Слэпшот

Когда мы оказываемся у дверей, ведущих в зал, Гаррет останавливается и поворачивается ко мне. Он мягко касается пальцами моего подбородка и приподнимает за него мое лицо, чтобы поцеловать в губы.

– Взгляды всех на этой вечеринке будут направлены лишь на тебя, – шепчет он, не отрывая от меня взгляда.

Я нервно поглаживаю ладонью атласную ткань своего платья цвета фуксии, которое кажется неуместным во всем этом «музее». Оно держится на груди с помощью изящного корсета, а его отрезная от талии юбка добавляет платью воздушность. Мне показалось, что в этом платье я похожа на принцессу, но сейчас я вдруг понимаю, что одета неуместно.

– Потому что я совсем не вписываюсь в это место? – озвучиваю свои мысли.

– Потому что все они боятся быть яркими и громкими. А ты – нет. Ты очень красивая, Лиззи.

Он еще раз нежно целует меня в попытке приободрить, но у него не получается. Все нервные окончания накалены до предела. Я ощущаю страх. У меня такое впервые, ведь до Гаррета я никогда не испытывала к мужчине подобных чувств. И сейчас реальность накрыла мое сознание с головой: я так долго пыталась оттолкнуть его, но сейчас до смерти боюсь его потерять.

Поправив Гаррету его черную бабочку, я втягиваю носом воздух и беру протянутую руку. Мы вместе проходим в зал, и это становится для меня началом конца.

Огромный круглый зал с пятиметровыми потолками заполонили мужчины в смокингах и женщины в изысканных вечерних нарядах. Официанты во фраках разносят бокалы шампанского. В центре зала расположился белый рояль, за которым седовласый мужчина играет Шопена, а прямо над ним переливается, словно тысячи страз, низко свисающая хрустальная люстра.

Раньше меня бы совершенно не смутило то, что я не вписываюсь в эту вечеринку средневековых мажоров. Для меня никогда не было проблематичным сыграть любую роль. Вот только сейчас на кону кое-что более важное, чем простая победа. Пора признать самой себе, что я влюблена в Гаррета Пратта. А значит, я не могу играть в игры с его семьей, ведь мне совершенно не хочется быть причиной разлада.

– Я думал, мы все обсудили по телефону, – громыхает чей-то голос позади. – А ты все же притащил сюда… ее.

Я поворачиваюсь на звук и вижу высокого темноволосого мужчину с сединой на висках. Он одет в идеальный смокинг и черную бабочку. В его ярких голубых глазах читается холод, и мне лишь в очередной раз становится не по себе.

– Ну я же сказал тебе, что приду со своей девушкой. Папа, это Лиззи. Лиззи, это мой отец, Джейми.

– Рада знакомству. – Я пытаюсь не разрыдаться.

– Можно тебя на минутку? – сквозь зубы произносит Джейми, проигнорировав мое существование и схватив Гаррета за локоть.

– Нет. Извини. Моя девушка очень хочет шампанского. – Гаррет сбрасывает его ладонь.

Взяв меня за руку, он уводит нас в сторону. Мы останавливаемся у лестницы, которая украшена белыми розами. Гаррет вытаскивает одну и них и протягивает ее мне.

– Ты любишь розы?

– Нет, – беру ее и честно признаюсь: – Они красивые, но за этой красотой скрывается слишком много шипов.

– Прям как за картинкой моей семьи, – выдыхает Гаррет и тянется к шампанскому на подносе проходящего мимо официанта.

– Я не люблю шампанское, – говорю, глядя на бокал.

Гаррет улыбается.

– Что? – хмурюсь я.

– Я знаю, что ты не любишь шампанское.

– Тогда зачем ты дал мне его?

– Потому что я хочу, чтобы ты чувствовала уверенность. Мне нравится, что ты не боишься говорить правду. Любая другая девушка сделала бы вид, что любит розы, и молча пила бы шампанское, чтобы угодить парню.

– Хочешь сказать, что я не покладистая?

– Хочу сказать, что ты настоящая. И именно поэтому я влюбился в тебя.

– Прям влюбился?

– Да, – кивает он, глядя мне в глаза. – И мне плевать, кто и что скажет о нас с тобой. Ты здесь королева, Лиззи.

Он кладет ладонь мне на талию и тянется за поцелуем, но тут же замирает, когда слышит женский голос.

– Гаррет, милый… – К нам подходит миниатюрная женщина в изящном бежевом платье в пол. Ее темные волосы убраны в низкий элегантный пучок, на лице тонна макияжа, и от нее очень пахнет табачным дымом. Она притягивает Гаррета в объятия и восклицает: – Я так рада, что ты приехал! Сейчас позову Джулию.

– Мама, подожди, – останавливает ее Гаррет. – Лиззи, это моя мать, Криста. Мам, это Лиззи. Моя невеста.

– Наконец-то мы встретились! Я столько слышала о вас. – Ставлю бокал с шампанским на стол и протягиваю ей ладонь для рукопожатия.

Криста меняется в лице, бросая на меня оценивающий взгляд. Это так раздражает, что я все же решаю сыграть в игру. Тянусь рукой дальше и провожу пальцами по кристаллам на корсете ее платья.

– У вас здесь что-то капнуло. Наверное, – яд, – говорю с широкой улыбкой, а затем поворачиваюсь к Гаррету.

Он поджимает губы, чтобы не рассмеяться.

– Джулия, – машет кому-то позади нас мама Гаррета, а затем в очередной раз пронзает меня своими огненными глазами.

Когда к нам подходит роскошная брюнетка в белом шелковом платье, мое тело вдруг напрягается. Джулия оказывается очень красивой девушкой с длинными волосами, которые локонами струятся по ее плечам. Загорелая кожа, длинные ресницы и пухлые губы. Идеальная фигура. Изящный корсет подчеркивает тонкую талию и пышную грудь, а туфли на высокой шпильке лишь удлиняют ее и без того длинные ноги.

Мне становится нечем дышать. Я ощущаю в груди тяжесть. Было бы куда проще, если бы Джулия оказалась страшной, а не моделью «Виктории Сикрет».

– Как же ты прекрасно выглядишь! – Криста целует ее сначала в одну щеку, а затем в другую. – Мы как раз говорили о тебе.

– Вы тоже изумительны, Криста, – широко улыбается Джулия.

У нее еще и зубы идеальные. Господи, помоги!

– Гаррет, как тебе идет этот костюм. – Она обнимает моего парня, и я ощущаю холодок, бегущий по спине. – Так рада встрече. Как дела? Как Нью-Йорк?