Шабаш

– О! гости, - улыбаясь красными полными губами, проговорила волшебница.
– Какой приятный сюрприз! Я никого не ожидала в ближайшие девять лет четыре месяца и двадцать два дня.

– Да где тебе!
– пробурчала ведьмочка себе под нос, невзлюбившая красавицу с первого взгляда.

– Путь до моего дворца труден, - продолжала волшебница, скривив лицо в брезгливой гримаске при виде старика, коротким взглядом охватив фигуру ведьмочки и после этого обращаясь исключительно к Принцу, - вы, наверное, устали и проголодались.

Она дважды хлопнула в ладоши, и в уютном уголке, устланном коврами, возник низкий столик. Он был поставлен так умело, что в ярком солнечном луче блестели капельки росы на розовых ломтях рыбы, и темные косточки просвечивали в янтарных кистях винограда, и сладкий жир тек по кускам дымящейся баранины, и сверкали гранями кубики льда в хрустальных графинах воды. А места вокруг столика, с подушечками и валиками, оставались в полумраке, чтобы солнце не било в глаза обедающим.

Ведьмочка, умирающая от жажды, схватила графин и стукнулась зубами о его толстое хрустальное горло.

– Прошу!
– пригласила волшебница с обворожительной улыбкой, будто и не заметила неучтивости.

Старик цокал и качал головой, выражая свое отношение к ведьминой невоспитанности, но та, пока не выпила воду до капли, не оторвалась от графина. Ухнула и последней плюхнулась на место.

Сама хозяйка почти ничего не ела, она только отщипнула от веточки ягоду винограда и сделала глоток вина, но очень заботливо и любезно потчевала гостей. Увидев, что гости ее насытились, она, придерживая длинные белые рукава, налила еще вина в хрустальные бокалы, и солнечный свет сиял на ослепительно белых, прекрасных руках и мерцал в рубиновой глубине вина.

– Дорога ко мне несколько неудобна и бывает проезжей только один раз в двенадцать лет для Бродячего Торговца. В тот день я наполняю для него флакончики ВЭМ, а он привозит мне последние новости и рабыню или раба. К сожалению, этот раб или рабыня не долго скрашивают мое одиночество. Скоро я опять остаюсь одна в моем дворце.
– Волшебница обвела глазами пышный зал и вздохнула.
– Поэтому не удивляйтесь, что гости для меня всегда желанны. Но, я должна спросить, что привело вас ко мне?

– Нам нужно ВЭМ, - правдиво ответил ей Принц.
– ВЭМ и тот кусочек карты, что хранится у тебя.

– Ах, Эликсира, пожалуйста, сколько угодно! Мне не жалко. Но кусочек карты...

Волшебница по очереди, пристально посмотрела на каждого из гостей своими темными, блестящими глазами, отодвинулась подальше от солнечного света, улыбнулась и отпила вина.

– ВЭМ, - сказала она после паузы, - это награда за смелость, но кусочек карты имеет иную цену.

– Я готов, - просто ответил Принц.
– Назови ее.

Волшебница слегка наклонила голову к плечу, точно в сомнениях.

– Я отвечу на этот вопрос завтра утром, - проговорила она, сияя в полумраке загадочными глазами, - а теперь я предлагаю вам освежиться сном.

Она снова хлопнула в ладоши, и столик пропал, но появились три постели, разделенные шелковыми занавесями.

– Смойте дорожную пыль и усталость, - и опять хлопнула в ладоши. Три ванны, разделенные ширмами, очутились возле бассейна.
– Отдохните.

И исчезла. Волшебница!

В ванне тихо плескалась розоватая, пахучая вода. Несколько мгновений ведьмочка простояла в нерешительности, затем быстро освободилась от балахона и погрузилась с головой в прохладную воду. Она чувствовала, как тело ее приятно покалывает ВЭМ, и с каким-то необычным волнением думала, что она почувствует, увидит, будет думать, когда выйдет из ванной.

Услужливо явилось большое зеркало в позолоченной оправе. Ведьмочка придирчиво осмотрела себя со всех сторон. Она была юна, но и с ее молодостью ВЭМ сотворил чудо: тело ее сияло прелестно, неотразимо. И ведьмочка испытала неожиданное удовольствие. Она мельком подумала, что Шабаш осудил бы ее за этот поступок, и порадовалась, что сороки нет рядом, и некому донести.

В среде ведьм было не принято обращать на внешность большое внимание. Многие, наоборот, старались сделать знаки своей профессии заметнее и отращивали носы, оттягивали до плеч мочки ушей, разводили огромные бородавки. Люди должны с первого мгновения понимать, кто перед ними, и трепетать. Разве почувствует человек настоящий страх, когда перед ним ангельское личико и льняные кудри? Тут, всего скорее, он размечтается о вещах непристойных. Вот потому особенным уважением пользовались те ведьмы, которые сумели довести собственную внешность до профессионального идеала. Чаще всего ведьма получала в свое распоряжение средства для этого только тогда, когда и без всякого колдовства лицо принимало требуемый ведьмовской модой вид, - в старости, а до этого времени ограничивалась жесткими длинными волосами на подбородке и парочкой мясистых бородавок на носу. Конечно, были и исключения. Но они только подтверждали правило: кто же будет всерьез относиться к хорошенькой женщине!

Она заставила себя выкинуть из головы мысль о своей женской природе, сулящей иную стезю в жизни, забралась под прохладные простыни и попыталась заснуть. Это оказалось не так-то легко. Во-первых, шепот и нежные, любовные вздохи бродили по темному залу. Во-вторых, с половины ночи кое-кто пьяным, козлиным голосом заблеял разухабистые куплеты. Ведьмочке пришлось очень потрудиться, чтобы остаться в постели. Ей хотелось намылить, и как следует, голову этому беспокойному и бездарному певцу, а еще больше - задать жару неугомонной парочке.

И на самой зорьке невыспавшаяся, злая ведьмочка натянула на себя грубый балахон, глубже, чем обычно, надвинула на лицо капюшон.

От бассейна доносился храп. Звездочет сидел на полу, вытянув ноги и опираясь спиной на мраморную стенку бассейна. На животе у него заночевала фляжка. Изношенный балахон его залит темно-красными винными пятнами. Ведьмочка пнула его, стараясь попасть под ребра.

– Эй, соловушка, просыпайся!

Звездочет всхрапнул, словно выругался. Но ведьмочка тормошила его, пока не добилась своего.

– Чего тебе?
– раздраженно буркнул Звездочет, разлепляя красные глаза.

– Нам ехать пора.

Звездочет нащупал на груди флягу, побулькал ее содержимым и жадно приник губами к горлышку.

– Чего же ты не искупался в бассейне?
– спросила ведьмочка, когда звездочет отпустил порожнюю фляжку, и попробовал встать на ноги.

– А на кой ляд нужна мне молодость?
– пробурчал старик в ответ.

Ведьмочка не успела ему ответить. Ее занял иной разговор, происходивший за шелковыми занавесями.