Сигма
Шрифт:
— Как Вы оцениваете сегодняшнюю ситуацию с правонарушениями?
— Количество правонарушений увеличилось, это видно каждому. Все структуры власти и рядовые граждане жаждут одного: побыстрее с ними справиться. Но совершенное беззаконие не должно порождать нового беззакония. Особенно это относится к так называемым самозахватам.
Если автомобилисты на захваченных территориях самоуправно возводят гаражи, это не означает, что власть должна подогнать бульдозер и их снести. Наша задача — призвать нарушителей к порядку законными способами, все спорные вопросы решать цивилизованным путем.
В текущем году мы направили много исков по гаражам
— Расскажите о самом интересном деле года.
— Я расскажу о самом новогоднем деле. Этим летом исполняющий обязанности Московского государственного открытого университета (бывший ВЗПИ) распорядился прекратить удержание бухгалтерией профсоюзных взносов в безналичной форме из зарплаты сотрудников — членов профсоюза, хотя это было предусмотрено коллективным договором, заключенным между коллективом работников и администрацией университета.
В результате за полгода на расчетный счет профсоюза не поступило ни рубля. Сотрудники остались без материальной помощи, без путевок в санатории и дома отдыха, а их дети — без каникулярного отдыха в оздоровительных лагерях и без традиционных подарков и поздравлений к Новому году.
За нарушение прав профсоюза исполняющий обязанности ректора МГОУ В. Бейлин привлечен к уголовной ответственности по статьям 137 и 138 УК РСФСР. Дело направлено для рассмотрения в Бабушкинский районный народный суд, который, в отличие от нас, своего названия не изменил.
— А сейчас над чем работаете или над «кем»?
— Сейчас на нас обрушилась лавина так называемых квартирных дел, связанных с незаконной приватизацией и продажей жилплощади. Сплошь и рядом объектом преступного посягательства становятся разведенные алкоголики, а точнее, их квартиры. Таких людей преднамеренно вводят в состояние запоя, потом резко прекращают выдачу «дозы» и принуждают к приватизации и продаже квартиры.
Находятся нотариальные конторы, которые оформляют такие операции, сплошь и рядом нарушающие права несовершеннолетних детей. Люди сами не понимают, как их дети оказываются на улице. У меня пачка писем возмущенных нотариусов в ответ на мои представления о необходимости при регистрации сделок с собственностью соблюдать жилищные права ребенка, даже в том случае, если его отец хронический алкоголик.
На ситуацию прокурор реагирует не только представлениями в адрес некомпетентных нотариусов. Для привлечения мошенников к ответственности мы возбуждаем уголовные дела, а для восстановления нарушенного права обращаемся с исками в суд. В истекающем году заявлено более 50 таких исков. Часть из них рассмотрена, все удовлетворены. Ни один нотариус (заявленный как третье лицо по делу) в суд не явился.
Есть дела и пострашнее. Широко разрекламированная организация «Хелп» брала одиноких пожилых людей на полное обеспечение в обмен на завещанную жилплощадь. Многие клиенты благотворителей таинственным образом исчезали. Некоторые из них были найдены убитыми в лесополосе за МКАДом.
Сейчас арестованы исполнители и организатор этих преступлений Н. Курдин, бывший судебный пристав Кировского районного суда г. Москвы. Расследование продолжается.
— Владимир Владимирович, как прокуроры проводят новогоднюю ночь?
— Стараемся провести ее в семейном кругу, за праздничным столом.
— А экстренных дел в эту ночь не бывает?
— Практически
нет, все начинается утром, после трех часов.Источник
Московская окраина № 21 (60) декабрь 1993 г.
доп. «Время новостей» № 146 17 августа 2004 г. «Судьба проректора. Бывший глава МГОУ не хочет возвращаться в российскую тюрьму». http://www.vremya.ru/2004/146/51/105321.html
ПЕРВЫЙ ИНСПЕКТОР ТРУДА МОСКВЫ
— Владимир Владимирович, государственная инспекция труда по Москве создана несколько позже, чем во многих субъектах Российской Федерации, Чем это вызвано?
— Действительно, кажется странным, что столица заимела контрольно-надзорный орган, образованный указом Президента еще в первом полугодии 1994 года, почти одной из последних среди субъектов Российской Федерации. Но для этого были причины.
В соответствие с положением о Рострудинспекции кандидатуры руководителей государственных инспекций труда согласовываются с главами субъектов Российской Федерации.
В Москве такие переговоры шли несколько месяцев. Видимо, Правительство Москвы и руководители Рострудинспекции никак не могли прийти к общему решению. В конечном счете, остановились на моей кандидатуре.
Вообще подобрать юриста с практическим опытом на маленький оклад, и я это отчетливо понимаю, было трудно. «Мэтры» пытаются устроиться так, чтобы прилично зарабатывать, особо при этом не выкладываясь, и не нести большой ответственности.
Я согласился, в том числе потому, что в условиях, когда один из руководителей страны объявляет государство «ночным сторожем», а столичный начальник предлагает легализовать взятки и упразднить прокуратуру, нужно было помочь людям с иной точкой зрения. Тем более, что юридическое дело люблю, ответственности не боюсь — привык в прокуратуре.
Трудно подбирали руководителя, но еще сложнее шло комплектование штатов. Если у начальника оклад маленький, то у его подчиненных он еще меньше. Вначале к нам пришли только те люди, которые считали надзор и контроль в области трудовых прав граждан делом своей жизни. Они считали эту работу важной и нужной не только для себя, но и для общества. И таких людей к нам пришло несколько десятков. Это костяк нашей инспекции, на которых я в любой момент могу положиться, они не подведут в самой сложной ситуации.
Сейчас у нас одинаково мощные по своим полномочиям правовая инспекция и инспекция по охране труда. Общий штат московской инспекции 200 человек Мы — юридическое лицо, у нас своя бухгалтерия, отдел кадров, и хозяйственное обеспечение. Но штаты укомплектованы еще не полностью.
Если с государственными инспекторами по охране труда вопрос решается удовлетворительно, сюда перешли люди из профсоюзов, то юристов не хватает. Многие из них нашли давно работу и, естественно, к нам они уже не пойдут.
— Вы сказали, что большинство специалистов в инспекцию перешли из профсоюзов. В этой связи возникает вопрос: остаются ли у вас связи с этой общественной организацией?
— Без всякого сомнения. Контроль и надзор за соблюдением законодательства о труде и охране труда ранее осуществляли профсоюзы. Но с некоторого времени этими вопросами вообще никто не занимался. У профсоюзов не было сил и средств вести такую работу, к тому же перед ними стали стоять задачи несколько иного плана, а государственных органов контроля и надзора создано не было. Поэтому вопрос оказался как бы ничейным.