Старые долги

— Рич! — прошептала в гарнитуру корреспондент, — Ты где?

— Снимаю! Я спрятался за панелями управления.

— Поняла… Мы же в эфире?

— Да. Говори.

— Уважаемы зрители, — выдохнула Миранда, сообразив, что это её звездный час, — Вы сейчас наблюдаете за нападением на станцию Тирий-1 членов террористической организации «Орден Империи». Это маги, как вы видите, которые… Нет! Отпусти!

Дальше вести репортаж женщина уже не могла. Незримая сила сжала её тело и подняла над полом, притянув к тому самому магу с плазменным пистолетом.

— Что вы себе позволяете? — закричала Миранда, уверенная в том, что уж журналистов террористы не тронут, — Я корреспондент…

— Мы в курсе, — перебил маг женщину, — При десантировании сюда мы ориентировались на ваш репортаж… Ваш оператор дал более чем хорошую картинку… А вот и он!

Несмотря на то, что она висела в воздухе рядом с министрами, посреди заваленного трупами помещения ЦПУ, Миранда смогла скосить глаза вправо и увидеть замершего рядом с ней Рича. На голове мужчины все ещё находилась камера. Её индикатор продолжал гореть зелёным. Они в эфире!

— Вы не можете убивать гражданских! Это уже терроризм!

— Не больший, чем убийства магов, — спокойно ответил вожак террористов, — А теперь мы приступим к тому, зачем сюда явились. Казнь преступников.

Миранда попыталась было открыть рот, но поняла, что не может этого сделать. Ей специально дали высказаться, а затем заткнули. Тело, несмотря на то, что полностью ощущалось, отказывалось подчиняться ей.

Стоило магу взмахнуть рукой, как Рич отлетел куда-то в сторону и вверх.

«Они хотят устроить расправу в прямом эфире! — догадалась журналистка, — Ублюдки!»

Подойдя к Адаму Лурье, маг покачал головой и, не говоря ни слова, направил на него ладонь правой руки. Багровое свечение мгновенно охватило тело министра промышленности. Его плоть, словно таящий рядом с огнём воск, потекла, а кости начали менять свою форму. Единственное, что оставалось нетронутым — голова. Все остальное — менялось. Медленно, но неотвратимо здоровый мужчина превращался в нечто несуразное и омерзительное. Его правая рука исчезла в складках одежды, словно бы уменьшившись в размерах, а левая наоборот — принялась расти и раздуматься. На спину появился горб, разорвавший пиджак и рубашку, а спустя несколько мгновений из него начало вылезать нечто похожее на длинное щупальце, покрытое множеством глаз.

Затем наступила очередь ног.

Обувь министра попросту разорвало от резко увеличившихся в размерах ступней. Пальцы на них трансформировались в мелкие щупальца. Сами ноги в коленях с громким хрустом вывернулись назад, словно бы сменив направление сгибания.

После этого остатки рубашки и пиджака слетели с торца, демонстрируя окружающим изменения туловища. Грудная клетка стала в два раза уже, ребра на неё проступили, словно бы обтянувшись кожей, а живот наоборот раздулся. Только после этого маг принялся за голову министра.

— Ты сегодня станешь тем, чем являются все простецы, — фыркнул террорист.

Лицо Лурье принялось с хрустом костей сминаться и становиться круглым. Глаза и нос полностью исчезли. Зато рот быстро превращался в громадную, усеянную треугольными зубами, пасть. Волосы трансформировались в мелкие кожистые отростки, постоянно дергающиеся во все стороны, уши исчезли, оставив после себя лишь небольшие отверстия.

— У вас, простецов, даже разума нет, — покачал головой маг, — Потому… так и сделаем. Превратим тебя в животное окончательно.

Произнеся несколько заклятий, террорист отпустил свою магическую хватку и существо, в которое превратили Адама, рухнуло на металлический пол, усеянный трупами. Однако, никакой разумности оно не демонстрировало, замерев на месте и водя из стороны в сторону щупальцем, покрытым глазами, что торчало из горба на его спине.

— Ты меня понимаешь, но уже ничего не сможешь сделать, — усмехнулся маг, — Твой разум теперь заперт, а телом управляет «ментальная маска». Всё то, что я с тобой сотворил может за десяток минут исправить любой начинающий химеролог… Да и менталист, к слову. Но… Где ты теперь найдешь таких в Федерации? Вы сами назвали нас мутантами и принялись изгонять из общества. Проблема в том, что без нас вы — просто животные. И вся ваша наука бессильна против нас…

Повернувшись к остальным, маг ударил по министрам уже знакомым Миранде заклятием, создающим гнилостно-зеленое облако. Однако, в этот раз плоть жертв гнила несколько минут, а не считанные мгновения. Более того, террорист дал им возможность кричать, из-за чего по ушам журналистки подобно бритве ударил истошный захлебывающийся визг.

— Нравится репортаж? — подошел к Миранде маг.

— Отличный, — выдохнула женщина, осознав, что снова может говорить, — Может, освободите меня и оператора? Я возьму у вас интервью и мы…

Болезненное падение на пол оборвало речь корреспондента, а затем голос мага ударил по нервам женщины.

— У вас минута, чтобы покинуть станцию.

— Что? Минута? — уставилась на мага Миранда.

— Мы заложили бомбы, которые взорвутся через… пятьдесят секунд, — усмехнулся террорист, — Докажите, простецы, что вы равны нам. Сумейте спастись.

— Вы врете! Вам тоже не… Что?

Под ногами мага образовалась черная воронка, в которую он рухнул. Стоило террористу исчезнуть в этом провале, как он затянулся, не оставив следа. Остальные участники нападения, почти синхронно, последовали за своим вожаком.

— Рич? — обернулась к оператору Миранда.

— Бежим, дура! — крикнул мужчина в ответ, бросившись куда в коридор, — Сюда! Тут спасательные капсулы!

Журналистка не стала больше ждать и побежала следом за своим напарником. В её голове билась только одна мысль.

«Хоть бы они блефовали!»

Когда до спасительного отсека с аварийными шлюпками оставалось не больше десятка метров, пол под ногами дрогнул, а затем белая вспышка мгновенно сожгла журналистку.

Глава 46

— Подведя итог ходовых испытаний, можно сказать, что разработанный и воплощенный «в металле» проект показался себя неплохо. Имеются некоторые моменты, требующие доводки, не учтенные нами в процессе моделирования, но… Для первого звездолета, разработанного нами практически с нуля, это более чем достойный результат, — закончил отчёт Филипп, оглядев собравшихся.

Майерс теперь уже не просто судовой инженер на «Протеусе». Сейчас простой инженер-ремонтник, некогда пришедший ко мне в экипаж в поисках лучшей жизни, выглядел совершенно иначе. Исчезли дерганность и некоторая худоба. Появился лоск, присущий руководителям… А так же, загорелся тот огонь в глазах, что присущ всем технарям, что получили возможность творить и созидать без оглядки на моду и потребность рынка. Филипп дорвался.