может быть, – стыдливо призналась Берендеева, опуская глаза. – Но я… Самое интересное, что… я с ним не спала. Ни разу… И очень об этом жалею.

– Вот как? – подняла вверх брови Лариса. – А…

– Я… Я расскажу вам подробнее о том, что между нами происходило.

От уверенной в себе и куда-то вечно летящей Маргариты, которая зашла в сопровождении Степаныча в кабинет Ларисы, не осталось и следа. Она была поникшей, расстроенной, запиналась, закусывала губы, в общем, на нее жалко было смотреть.

– Но я его любила все равно, – продолжала свое Маргарита. – Он был чувственным самцом, не похож на других. Этакая глыба.

– Этакий матерый человечище? – вырвалось у Ларисы.

Маргарита с недоумением посмотрела на нее. Она, видимо, впервые слышала эту фразу, не знала, к чему она.

– Ничего, ничего, это я о своем, – поспешила успокоить ее Лариса. – Извините, продолжайте.

– Ну почему мне так не везет с мужиками! – неожиданно повысила голос почти до визга Маргарита и всплеснула руками. Похоже, к ней начало возвращаться первоначальное приподнято-истерическое состояние. – Раз в сто лет нормальный мужик появился, и тот меня не захотел! Это же просто ужас какой-то!

– Ладно, оставим это в покое, – перебила ее Лариса. – Почему вы все-таки считаете, что это сделал Павел Николаевич? Вы же не были с Соловьевым любовниками. Зачем же ему убивать того? Откровенно говоря, я не очень понимаю, зачем ему убивать, и вообще, он что, такой ревнивец?

Лариса не очень доверяла словам Маргариты – те немногие моменты, когда жизнь сталкивала ее с этой женщиной, не давали повода для восприятия ее всерьез. Поэтому она решила задавать ей разные вопросы и просто наблюдать, как Берендеева на них реагирует.

– Мужчины все ревнивы, – пожала плечами Маргарита. – Впрочем, Павел Николаевич был убежден, что между мной и Виталием что-то есть.

– Это вы ему на это намекали? – усмехнулась Лариса.

Маргарита промолчала, увела взгляд в сторону и нервным движением выхватила сигарету из пачки.

– Он сам заявлял о том, что убьет его…

– Стоп! – остановила ее Лариса. – Кто убьет? Кого? Когда говорил?

– О боже мой, эти милицейские вопросы! – вдруг воскликнула Маргарита. – А скажите, вы где-нибудь учились на частного детектива или занимались самообразованием?

«Да, похоже, придется отсеивать как минимум половину того, что она говорит», – со вздохом констатировала про себя Лариса.

– Ну, не хотите отвечать и не отвечайте! – любезно разрешила Маргарита. – А Берендеев все равно виноват!