Шпион

— А больше мне и не надо, — кивнул он, вытряхивая на ладонь две крупинки. — Придержишь, если что?

И тут же закинул кристаллы в рот.

Глава 7

Второй день совместного путешествия уже подходил к концу, когда Рин все-таки рискнула вернуться к разговору, заставившему ее сильно задуматься еще при отъезде из Сонресорма. И которого до этого она старалась всячески избегать.

Но ведь не зря говорят: общие трудности сближают. И хотя предельно комфортное путешествие сначала на дирижабле, а потом в новом, не потрепанном еще дорогами дилижансе трудностями можно было назвать лишь с натяжкой, тем не менее… Поездка есть поездка. Без хлопот, часто крайне докучливых, не обходится никогда. Вот они-то их с бабушкой и сплотили, причем так, что уже на подъезде к крепости Таронка Рин к неприятной теме вернулась:

— Госпожа Шарот, а ведь вы меня тогда проверяли, так? Когда про господина Олифауэлла расспрашивали? — Смотрела девушка при этом в окно, не на собеседницу. — Не поверили? Решили, что я пытаюсь оправдаться в собственных грешках?

И, получив в ответ лишь загадочную улыбку, продолжила:

— А Эрдари? Он тоже мне не верит?

— Верит. Он — верит. — Пожилая леди коснулась ее руки, заставив обернуться и глянуть прямо в глаза. — Интересно, а ты ему в подобной ситуации поверила бы?

Рин открыла рот, чтобы сразу согласиться — мол, конечно, а как же иначе… и тут же прикрыла его обратно, снова всерьез задумавшись. Вот умела бабушка задавать неудобные вопросы!

Впрочем, пару минут спустя она все равно кивнула:

— Да. Поверила бы. И знаете, я вот сейчас решила, что мне вообще без разницы, с кем он там может спать… или не спать… Важно, чтобы любил он только меня. Это главное, понимаете?

— Да, — кивнули ей в ответ с каким-то странным выражением. — Кажется, понимаю. Но совсем уж перегибать тоже не стоит. Важно-то на самом деле все, и это в том числе. Но насчет его любви можешь не сомневаться, как и насчет его доверия: похоже, в этом плане мальчик все-таки больше ресс, чем лорд. А у них по-другому не бывает, если ты его женщина.

Норин тихонько выдохнула, радуясь, что закрыла, наконец, тему, откинулась на мягкую спинку сиденья и посмотрела в окно уже с интересом, а не просто для того, чтобы отвести взгляд. И тут же сообразила: они почти на месте.

Небольшой гарнизон на границе империи расположился хоть и далеко от всяческих столиц, зато весьма удобно — в слегка обветшавшей, но надежной крепости со старинными, сложенными из местного камня стенами. Те благополучно простояли уже полтысячелетия и обещали легко простоять еще столько же, если сюда вдруг не подвезут тяжелую артиллерию или серьезную взрывчатку. Вот только зачем? Если с соседями мир?

Дилижанс притормозил у караулки возле ворот и высадил двух пассажирок: внутрь он проехать уже не имел права. Кучер помог дамам выгрузить не слишком обременительный багаж, попрощался и, развернув лошадок, поехал дальше, следуя привычному маршруту.

— Мальчик, — госпожа Шарот закончила пересчитывать свои баулы и наставила палец на одного из двух караульных — бритоголового, крепко сбитого дядьку лет пятидесяти, — надеюсь, распоряжения на наш счет к вам уже дошли?

Тот в ответ на такое лишь молча вытаращил глаза. Дама поморщилась.

Спас ситуацию его напарник — помоложе, но, главное, посмышленее.

— А-а… Э-э… Может, леди назовут себя?

— Может и назовут. — Бабушка перевела прицел своего взгляда на него и Рин прям как наяву услышала звук щелкнувшего затвора. — Но мне интересно, вы тут сегодня много дам ждете? Боитесь запутаться?

— Г-госпожа Шарот? — парень сообразил, наконец, что мозгами нужно шевелить быстрее, если рассчитываешь выжить под этим обстрелом.

— А кто еще? Вы ворота открывать будете? И занесите вещи внутрь, наконец.

Пять минут спустя, решив все вопросы с формальностями и выйдя из караульни с другой стороны — в крепостной двор, бабушка продолжила распоряжаться уже компаньонкой:

— Норин, девочка, ты пока прогуляйся тут немного, а я навещу коменданта этой богадельни. Полагаю, ближайшие минут двадцать нам с ним будет о чем поговорить.

— Поняла, — откликнулась она и, проводив пожилую леди взглядом, завернула за угол ближайшего здания, похожего на казарму.

— Сарош! — Первым же, на кого она там наткнулась, оказался Красавчик — младший брат Лаис и пятый ресс Ретенауи. Впрочем, насчет последнего до сих пор мало кто был в курсе. — Боги, ну как ты это делаешь, а? Все хорошеешь и хорошеешь, хотя тебе-то оно зачем? Ты ж не девица на выданье?

— Форма мне идет, ага, — улыбнулся тот совершенно неотразимо — так, как умел лишь он. И поправил новенькие лейтенантские погоны на голубом, в цвет глаз, кителе. А потом махнул рукой себе за спину: — Лазарет у нас вон там. Видишь красную крышу?

— Которая рядом с башней?

— Ага. Фаэлин тебя там уже заждалась. — И, по-братски чмокнув девушку в щечку, снова заспешил по каким-то неотложным гарнизонным делам: — Вечером увидимся!

Госпиталь нашелся сразу и ровно там, где сказали. А на пороге сразу нашлась и ресса — в медицинском переднике, обтягивающем маленький, но уже заметно выпирающий живот.

— Боги, Фэл! — обняла ее Рин, стараясь делать это осторожно. — Как же я соскучилась! А твой маленький? В порядке?

— Конечно, — с гордостью кивнула та. — Не зря же говорят, что женщины Фаон хорошо рожают.

И вдруг нахмурилась каким-то своим мыслям:

— Рожают, да…

— Что? — мигом сообразила она, в чем тут дело. — Тоже знаешь уже о той истории тридцатилетней давности?

— Двадцать семь, — поправила ее ресса. — Это случилось двадцать семь лет назад. Отец рассказывал. Очень подробно, потому что сам искал тогда наших женщин.

— Фэл, ну много же лет прошло, и эти двое… — Рин попыталась ее утешить, но вышло, увы, наоборот:

— Да какая разница, сколько там прошло?! — зло сверкнули на нее глазами. — К тому же пропали тогда не двое, а трое: одна из них была беременна.

— Что-о?! — Вот этого Рин не знала. — Они… Они тебе родня?

— Они Фаоны — мы все друг другу родня. Так что да, но не близкая.

И, перехватив еще один вопросительный взгляд, все-таки пояснила:

— Троюродный вроде… да, точно, троюродный дядя. Его семья. Жена как раз носила второго ребенка, прочили опять дочь. А старшую везли выдавать за Дардарри…

— Выдавать? Во время войны?

— Там были давние обязательства, и время уже не терпело. К тому же к нам та война прямого отношения не имела.

— Хочешь сказать, вы тогда не воевали? — Рин опять подняла брови от удивления.

— Да нет, воевали, конечно — на стороне империи. Просто именно наших интересов в ней не было. А так Дардарри, например, почти все в армии оказались, вот к одному из них Ронсту и везли… Боги! — вдруг спохватилась она, прервав себя на полуслове. — Да что ж я тебя на пороге-то держу? Проходи скорей! Сейчас тебя пирогом с грушами угощать буду. Ты же любишь груши…